Глава 11

Сегодня на балу на мне было надето платье нежно-розового оттенка, сотканное словно из лунного света. Ткань тихо шептала при каждом движении, окутывая меня легким сиянием.

Корсетный лиф, словно вторая кожа, обнимал фигуру, расшитый золотистыми нитями и усыпанный мерцающими кристаллами, создающими эффект звездной пыли.

Декольте в форме сердца, обрамленное золотой тесьмой, придавало образу изысканность и величие, достойное королевы.

Длинные рукава, невесомой дымкой ниспадающие от открытых плеч, слегка расширялись книзу, добавляя шарма и утонченности.

Юбка, едва пышная, с мягкими волнами ткани, перетекала в длинный шлейф, словно сотканный из грез. На передней панели золотом расцветали диковинные узоры: изящные завитки и причудливые орнаменты, напоминающие стилизованное древо жизни или фрески из дворцовых покоев.

Внутри меня все трепетало в предвкушении признания Тиграну. Нервы натянулись, как струны арфы перед концертом.

В комнату вошли мама и папа.

– Ты как настоящая королева, – мама застыла в восхищении.

– Она и есть наша королева, – гордо заявил папа.

– Вам правда нравится? – с надеждой спросила я, не в силах сдержать улыбку.

– Очень, – ответили они в унисон.

– Чего стол... – Азамат запнулся, увидев меня. – Сестренка, тебя что, короновали? – прошептал он, очарованный.

Я закружилась, позволяя платью взметнуться в танце.

– Нравится? – спросила я, любуясь их реакцией.

– Ты будешь там самая красивая, – заверил он.

Тут в комнату вошел Абдул и замер, пораженный преображением.

– Мне трудно осознать, что ты так быстро повзрослела, – сказал он с грустью в голосе.

Я подошла и крепко обняла родных.

– Спасибо, – искренне поблагодарила я их за поддержку.

Выйдя из дома, мы встретили Лиану, дядю и тетю. На Лиане было надето нежно-голубое платье, почти такое же воздушное, как мое, но с прямой юбкой и квадратным вырезом. Обменявшись комплиментами, мы отправились на бал.

Дядя Гафур и Тигран уже были там. Я сгорала от нетерпения увидеть реакцию Гафура.

– Пап, долго мы там пробудем? – спросила Лиана.

– Часа четыре, может, больше. Мы должны оставаться до конца, этого требует наш статус, такова жизнь медийных персон, – ответил дядя.

– Там хоть не будет скучно? – с опаской спросила я.

– Мне-то уж точно нет, – сказал Азамат и вальяжно развалился в кресле. Абдул закатил глаза, а Мурад усмехнулся.

– Бал даже для нас порой утомителен, для вас и подавно, – вздохнул дядя.

Наконец, мы доехали до места. Нас должны были представить публике. На балу присутствовали восемь самых знатных семейств. И мы – одни из них.

Всех восьмерых представляли по очереди. Громкий голос церемониймейстера пронесся по залу, когда он начал объявлять прибывших гостей.

Первыми под бурные аплодисменты прошли бабушки и дедушки. За ними – родители.

После родителей – мы. Имя каждого называлось по старшинству.

Войдя в зал, я гордо держала голову и спину, как учила мама. Я пыталась отыскать глазами Тиграна, но решила, что это должно произойти после официальной части.

Мы заняли отведенные нам места, и я начала осматриваться. И вот он! Тигран!

Он замер, словно пораженный молнией, и изучал меня взглядом с головы до ног. Я улыбнулась и слегка помахала ему рукой, но он лишь отвернулся.

Я собиралась подойти к нему, но Лиана одернула меня за рукав.

– Смотри, какая красивая фотозона! Пошли сфотографируемся? – предложила она.

– Да, пошли, – уступила я.

Мы подошли к фотозоне и начали позировать. Фотографы запечатлевали нас со всех ракурсов.

– Давай подойдем к Тагиру, – предложила я.

– Подожди, там так красиво, пошли лучше туда, – возразила Лиана, указывая в противоположную сторону.

– Ли, я хочу поговорить с Тигром, – настояла я.

– У вас еще будет целый вечер впереди. Да и народу слишком много, поговорите позже, – тянула она меня.

Я сдалась под ее напором и последовала за ней. Действительно, в том уголке зала было очень красиво и завораживающе.

– Девочки, пойдемте танцевать! Что вы тут стоите? – воскликнула нана Гульфия.

– Все девушки из кожи вон лезут, чтобы привлечь внимание, а вам даже стараться не нужно, а вы стоите тут в углу, прячетесь, – добавила нана Самия.

– Наны, любимые, мы просто осматриваемся, – оправдывалась Лиана.

– Да, мы просто восхищены красотой, – поддержала я.

– Бегом танцевать, бегом! – прогнали они нас.

Мы с Лианой направились к танцполу. Играла медленная музыка, но танцевать с незнакомыми юношами нам было не позволено.

Пришлось бы танцевать с братьями. Но я твердо решила подойти к Тиграну и пригласить его на танец. Однако на моем пути снова возникла Лиана.

– Раяна, Мурад хочет с тобой потанцевать, – сообщила она.

– Что? Я? – удивился тот.

Я вопросительно посмотрела на них. Лиана легонько толкнула Мурада в плечо.

– Вот шутник! Ты же сам говорил, что я бяка, и ты будешь танцевать с Раяной, – засмеялась Лиана.

– Ааа, дааа, точно, – поддакнул Мурад.

Мурад пригласил меня на танец, и мы закружились в вальсе. Лиана танцевала с Азаматом. А вот Тиграна нигде не было видно. Черт.

***

Я танцевала уже полтора часа, и мои ноги гудели от усталости. Закончив танец с Абдулом, я поблагодарила его и вышла на балкон.

Нужно подышать свежим воздухом, иначе я задохнусь здесь. Внутри стало невыносимо душно.

Облокотившись на перила, я увидела Тиграна. Он стоял в одиночестве и о чем-то глубоко задумался.

– О чем думаешь? – спросила я.

От неожиданности он вздрогнул.

– Я не заметил, как ты вышла, – сказал он.

– Я умею красться, – улыбнулась я в ответ.

Тигран промолчал. Что ж, сейчас или никогда.

– Нам нужно поговорить, – начала я.

– О чем?

– В общем... знаешь... я... эм... Как бы сказать... Я люблю тебя, – запинаясь, выпалила я.

Он замер, его тело напряглось, будто он готовился к удару. Его глаза стали темнее, глубже, словно в них отражались все те годы, которые они прожили бок о бок.

И тогда я продолжила:

- Все началось давно, в те дни, когда мир казался проще, а сердце билось чаще от одного лишь взгляда. Четырнадцать лет мне было, и я тогда поняла, что это не просто влюблённость. Это что-то большее, что-то, что пустило корни глубоко внутри и не отпускало все эти годы. С четырнадцати лет, я знаю, что люблю тебя. Не просто как друга, не просто как брата. Ты был всегда рядом, всегда защищал меня, всегда был моей опорой. Но сегодня... сегодня я не могу больше молчать.

— Раяна, — он произнёс моё имя так, будто это было проклятие, — ты понимаешь, что это значит?

— Да, знаю, я осознаю это. Я готова бороться за нас, за свою любовь, — ответила я, и, словно движимая невидимой силой, потянулась к нему, чтобы запечатлеть свое признание в поцелуе.

В этот поцелуй я хотела вложить всю ту любовь, что клокотала в моей груди, все самые сокровенные, яркие чувства, что принадлежали только ему.

Не просто поцелуй, а вихрь эмоций, океан нежности. Хочу быть только его, без остатка.