Глава III

Пространства в гостиной гораздо больше, отчего кажется, будто вы только что вышли на улицу в одних домашних тапочках. Ты все еще одета лишь в одну его белую рубашку. Как ни в чем не бывало проходишь на кухню и садишься за стол, сложив ногу на ногу. Шерлок же важно подходит к стойке и начинает копошиться в приготовлении твоего утреннего завтрака.Ну, что, Холмс, я вся в предвкушении твоей игры. Удиви меня.Ты по привычке запрокидываешь волосы за спину, и теперь за высоко распахнутой рубашкой видно обрамление твоего бюстгальтера.Шерлок, с дьявольскими огнями в глазах, подходит и ставит перед тобой чашку кофе.— Отравить меня вздумал?— Ну не знаю, — мужчина, облокотившись руками на стол, нависает над тобой сбоку.Ты наигранно закатываешь глаза и делаешь глоток.Черт.Кофе оказался слишком горячим, из-за чего ты рефлекторно одергиваешь руку и часть проливается на тебя, делая ситуацию еще хуже. Чтобы не стало еще горячей, мгновенно сбрасываешь с себя рубашку на пол и стоишь теперь в одном нижнем белье. Холмс продолжает невозмутимо стоять в стороне, сложив руки на груди и облокотившись на стену. Его взгляд изучающе прошелся по твоему телу.Несмотря на последний вечер, чувствуешь себя смущенно.Веди себя нагло.Как он.— Не одолжишь? — подходишь к нему и уже без разрешения начинаешь расстегивать пуговицы. Стягиваешь с его плеч рубашку, еле касаясь пальцами рук. Мужчина сглатывает — видимо, не ожидал, что все пойдет не по его правилам. Усмехаешься, забираешь рубашку, становишься напротив и начинаешь застегивать пуговицы на своем теле. Медленно. Не отрывая взгляда от его глаз.— Спасибо, — изображаешь милую улыбку.Однако теперь Шерлок стоит с голым торсом и чуть спущенными джинсами.Снова прокол.Переход хода.Ход Шерлока.Со вполне спокойным выражением лица Холмс снова начинает приближаться. Тебе уже это не нравится. Наверное.— Ты пуговицы перепутала, — произнес так, будто прочитал обыкновенный заголовок газеты.Ты не успеваешь возразить что-либо в ответ, как его руки уже заплетаются в рубашке. Как на зло, пуговицы перепутаны на уровне грудной клетки. Чувствуешь легкие прикосновения его пальцев и начинаешь тяжелее дышать.Мерзавец. Мои же выходки против меня.— Готово.— Спасибо, — стараешься взять себя в руки и усаживаешься обратно за стол. Берешь чашку в руки и допиваешь напиток залпом.— Тебе нужно поесть, — вдруг посерьезнев, произносит Холмс, — на первом этаже в холодильнике осталась паста.— Я не умру без завтрака, Шерлок.— Ты хоть когда-нибудь можешь просто не спорить со мной?— Но я правда не хочу есть.— Не заставляй меня принуждать тебя, — звучало так... сексуально-строго, что сердце пропустило удар.Мой ход, Шерлок.— И что же вы сделаете, мистер Холмс?— То есть по-хорошему ты не хочешь?— Ты не ответил на мой вопрос.— А ты на мой.Сдаешься.— Я просто не хочу есть.— Ну, я предупреждал, — и снова этот дьявольский огонь.Сейчас что-то будет.Быстрыми шагами Шерлок подошел к тебе, мгновение — и он опрокидывает тебя через свое плечо. Ты взвизгиваешь.— Шерлок! Отпусти!Он шлепает тебя по попке на его плече, как будто наказывает маленького ребенка.Ты не сдерживаешь громкого выдоха.— Такие звуки от тебя слышать приятней, чем пререкания в мою сторону, - усмехается!Возмущенно краснеешь и стукаешь его в спину.— Не нарывайся.Еще секунда и он ставит тебя на пол. И опять ваше дыхание опаляет лица друг друга, а губы находятся в опасной близости.Я скоро сойду с ума.Шерлок также пытается вернуть себе самообладание, делая шаг назад.Что, все-таки, за игру ты ведешь, Холмс?Шерлок подходит к холодильнику, достает оттуда тарелку с оставшейся пастой и ставит в микроволновку.— Где Миссис Хадсон? — пытаешься поддержать адекватный разговор.— Ее не будет неделю. Кажется.От мысли, что уединение с этим мужчиной будет длиться еще неделю, приятно скрутило внизу живота.Тарелка уже перед тобой, а Шерлок садится напротив.— Ешь.— Слушаюсь и повинуюсь, — паясничаешь.Холмс довольно улыбается и продолжает выжидающе смотреть.— Я не могу есть, когда на меня пялятся, Шерлок.И не пошевельнулся. Делаешь глубокий вздох, но решаешь не спорить. Когда тарелка становится пустой, смотришь на брюнета умоляющим взглядом.