Глава 21

Казалось бы, перед ними открылась не просто дверь, а идеальная возможность взять ноги в руки и свалить из своего заточения, оставив похитителей без рычага давления. Но Саша ни капли не верил, что им могло так повезти. И телефон им оставили, и не отслеживали, так ещё и не заперли — ступайте с миром, как говорится.  

Хмуря брови, Марина покачала головой и отступила на шаг назад.

— Что-то мне совсем не хочется туда идти. 

Саше и самому не хотелось, потому что в голову лезли мысли о потенциальных ловушках. Ведь не могло же быть всё настолько просто. Но они так рвались к свободе, выпутываясь из верёвок, что теперь было глупо оставаться на месте и ждать неизвестно чего: то ли похитителей, то ли спасателей. 

Глядя на распахнутую дверь, Джокер мысленно предположил, что их похищение — это часть плана, которую вообще до конца не продумывали. И не в том плане, что их решили оставить на произвол судьбы, при этом забыв запереть на замок, а что их просто использовали в роли жертв и бросили за ненадобностью. Как игрушки... Только вот заполучили эти «игрушки» слишком изощрённым способом. 

Но, хоть Саша и подумал о таком варианте, он показался ему ещё глупее, чем предыдущие.

Сделав глубокий вздох, он перевёл взгляд на Марину. На по-прежнему выглядела напряжённой и напуганной, но тревога её будто усилилась.

— Тогда подожди меня здесь. Я схожу проверить, что...

— Нет! — перебила его Солнцева, и голос её прозвучал слишком громко в месте, где они были практически единственными источниками звуков. — Я тебя туда одного не пущу. 

Джокер хмыкнул с едва заметным удивлением, когда она уверенно подошла к нему и первая направилась за пределы их «камеры». А он ожидал, что Марина не захочет оставаться одна. Возможно, так оно и было, но Марина не стала говорить об этом вслух, озвучив вариант, в котором она и о Саше думает. Он успел перехватить её за предплечье в последний момент и затянуть обратно в комнату. 

— Эй, храбрость свою попридержи! Не несись впереди паровоза, давай всё-таки поосторожнее. 

Второй попытки прорваться вперёд Марина предпринимать не стала, чем Джокера немного успокоила — не хотелось с ней спорить и прилагать лишние усилия, чтобы удержать на месте. Голова слегка кружилась, а в глазах мелькала россыпь мелких тёмных пятнышек, которые Саша благополучно списал на обстановку и отсутствие еды и воды за последние сутки. Жажда и голод так и не дали о себе знать, и он понимал, что всё не просто так. Что они обязаны были появиться, а значит на организм заранее как-то воздействовали. 

Но предположение его дало небольшую трещину, когда у Солнцевой заурчало в животе. 

— Видимо, тебе понадобится не только отпуск, по и с десяток котлет, — усмехнулся Джокер и выглянул в коридор. 

Вне камеры было темно и тихо, так что фонарик в телефоне явно не стал лишним. Только вдалеке и где-то слева он заметил тусклый свет. Рассвет ещё через несколько часов, потому Саша решил, что в здании забыли выключить ещё как минимум одну лампочку. 

Или они всё же не одни?

— А тебе разве нет? — пробурчала Марина, застёгивая молнию на куртке. — Я голодная как зверь. Ещё и пить хочется. 

— Тогда стоит поторопиться. 

Когда Солнцева включила фонарик на телефоне, удалось разглядеть устланный мусором и битым стеклом пол длинного коридора. По обеим сторонам располагались двери, вдоль стен поломаные столы, пара каталок и смотровое кресло — всё давало понять, что они находятся в какой-то заброшенной больнице. По крайней мере Саша думал, что именно так и должно выглядеть богом забытое место, где когда-то лечили людей. 

«Или калечили — кому как повезёт».

Подвальное помещение без окон с кучей комнат — Джокер с самого начала решил, что именно в нём они сейчас и находятся, — вероятно, использовалось как склад для медикаментов, оборудования и мебели. Но он мог лишь предполагать. 

Пока они осторожно продвигались вперёд, стараясь не наступать на осколки и другой «хрустящий» мусор, Саша пытался вспомнить, где неподалёку от Питера могли находиться давно неиспользуемые медучреждения недалеко от дороги — раз уж он слышал прошлым утром пару автомобилей. О заброшках он знал довольно много, учитывая, что многие из них использовались людьми Ворона в качестве убежищ, мест для стрелок или хранение оружия. Разумеется, была велика вероятность, что их с Мариной вывезли далеко за пределы Санкт-Петербурга, может даже из области, но так Джокер чувствовал себя увереннее, хоть немного контролирующим ситуацию. 

