40. Спасибо, что ты есть, Ви

— О чем вы разговаривали, душа моя? — я не успеваю даже вскрикнуть, когда прямо на выходе из темного угла кто-то ловит меня и оттаскивает в сторону. — Черт! Винни! — Так о чем?— О том, что по отношению к своей жене, он полный кретин. Ты в курсе, что она носит под сердцем ЕГО ребенка? — Вин кивает. Я вижу это даже в темноте. — Тогда о чем речь? Почему он думает, что попал в ловушку — Потому что это в новинку? Серьезно, если бы я узнал, что ты беременна, то скорее всего.. зассал. Не то, чтобы я не хотел детей с тобой. Просто не сейчас. А Пэйтон сам по себе сопля, особенно рядом с женой. Думаю, ему стоит подумать. Не волнуйся, все образуется.

Я киваю и верю.

— Чего делать будем? — спрашиваю, после небольшого.. молчания. — Домой поехали. — Тормозите, — вдруг появляется за нашими спинами Пэйтон. Только что я крыла его всеми возможными оскорблениями, а сейчас он уже стоит за нами. — Останьтесь. Мало ли что. Я бы не хотел лишиться еще одной язвы так быстро. Поедем позже к нам с Ванессой домой. Пора уже, наконец, показать, что мы одна большая семья.

Я смотрю на него с нескрываемой злобой. Лицемерие не выход из ситуации, пускай и такой мерзкой. Да и семьей мы одной явно не сможем стать, не с таким гадким прошлым.

— Да, Даниэла, я тебя услышал, — Винни крепче сжимает мою руку в своей, чтобы показать поддержку без слов. — Но мне сложно. Я уже не знаю, чего на самом деле хочу. Ванесса - моя мечта, любовь всей моей жизни. Но после всего, что между нами произошло.. очень тяжело. Да и ощущение, будто поспешили, не покидает. Спроси у Винни, желает ли он детей прямо сейчас? Он тебе ответит - нет. Вот и я— Во всяком случае, вы оставили ребенка, Пэйтон! Это ответственность, а не игрушка, в которую можно поиграть и выкинуть. Да и твое отношение к Ванессе! Она девушка, Мурмаер. В первую очередь девушка! А ты как эгоист, только о себе думаешь. Вы одна семья, да-да, семья. Ты только что сказал утешительные словечки нам, — взглядом показываю на Винни. — Отбросам общества. Мне, шлюхе Кио, и ему, малолетке, что лизал зад моему брату. Да только ты сам в это не веришь, что мы семья! — Да, не верю! — взрывается он опять. — Я, блядь, Единственный тут, кто может прямо заявить, что ты, Даниэла, высокого о себе мнения. Да и твой малолетка.. он же ничего не может, кроме выполнения просьб. — А ты, Пэйтон? — пуля четвертая попадает в живот. — Бросил учебу, а потом вернулся. С малолетками, в одном классе. Кошмарил Ванессу, мстил Дилану. Скажи мне, ты сильно взрослый?

Я уже вижу, как собирается за нашими с Ви спинами остальные. И уже в наглую поворачиваюсь в их сторону. Чейз и Дилан стоят ближе всех.

— Эгоисты, — выплевываю, оглянув всех. — Вы все до единого. Эгоисты. Я верила тебе, Чейз. И искренне относилась к тебе, Авани. Вы все просто молча глотали меня, мое присутствие, Винни. А все почему? Моего брата боялись.

Кажется, сейчас и пришло осознание. Почему Ванесса и Пэйтон понравились мне меньше всех. Они были самыми честными со мной и Винни. Они прямо высказывались о своих проблемах, о себе, о ребятах, обо мне в конце концов. А я.. наивная!

— Мы не лгали, — влезает в разговор Энтони. Он выглядит хуже всех. — Я действительно уважаю тебя как личность, Дана. Ты мощная, яркая. Ты та самая девушка, которой нам всех так не хватало в семье. Слишком резвая, слишком агрессивная. — Прекрати, — рычит Пэйтон. — Сука, до чего вы докатились? Энтони, ты сам-то лицемер! Похлеще меня будешь. Какого хрена вы тут включили святош? Кто позавчера высказывал недовольство против Фернандес? — Я хмурюсь. — Откуда вообще взялась она? Почему вместо того, чтобы выгнать, вы продолжаете тянуть ее за собой? — Потому что. — отзывается Дилан, уже усевшийся на удобное кресло. — Потому что я тут такой же единственный, как и ты. Только между нами, как и всегда, есть разница. — Он выпрямляется. — Я уважаю Дану не как девушку, а как человека. Я испытываю к ней теплые чувства, мне с ней комфортно, плюс она невероятно сильная, столько всего пережила. А вы все, как звери, накинулись на девчонку. — Он встает. — Конечно, Даниэла будет диковатой. Вы все, пожив в пожив в насилии пару лет какими будете? Интеллигентами? Да нихуя.

Он подходит ближе к нам, встает рядом со мной и берет мою вторую руку в свою.

— Пэйтон, ты, несомненно, правильно поступил, не поддавшись всему бреду этому, что остальные выдумали. Но твои резкие высказывания довели не только меня, но и мою сестру. Да, я про Ванессу. Хватит. — Пэйтон выглядит странно. Будто смотрит не на Дилана вовсе, будто витает где-то в облаках.— Я уже объяснил всё. — Да и я тоже. — Дил смотрит на меня. — Дан, я искренне сочувствовал тебе. Но наши взаимоотношения не меняются, несмотря ни на что. Остальные ребята боялись Кио, хотя ты, в теории, не он. — Бред, — подает голос Винни. — Бред! Почему Дана помогала вам, а вы за спиной ей высказывали такое..

Мне было ужасно. Воспринимать подобное тяжело, а когда доверяешь людям, тем более. Я осматриваю всех, стоящих с опущенными головами, ребят. Крайне занимательная картина.

Ощущаю, как болит голова и с какой силой накрывает паника. У меня нет шансов на хороший конец. Кио выйдет совсем скоро и первоначальной его целью буду именно я. Но если сначала у меня были какие-то шансы на выход из дерьма, то сейчас ничего нет.

— Дана! — вижу, как блондинка с большим животом подбегает ко мне. — Пэйтон, сукин ты сын, забудь о своей репутации и л друзьях, которые буквально в душу всем плюнули, и заводи машину. Надо ехать домой. Либо сейчас я рожу, либо Даниэла помрет.

Дальше помню все смутно. Словно не в себе и вовсе была. А окончательно меня рубануло в машине, на руках у Винни. Дилан сидел рядом, все еще удерживая меня за руку. И было невероятно приятно, что Винни ничего против не сказал, словно воспринимал нас как брата с сестрой. Даже Ванесса относилась ко мне с невероятным уважением. И я.. кажется, потерялась.