Глава 12

Иногда боль — единственное, что помогает вспомнить, кто ты. Только так

Не имя. Тем более если у тебя их два. Не прошлое. А сам факт: ты дышишь. Ты стоишь. Ты не сдался.

Мы с Ноем вышли на ринг без слов. Просто взглянули друг на друга — и всё стало ясно.

Он снял куртку, стянул майку и бросил мне перчатки.

— Ну что, герой, — хмыкнул он. — Проверим, кто сильнее — прошлое или ты?

— Если я свалюсь первым, добей красиво, — ответил я и натянул перчатки. Ной усмехнулся. Криво. Как обычно. Как раньше.

Первый удар был его — в печень, быстро, без предупреждения. Я выдохнул сквозь зубы, нырнул вправо, ответил серией по корпусу. Ной зарычал, но усмехнулся.

— Вот ты где, старик. Я думал, ты выдохся.

— Я выдохся. Но это не повод не избить тебя, — Мы двигались по кругу, будто танцевали. Каждое движение — как фраза. Молчаливый разговор.

Каждый удар — как признание: «Я всё ещё помню, как быть живым».

Он врезал в челюсть — сильно. Звук в голове оборвался на секунду. Я пошатнулся, но не упал. Плюнул кровь, вытер рот тыльной стороной.

— Хорошо. А теперь — моя очередь, — Я ударил по корпусу, потом резко вверх — в скулу. Он пошёл назад, к канатам, но удержался.

— Твою мать, ты всё ещё опасен.

— И ты всё ещё медленный, — бросил я, хотя сам уже не чувствовал ног. Хотелось рассмеяться. В голос. Громко.

Мы, двое парней, сбежавших с ринга, теперь сами стояли здесь и дрались.

Мы так хотели сбежать от этой жизни, что сами же к ней вернулись, поняв, что именно она была кислородом.

Мы валились вместе, как будто нам больше не надо было делать вид, что мы бойцы. Просто два человека, уставшие от собственных призраков. Пот, кровь, тяжёлое дыхание.

Мы долго ходили по кругу, долго следили за движениями друг друга. Как хищники в клетки.

Так и было

Дальше все было быстро. Быстро для нас, но медленно для других.

Левый — в корпус. Глухой звук, как будто бьёшь по мокрому дереву. Выдох.

Ной скалится, но не отступает. Ответ — в скулу. Голова слегка уходит вбок. Вкус железа на языке. Хорошо. Мне хочется снова смеяться

Круг. Медленный, как в вязком сне.

Шаг. Ещё шаг. Терпение. Без спешки. Нам некуда бежать.

— Ещё можешь?

— Ты даже не начал, — изо рта вырывается смешок. Долгий смешок.

Локоть — по рёбрам. Удар — в плечо.

Он уходит вниз, почти садится — и резко вспарывает апперкот.

Подбородок глухо щёлкает. Ноги не слушаются, но стоят. Канаты сзади. Пот течёт в глаза. Сердце не бьётся — удар — пауза — удар — как будто сбо́ит. Ной дышит так, будто глотает угли. Грудь ходит ходуном. Кровь капает с губ.

Правый — в солнечное сплетение. Воздуха нет.

Идёт холод по позвоночнику. В глазах сереет.

— Не тормози, — сиплю я, отталкиваясь от канатов

— Не собирался, — Ной едва держится на ногах.

Левый — в бок. Правый — в печень. Колено в бедро.

Ной обхватывает меня, как в объятиях. Смеётся сквозь дыхание:

— Скажи, зачем мы живы?

— Чтобы вот так... бить друг друга. — И снова разлетаемся под возгласы. Толпа разделилась. Часть хотела чтобы этот жестокий бой наконец закончился. А вторая часть чтобы он продолжался. Так же кроваво и жестоко

Дальше — тишина. Только дыхание. Только шаги.

Два силуэта, вырезанных из усталости.

Никто не хочет победить.

Мы просто хотим драться, пока не станет легче. Или темно.

В конечном итоге только у одного из нас есть мозг. И явно не у меня.

— Достаточно, — сказал Ной, лёжа на полу. — Иди спи. Или сдохни. — он молчит секунды — Я пошел. Нам нельзя привлекать много шума. Опасность всегда близко. — его глаза блеснули во тьме. Он оглядел толпу и я понял что мы навели шумихи. Но было поздно. Меня не остановить

Ной стал уходить, но на прощание прошептал:

— Буря надвигается, Геб, страшная буря

Его глаза скользили по мне. А я впитывал взглядом его раны и ссадины на лице. Черт.

— Один раунд. Ещё. Один.

— Ты что, совсем тронулся? — Он шипит на меня. Я вспоминаю все слова которые нам говорили «восстановиться. Не перетруждаться»

Да пошли вы

Я не ответил. Поднялся. Стало легче? Немного. Но это не спасало. Мне надо еще.

Еще. Еще. Еще.

Снял перчатки.

— Мне надо.

— От кого ты убегаешь, Габриель? — тихо спросил он, но так чтобы никто не слышал.

Я не знал. Или не хотел знать.

Ной поднялся и стал уходить, а я еще стоял минуту другую и смотрел ему вслед, вспоминая все что у нас с ним было.

Тогда не было канатов, перчаток, публики.

Был только бетон. И кровь. И я.

«Мне было тринадцать. Ною — тоже. Мы жили в доме, где окна не закрывались, даже если шёл дождь.

