часть 1

ПрологТея

Ричмонд, Вирджиния, два года назадГолос моей сестры эхом донесся из прихожей: – Тея, поехали уже! – Иду, – крикнула я, сидя в своей старой спальне в доме наших родителей. Я приезжала к ним на лето и превратила свою бывшую комнату во временную художе- ственную студию, с брезентом на полу и огромным холстом на мольберте у окна. Делия ныла, что я дома всего три дня, и уже вся перепачкалась красками, а ведь мне еще идти к ней на выпускной? Но не рисовать три дня для меня все равно что не есть и не дышать. За моей спиной по «Нетфликсу» показывают «Офис», лучший в мире сериал. Я каждую серию по сто раз пересмотрела. Мама предполагала, что я так им одержима, потому что сериал похож на меня: смешной, честный и шутки сыпятся в самые неподходящие моменты. Что ж, виновна по всем пунктам. Я убрала прядь светлых волос с глаз и вытерла руки о льняной халат. Фиолетовые и оран- жевые мазки добавились к полосам желтого и темно-синего цвета. Обычно я использовала не только кисти, но и свои пальцы. Папа любил дразнить, мол, я как начала рисовать пальцами в детстве, так и не смогла остановиться. Брезент зашуршал под моими босыми ногами, когда я отступила, чтобы оценить холст. Египетская пирамида отбрасывала темную тень на золотой песок пустыни в лучах заходящего солнца. Мой взгляд переместился на фотографию, сделанную мною во время нашей семейной поездки в Гизу прошлым летом. Я не знала, что в этих проклятых пирамидах – или истории Египта вообще – так меня очаровало, но я просто помешалась на этой теме. Огромные гроб- ницы были ошеломляющими. Египтяне заполнили их комнаты всем, что может понадобиться фараону в загробной жизни. Словно он не умер, а просто ненадолго отлучился. – Как в путешествие, – пробормотала я. – Алтея, спускайся сейчас же! – заорала Делия. – Мы же опоздаем! –  Мы при всем желании не опоздаем, ведь ты потребовала выехать за три часа до начала! – крикнула я в ответ. Затем склонила голову к своей работе, и мои губы сами собой растянулись в улыбке. Я всегда позволяла картине самой решать, когда работа над ней завершена, и эта как раз закон- чилась. Цвета и формы отображали величие пирамиды, красоту пустыни и необъятность неба над головой именно так, как я хотела. Я сняла халат. Под ним на мне было розовое шелковое платье. Быстрый осмотр выявил лишь несколько брызг краски на подоле. Голос Делии снова подхлестнул меня. – Я знаю, что мой выпускной ничего для тебя не значит… – Тея, дорогая, – позвала мама, мягко вклиниваясь в разговор. – Пожалуйста, спускайся. Я последний раз взглянула на картину и улыбнулась. – Ничего вышло, – сказала я самой себе.– Тея, богом клянусь… – Да иду я! – Я выключила телевизор и шумно спустилась по лестнице. – Действительно давайте поспешим, а то вдруг нам придется сидеть несколько часов и ждать начала. Наши родители – Сандра и Линден – уже переоделись в элегантные наряды и ждали меня вместе с Делией. Сестра была в темно-синей выпускной мантии. Она пригладила выбившуюся прядь своих темных волос до плеч и смерила меня полным презрения взглядом, пока я запи- хивала ноги в туфли на низком каблуке, которые она заставила меня надеть по случаю. – Мой выпускной, мне и решать, когда выезжаем, – заявила Делия. – И что на тебе такое? – Каблуки, – ответила я. – Но лишь потому, что ты меня вынудила. – Я про платье. Оно все в краске. – Всего пара капелек. Придают изюминку наряду. Делия закатила глаза. – Ты грязная. Как всегда. Удивительно, что хоть волосы расчесала. – Ну сегодня же суббота. – Я подмигнула папе. Он подмигнул в ответ. – Идем, милые. Туда добираться час. Если выедем сейчас, то прибудем на место… – Сделал вид, будто сверяется с часами. – Да, сильно заранее. Делия со свистом втянула воздух, переходя в свой печально знаменитый деловой режим. – Знаю, по-вашему, я чокнутая, но вы мне еще спасибо скажете, когда не придется судо- рожно искать место для парковки. Народу ожидается много, и я беспокоюсь, что мы опоздаем. – Ты? Беспокоишься? Да ладно. – Боже, ты хоть раз в жизни можешь отнестись к чему-то серьезно? – спросила Делия, оборачиваясь ко мне. – Перестань шутить. И когда церемония начнется, не смей устраивать сцен и позорить меня. Я невинно моргнула. – Ты о чем? Она подарила мне Смертоносный Взгляд Делии. – Ты знаешь, о чем я. Ничего неуместного. – С тобой не повеселишься. – Зато ты отрываешься за нас обеих. – Верно. Моя сестра – самый дисциплинированный человек в мире, а вот я вечно жила одним днем. Папа любил шутить, что касаемо нашего родства ему приходится верить маме на слово. – У нас еще есть время сфотографироваться, – заявила мама, готовя свой мобильный. – Девочки, станьте поближе друг к другу. Ты тоже, Линден. – Мам, ты должна быть в кадре, – сказала я. – Возьми мой телефон. Там есть таймер. Я кинулась вперед, открыла приложение и положила телефон на полку напротив лест- ницы. Затем обнялась с моими самыми любимыми людьми в мире. – У нас десять секунд, – сказала я с улыбкой. – Все говорим «чиииз». Телефон щелкнул. Мама взяла его с полки и проверила изображение. –  Отлично. Вы обе прекрасно выглядите.  – Ее глаза наполнились слезами, когда она повернула экран к нашему отцу. – Ну разве они не красавицы? Папа кивнул и обнял Делию за плечи. – Мы так гордимся тобой, дорогая. – Он посмотрел на меня и подмигнул мне. – Тобой тоже, горошек. Мне двадцать один год, а папа по-прежнему называет меня горошком. Я надеялась, что он никогда не перестанет это делать. Я обняла Делию.