Часть II. Показания свидетелей||Глава 1||Показания проводника спальных вагонов

В вагоне-ресторане все было подготовлено для допроса. Пуаро и мсье Бук сидели по одну сторону стола. Доктор – по другую. На столе перед Пуаро лежал план вагона Стамбул – Кале. На каждом купе красными чернилами было обозначено имя занимавшего его пассажира. Сбоку лежала стопка паспортов и билетов. Рядом разложили бумагу, чернила, ручку, карандаши.– Все в порядке, – сказал Пуаро, – мы можем без дальнейших проволочек приступить к расследованию. Прежде всего, я думаю, нам следует выслушать показания проводника спального вагона. Вы, наверное, знаете этого человека. Что вы можете сказать о нем? Можно ли отнестись с доверием к его словам?– Я в этом абсолютно уверен. Пьер Мишель служит в нашей компании более пятнадцати лет. Он француз, живет неподалеку от Кале. Человек в высшей степени порядочный и честный. Но особым умом не отличается.Пуаро понимающе кивнул:– Хорошо. Давайте поглядим на него.К Пьеру Мишелю отчасти вернулась былая уверенность, хотя он все еще нервничал.– Я надеюсь, мсье не подумает, что это мой недосмотр, – испуганно сказал Мишель, переводя глаза с Пуаро на Бука. – Ужасный случай. Я надеюсь, мсье не подумает, что я имею к этому отношение?Успокоив проводника, Пуаро приступил к допросу. Сначала он выяснил адрес и имя Мишеля, затем спросил, как давно он работает в этой компании и на этой линии в частности. Все это он уже знал и вопросы задавал лишь для того, чтобы разговорить проводника.– А теперь, – продолжал Пуаро, – перейдем к событиям прошлой ночи. Когда мистер Рэтчетт пошел спать, в котором часу?– Почти сразу же после ужина, мсье. Вернее, перед тем как мы выехали из Белграда. В то же время, что и накануне. Он велел мне, пока будет ужинать, приготовить постель, что я и сделал.– Кто входил после этого в его купе?– Его лакей, мсье, и молодой американец, его секретарь.– И больше никто?– Нет, мсье, насколько мне известно.– Отлично. Значит, вы видели или, вернее, слышали его в последний раз именно тогда?– Нет, мсье. Вы забыли: он позвонил мне без двадцати час, вскоре после того, как поезд остановился.– Опишите точно, что произошло.– Я постучался в дверь, он отозвался – сказал, что позвонил по ошибке.– Он говорил по-французски или по-английски?– По-французски.– Повторите в точности его слова.– Се n'est rien, je me suis trompe. [24]– Правильно, – сказал Пуаро. – То же самое слышал и я. А потом вы ушли?– Да, мсье.– Вы вернулись на свое место?– Нет, мсье. Позвонили из другого купе, и я сначала пошел туда.– А теперь, Мишель, я задам вам очень важный вопрос: где вы находились в четверть второго?– Я, мсье? Сидел на скамеечке в конце вагона лицом к коридору.– Вы в этом уверены?– Ну конечно же... Вот только...– Что – только?– Я выходил в соседний вагон, в афинский, потолковать с приятелем. Мы говорили о заносах. Это было сразу после часа ночи. Точнее сказать трудно.– Потом вы вернулись в свой вагон... Когда это было?– Тогда как раз раздался звонок, мсье... Я помню, мсье, я уже говорил вам об этом. Меня вызывала американская дама. Она звонила несколько раз.– Теперь и я припоминаю, – сказал Пуаро. – А после этого?– После этого, мсье? Позвонили вы, и я принес вам минеральную воду. Еще через полчаса я постелил постель в другом купе – в купе молодого американца, секретаря мистера Рэтчетта.– Когда вы пришли стелить постель, мистер Маккуин находился в купе один?– С ним был английский полковник из пятнадцатого номера. Они разговаривали.