Драться — значило выжить, а не выпустить пар.

Я увидел, как трое жали Ноя к стене. Один держал его за плечи, второй шарил по карманам, третий — бил. Мелко, быстро. Как будто он не человек, а мешок.

Я подошёл. Не потому что хотел. Потому что не мог не пройти.

Ной плюнул кровь и посмотрел на меня. Не с мольбой. С яростью.

— Или помогай, или проваливай, — выдохнул он.

— Я только вышел за едой, — прошептал я, усмехаясь. Охрана еще ничего не услышала и не увидела. Был шанс закончить все чисто

— Отлично. Побьём их и поедим.

Такой план мне нравился. Я прыгнул первым. Ударил слева, прямо в скулу одному из них.

Он упал. Второй отвлёкся — Ной вывернулся и воткнул кулак ему в живот. Третий убежал, не дожидаясь финала.

Мы стояли, запыхавшиеся, в пыли. Кровь капала на асфальт.

Ной посмотрел на меня и усмехнулся

— У тебя глупое лицо, когда ты злишься. — Ной оскалился, когда услышал мое замечание

— А у тебя всегда глупое. — я закатил глаза. И мы оба рассмеялись. Хотя челюсти ныли, а руки тряслись.

С тех пор я знал: если он падает — я поднимаюсь.

Если я падаю — он рядом. Даже если просто молчит»

В конечном итоге я добился своего. Второй бой. В котором мне так хотели отказать.

Даже организаторы. Даже блять охранники, мои знакомые, с которыми работали рука об руку.

Я вышел на ринг с другим. Не помню его имени.

Он был выше. Свежий. Сильный. Глаза — пустые. Он пришёл убивать. А я — забыть.

Твою мать

Смогу ли я выйти отсюда живым?

Я не посмотрел на имя противника. Просто вышел на ринг. Толпа вокруг была плотной, размывалась в светах, как сон.

Мужчина стоял стойко. Да и выглядел внушительно. Борода, шрам на губе. Жесты были выверенными. Но в нём было что-то, что я чувствовал телом.

Жажду. Жажду крови.

Они оба всё поняли. В ту же секунду.

Бой на смерть. Только в этот момент я знал, что не справлюсь.

Но хотел ли я такой исход? Да

Сказал бы я это пару недель назад. Но не сегодня.

— Готовься, ублюдок, — он произнес. Я выдохнул, когда судья дал сигнал.

Ответа не было. Только удар. Быстрый.

Первый — в висок. Миг резкой темноты.

Второй — в живот. Воздух вышел из лёгких, как из пробитой покрышки. Я споткнулся, выпрямился, зажал зубы.

Урод.

Я тяжело вздохнул и наконец-то очутился в своем мире. Вспомнил как раньше на рингах время замедлялось.

Как все становилось неважно. Только кулаки. Только бой.

Ударил сам — в грудь, по шее, но всё бесполезно. Он не дергался, как будто не чувствовал.

Как будто не человек.

Как будто я дрался с собственной тенью. Каждый удар по мне был гвоздём в землю. Я не падал — я проваливался.

Кровь залила левый глаз. Сердце билось в ушах, как колокол перед последним кругом.

Они дрались не за деньги. Не за победу.

Этот парень дрался, чтобы убить

А я чтобы выбить мысли из головы

И удар по виску явно помог!

Я чувствовал, как теряет равновесие. Голову вело. Ушиб с боку ныл.

В конце концов я рухнул на колено. Потом поднялся.

Судья смотрел с тревогой. Но не вмешивался.

Мир поплыл.

Он шагнул вперёд — и всё стало чёрным. Но снова свет ослепил глаза. Неужели он вырубился на доли секунду?

И вдруг — пауза. Я остановился, качнулся — и увидел.

Между людьми за барьером. В тени.

Янтарные глаза. Они светились. Только чем?

Ливия. Стояла неподвижно.

Волосы немного растрепанны. В руках — что-то вроде списка. Неужели она здесь случайно? В ее глазах — шок. Она не кричала. Не плакала.

Она просто смотрела. Прямо на меня. Как будто узнала. Как будто поняла.

И именно в этот момент я понял, что всё кончено. Я не смогу уйти. Не смогу спрятаться.

Последний удар прошёл через меня, как ток. Ноги подкосились.

Мир медленно провалился под ринг. Я слышал только стук сердца — уже не моего.

Не знаю на сколько я отключился, но в ушах звенело, толпа что-то кричала, а надо мной сидела девчонка.

Ее коричнево - рыжие волосы спадали с плеч. Ладони били меня по лицу, пытаясь привезти в чувство.

И ей удалось.

Кто-то схватил меня, поставив на ноги и повел к входу.

Ноги едва перебирались.

Я знал, что меня несет совсем не Ливия.

Ной.

Она открыла дверь своей машины и меня запихнули туда , кинув еще и мою сумку.

Спасибо, брат.

— Старик, я же сказала тебе остановится. Хватит убегать ото всех, Геб. Хватит убегать от самого себя, — Сказал он шепотом мне на ухо, когда Ливия обходила машину, чтобы сесть за руль

Я даже не успел послать Ноя: провалился в темноту. Но я слышал, как Ной назвал мой адрес девушке, и она что-то ответив ему, завела машину

Когда этот подлец успел пробить мой адрес? Сукин сын. В следующий раз, Ной, я придушу тебя!