Не слепым и беспомощным котёнком. 

По мере того, как они приближались к источнику слабого света, Саша всё больше убеждался, что на этаже и правда больше никого нет, одновременно с этим предполагая, что их похитители просто затаились и ждут удачного момента, чтобы напасть и вернуть в заточение. И во второй раз вряд ли удастся так легко выбраться.

Запястья саднило, а тьма перед глазами становилась всё ощутимее.

*** 

На часах было почти семь утра, когда телефон Гордеевой зазвонил в гнетущей тишине. 

Ворон отправил Василису в комнату отдыха, когда заметил её слипающиеся от усталости глаза. В шесть вернулся Шрам и остался в кабинете ожидать дальнейших указаний. Арина всё ещё разбиралась в документах, пока Вениамин Сергеевич с Рыжовым в молчании сидели за столом и даже не смотрели друг на друга. Напряжённая обстановка мешала думать и анализировать, но Гордеева за свои годы в полиции привыкла и не к такому: искать слабые точки врага, находясь под прицелом; заговаривать зубы человеку, который явно не в себе; пытаться спасти кого-то, когда сама можешь погибнуть в любой момент. 

Звонок раздался внезапно, и Арина вздрогнула, переключившись на него с бумаг. Увидев «Завьялов» на экране, ответила без промедления:

— Да, Роман Евгеньевич?

Все взгляды в кабинете моментально обратились на неё, выжидая ответа от подполковника, который мог стать либо надеждой, либо приговором. 

— Гордеева, где ты сейчас? — раздался его приглушённый голос. 

— В офисе Воронова. Мы с Рыжовым...

— Хорошо, — перебил её Завьялов и сразу продолжил: — Передай ему, что мы получили разрешение на вывоз Шпагина на следственный эксперимент. Девять часов, дробильный завод в сторону Выборга. Одиннадцать лет назад там произошло нападение, которое на тот момент так и не смогли ему приписать. В общем... — Он замолчал на несколько секунд, тяжело вздохнув. — Надеюсь, у Ворона есть план. 

Разговор короткий, но он значил куда больше, чем любые долгие рассуждения. 

— В девять часов Шпагина привезут на следственный эксперимент, — повторила слова подполковника Арина, ещё не успев убрать телефон обратно в карман зимней куртки. — Дробильный завод в Выборгском районе.

Медленно уводя взгляд в сторону, Ворон кивнул.

— Дробильный завод, значит. — Сделал первый за утро глоток коньяка, а затем со всей силы швырнул бокал в стену, расплескав остатки. — Шрам, бери пацанов, и езжайте туда, осмотритесь. Созвонись со Скворцовым, обсудите детали. И не покалечьте там друг друга, всё должно пройти без лишней крови. 

— Сделаем, Вениамин Сергеевич. 

Шрам вылетел из кабинета, захлопнув дверь. На лестнице раздались шаги и его голос, скрывшиеся в утренней темноте улицы. Какое-то время все молчали. Вениамин выглядел спокойным, но сжатые кулаки выдавали напряжение и злость, почти ярость. Арина прищурилась, подозревая, что во всём этом есть что-то, о чём знает только Ворон и чем пока не собирается с ними делиться. 

— Вениамин Сергеевич, вы знаете, что там произошло? — спросила Гордеева, но не из праздного любопытства. Любая информация могла помочь и открыть глаза шире на происходящее. 

— Просто это... Довольно значимое место для нашей семьи. В негативном плане. 

Больше он ничего не сказал, а Арина и не стала настаивать, осознав, что вытянуть из Воронова информацию не выйдет. Отчасти и не хотелось — слишком личное, чему не стоило звучать при посторонних. Она понимала это как обычный человек, не полицейская, и позволила себе ненадолго остаться тем самым обычным человеком, который не станет лезть в душу, чтобы разобраться со всем и выведать нужные её данные. 

— Все готовятся к операции, — сказал слишком молчаливый сегодня Рыжов, — а мы что будет делать? Просто ждать? 

— Не совсем. — Взяв телефон, Ворон набрал номер и стал ждать. Раздались два длинных гудка, прежде чем с той стороны ответили. — Найди Лёню и привези его в офис. Я хочу с ним поговорить.