– Что делал полковник, когда ушел от Маккуина?– Вернулся в свое купе.– Пятнадцатое купе – оно ведь близко от вашей скамеечки, не так ли?– Да, мсье, это второе купе от конца вагона.– Постель полковника была уже постелена?– Да, мсье. Я постелил ему, когда он ужинал.– В котором часу они разошлись?– Не могу точно сказать, мсье. Во всяком случае, не позже двух.– А что потом?– Потом, мсье, я просидел до утра на своей скамеечке. – Вы больше не ходили в афинский вагон?– Нет, мсье.– А вы не могли заснуть?– Не думаю, мсье. Поезд стоял, и поэтому меня не клонило ко сну, как обычно бывает на ходу.– Кто-нибудь из пассажиров проходил по коридору в сторону вагона-ресторана или обратно? Вы не заметили?Проводник подумал.– Кажется, одна из дам прошла в туалет в дальнем конце вагона.– Какая дама?– Не знаю, мсье. Это было в дальнем конце вагона, и я видел ее только со спины. На ней было красное кимоно, расшитое драконами.Пуаро кивнул.– А потом?– До самого утра все было спокойно, мсье.– Вы уверены?– Да-да, извините. Вы же сами, мсье, открыли дверь и выглянули в коридор!– Отлично, мой друг, – сказал Пуаро. – Меня интересовало, помните вы об этом или нет. Между прочим, я проснулся от стука – что-то тяжелое ударилось о мою дверь. Как вы думаете, что бы это могло быть?Проводник вытаращил на него глаза:– Не знаю, мсье. Ничего такого не происходило. Это точно.– Значит, мне снились кошмары, – не стал спорить Пуаро.– А может, – сказал мсье Бук, – до вас донесся шум из соседнего купе?Пуаро как будто не расслышал его слов. Вероятно, ему не хотелось привлекать к ним внимание проводника.– Перейдем к другому пункту, – сказал он. – Предположим, убийца сел в поезд прошлой ночью. Вы уверены, что он не мог покинуть поезд после того, как совершил преступление?Пьер Мишель покачал головой.– А он не мог спрятаться где-нибудь в поезде?– Поезд обыскали, – сообщил мсье Бук, – так что вам придется отказаться от этой идеи, мой друг.– Да и потом, – сказал Мишель, – если бы кто-нибудь прошел в мой вагон, я бы обязательно это заметил.– Когда была последняя остановка?– В Виньковцах.– Во сколько?– Мы должны были отправиться оттуда в одиннадцать пятьдесят восемь. Но из-за погоды вышли на двадцать минут позже.– В ваш вагон можно пройти из других вагонов?– Нет, мсье. После обеда дверь, соединяющая спальный вагон с остальным поездом, закрывается.– А сами вы сходили с поезда в Виньковцах?– Да, мсье. Я вышел на перрон и встал, как и положено, у лестницы, ведущей в поезд. Точно так же, как и все остальные проводники.– А как обстоит дело с передней дверью, той, что около ресторана?Проводник было опешил, но быстро нашелся:– Наверняка кто-нибудь из пассажиров открыл ее – захотел посмотреть на сугробы.– Возможно, – согласился Пуаро. Минуту-две он задумчиво постукивал по столу.– Мсье не винит меня в недосмотре? – робко спросил проводник.Пуаро благосклонно улыбнулся:– Вам просто не повезло, мой друг. Кстати, пока не забыл, еще одна деталь: вы сказали, что звонок раздался в тот самый момент, когда вы стучали в дверь мистера Рэтчетта. Да я и сам это слышал. Из какого купе звонили?– Из купе княгини Драгомировой. Она велела прислать к ней горничную.– Вы выполнили ее просьбу?– Да, мсье.Пуаро задумчиво посмотрел на лежащий перед ним план вагона и кивнул.– Пока этого достаточно, – сказал он.– Благодарю вас, мсье.Проводник поднялся, посмотрел на мсье Бука.– Не огорчайтесь, – добродушно сказал директор, – вы ни в чем не виноваты.Пьер Мишель, просияв, вышел из купе.