— Ты точно наелась?— Ты издеваешься надо мной или беспокоишься? — тут же жалеешь о заданном вопросе.— А ты как думаешь?— Я же сказала, я не голодная.— Странно, ночка у тебя вроде бурная была, — вот подонок, еще и улыбается. От вспоминающихся моментов прошлой ночи на щеках появляется румянец. Он облизывает губы, и ты понимаешь, насколько сильно хочешь поцеловать их на данный момент.Шерлок поднимается из-за стола, и ты следуешь его примеру. Берешь посудину и направляешься к раковине. Холодная вода приятно контрастирует с твоими руками.— Можешь оставить. Я думаю, Миссис Хадсон не заметит значительного прибавления к горе не вымытой мною посуды, — этот монотонный, сладкий голос в очередной раз разносится над твоим ухом, и волна приятного возбуждения проходит по телу. Ты выключаешь воду и резко поворачиваешься.— Ты невыносим, — припадаешь к его губам.Шерлок, казалось, только этого и ждал, ведь нисколько не растерявшись, ответил на поцелуй.Боже, потрясающе.Его язык уже исследует твой рот, а ты запускаешь свои мокрые от воды руки в его волосы, опускаешь на шею, плечи.Как хорошо, что я избавила его от рубашки.— Ты протянула дольше, чем я ожидал, — мужчина неожиданно прерывается и снова припадает к твоей шее, немного посасывая кожу.— Что? В каком смысле? — дыхание рваное, в голове ни одной связной мысли.— Это был мой эксперимент. По твоему соблазнению, — снова целует твои губы.— Паршивец.— Я знаю, — усмехается и, подхватывая тебя, несет к кухонному столу.Сажая тебя, начинает бегло расстегивать пуговицы рубашки и скидывает вещь на пол.— Я хочу тебя. Сейчас, — от таких слов тебя пронзает дрожь. Непривычно для лексикона Шерлока Холмса.Но не успеваешь ты ответить, как стянув трусики, он резко входит в тебя.Ты не можешь сдержать стона и впиваешься пальцами в его плечи. Еще толчок. Голова кругом. Движения становятся интенсивнее и интенсивнее, и вы оба подходите к кульминации, постепенно останавливаясь. Во всей комнате тишина, и лишь звуки ваших вздохов заполняют ее. Шерлок берет тебя на руки, но не как в прошлый раз, уже нежнее, и относит на второй этаж.Вы забираетесь под простыню его кровати и просто лежите. Ты приобнимаешь его, а головой лежишь на груди мужчины. Внезапно твое внимание привлекает та самая фотокарточка из газеты, лежащая на тумбочке рядом.— Шерлок, я могу посмотреть? — киваешь на фотографию.— Конечно, — протягивает ее тебе.Несколько деталей привлекают твое внимание, но в кое-чем ты остаешься не уверенной до конца.— А сама газета еще у тебя?— Да, но зачем тебе?— Просто дай на секундочку.Шерлок хмурится, но достает из нижнего ящичка этой же тумбы газету, протягивает тебе.Ты внимательно осматриваешь и ту и другую деталь, и внезапно смех полностью охватывает тебя. Ты хохочешь так сильно, что Шерлок даже несколько непонимающе начинает на тебя пялиться.— Боже, Шерлок! — пытаешься остановить приступ, — Ты же один из гениальнейших людей, которых я когда-либо встречала.— Пожалуй, самый гениальный, — прерывает тебя со всем своим самодовольным видом.— Однако ты просто-напросто не заметил одну маленькую вещь, из-за которой сам терзал себя последние несколько дней!Он непонимающе глядит на тебя.— Смотри, ты говорил, что простая фотография с буквой «М» под ней не может печататься на страницах твоей любимой утренней газеты без скрытого в ней послания Джеймса. Да ты же чертов параноик! — смех снова накрывает тебя.— Я все равно не понимаю.— Это ребус, Шерлок. Фотография называет место. А с буквы «М» начинается это наименование. Это же Миллениум.— Милл... что?— Великий детектив Шерлок Холмс принял загадку газеты за скрытое послание с угрозами от самого опасного преступника этого бренного мира, — смех, кажется оставил тебя в покое, но улыбка не слезает с твоего лица.До Шерлока потихоньку начинает доходить смысл всего тобою сказанного. Сначала он хмуриться, но потом откидывает голову на подушку и усмехается.— Боже, что бы я без тебя делал.— Не представляю.Он накрывает твои губы долгим сладким поцелуем, и ты растворяешься в нем, в Шерлоке, в этой комнате, во всем произошедшем и происходящем.Почаще, наверное, нужно ставить эксперименты.

t h e   e n d