Глава 16

Джим

В понедельник утром я принял душ и надел свою единственную рубашку, джинсы и кожаную куртку. И поехал в «Голубой хребет», скованный ужасом.Парковка была загруженней, чем обычно, – несколько седанов и медицинский фургон с логотипом клиники Роанока на борту. Внутри обычно тихий санаторий звенел эхом шагов и голосов.Алонзо, Хоакин и Анна сгрудились в коридоре возле комнаты отдыха и тихо о чем-то разговаривали.– В чем дело? – спросил я.– Там новый доктор, с Делией и Теей, – сказал Алонзо, кивнув в сторону комнаты. – Они целый час пререкались с членами правления и другими врачами.Я нахмурился.– Встреча с Пулом и Стивенсом еще в силе?– Пул и Стивенс больше не имеют отношения к «Голубому хребту», – ответила Анна. – Как и Мэри Флинт.– Чувак, это безумие, – сказал Хоакин. – Делия Хьюз сорвалась с цепи…– Как и следовало ожидать, – вставил Алонзо.– И полетели головы.– Почему-то не наши, – сухо отметила Анна.– Ладно, – медленно протянул я. – Делия не забирает Тею из «Голубого хребта»?– Не похоже, – ответил Алонзо. – Новый доктор – Кристина Чен? – теперь отвечает за лечение Теи, и каким-то образом она убедила Делию остаться. Пообещала, что будет лучше заботиться о мисс Хьюз. – Он снова кивнул на комнату отдыха. – Прямо с этой минуты.– И все? Делия успокоилась?– Удивительно, но да. – Алонзо почесал подбородок. – С ней что-то происходит. Не могу точно сказать…– Согласна, – поддакнула Анна. – Она, казалось, почти не стремилась вытащить Тею из «Голубого хребта». Даже будто хваталась за любую причину, лишь бы та осталась.– И это после змей и всего такого, – встрял Хоакин.Алонзо сурово зыркнул на него.– Я имел в виду Бретта, – сказал Хоакин, поднимая руки.– Мисс Хьюз подверглась жестокому обращению, находясь под нашей опекой, – напомнил Алонзо. – Делия Хьюз имеет право засудить нас. То, что мы все еще здесь, настоящее благословение.– Это чудо, – согласилась Анна. – Как бы мерзко ни было то, что случилось с Теей, оно заставило руководство встряхнуться и исправить множество проблем.– Мы еще не спаслись, – осадил ее Алонзо. – Делия держит нас за яйца. – Он похлопал меня по плечу. – Излишне говорить, что твое наказание закончилось.Хоакин схватил мою вторую руку.– Ты помог мисс Хьюз, чувак.– Верно, – кивнула Анна Саттон и потрепала мою ладонь. – Спасибо, Джим.Я оглядел их – Анна и Алонзо, как гордые родители, и Хоакин, точно брат, которого у меня никогда не было. Семья. Моя семья.«Размечтался, придурок, – усмехнулась Дорис. – Им просто жалко тебя».И все же на этот раз ее слова не ранили. Никто не потерял работу, а Тея все еще была здесь, с новым доктором. Я пошел в комнату отдыха и переоделся в свою форму, испытывая непривычное облегчение. Настали новые времена. Жаль, что Тее пришлось страдать, чтобы это произошло.Я вытолкнул ведро со шваброй в прихожую и начал мыть линолеум, ведущий к переднему холлу.«Возможно, Тея начнет новую картину. Возможно, эта доктор Чен что-нибудь решит насчет ее цепочек слов. Возможно, я смогу помочь».– Ты, – раздался знакомый голос позади меня.– Мисс Хьюз, – поздоровался я, оборачиваясь.– Полагаю, мне следует поблагодарить тебя за то, что ты пришел на помощь Тее той ночью, – сказала Делия.– Просто делаю свою работу, – осторожно ответил я.– И ты хорошо ее сделал. Спас ее в самый последний момент, не так ли?Я поднял голову.– Простите?– Ворвался в дверь, прямо как супергерой. Как раз чтобы поймать того человека на месте преступления.– Не совсем, – поправил я, чувствуя, как заикание просыпается вместе с гневом из-за ее намеков. – Я опоздал на две ночи.Делия склонила голову набок.– А потом держал мою сестру? Пел ей? Это входит в твои должностные инструкции?Я сжал ручку швабры.– Она была расстроена. Музыка помогает ей успокоиться.Она поджала губы, наблюдая за мной.– Я разрываюсь, мистер Уилан, – призналась Делия. – Я и благодарна вам, и не доверяю вам. Вы не…– Да, знаю, – перебил я. – Я не доктор. Я простой санитар.– Именно. Тея настолько беззащитна, что я всегда недоверчиво отношусь к мужчинам из ее окружения. Оказывается, я опасалась не зря.Слезы сияли в ее глазах, но она сморгнула их.– Доктор Чен уверяет меня, что Тея сейчас в надежных руках. Будет назначен новый директор, выделено больше средств для найма персонала, а сама доктор Чен предана делу Теи. Единственное, что могло бы успокоить меня еще больше, – это если бы мужчина, который, кажется, так увлечен моей сестрой, больше здесь не работал.Возражения вертелись на языке, но я прикусил его. В любом случае они получились бы заикающимися и слабыми, отчего мои жалкие оправдания прозвучали бы отчаянно. Или навязчиво. Я знал, как моя яростная защита Теи выглядела для всех остальных: мужчина обращает слишком много внимания на красивую, уязвимую пациентку. Драка с Бреттом только усугубила беспокойство Делии. В ее глазах я был просто еще одним человеком, у которого имелся доступ к Тее. Еще один подонок, который мог распускать руки, когда никто не видит, потому что кто бы меня сейчас заподозрил?– Одно из условий пребывания Теи в санатории, – продолжала Делия, – это то, что ни вы, ни кто-либо еще из сотрудников мужского пола ни в коем случае не должны иметь прямой контакт с моей сестрой. Если вы говорите правду – и просто делаете свою работу, – это не должно стать для вас проблемой.Я поднял подбородок.– Никаких проблем.– Хорошо. Потому что если я услышу, что вы хотя бы глянули в ее сторону, то выдвину другое требование. – Она послала мне безрадостную улыбку. – Вы удивитесь, насколько организация может идти навстречу пожеланиям клиента, когда он в состоянии разнести указанную организацию в пух и прах.Она прошла мимо меня, затем остановилась. На секунду ее темные глаза смягчились под жесткой маской на лице.– Я благодарна, что вы остановили того человека. Я знаю, кажется, будто это не так…– Мне не нужна ваша благодарность, мисс Хьюз.Она напряглась.– Не согласна. Моя благодарность – единственная причина, по которой вы до сих пор здесь работаете, мистер Уилан.

***

В тот день я не повел Тею на прогулку. Впрочем, больше никогда и не поведу. Мне следовало радоваться, что новый доктор интересовалась делом Теи. Тем не менее, мысль работать под одной крышей с Теей каждый день и не разговаривать с ней была своего рода пыткой.Господи, я действительно жуткий сталкер.Может, было бы лучше, если бы Делия все-таки меня уволила.Я должен сделать то, что она хочет, и уйти. Начать все сначала где-нибудь еще. Не высовываться. Делать свою работу.В столовой после обеда Рита и Алонзо вовсю обсуждали требование Делии.– Это какая-то фигня, – заявил Алонзо. – Я поговорю с ней.– Вы что, не знаете Делию Хьюз? – спросил я с кривой улыбкой. – Забудьте. Меня и так все устраивает.– Но после того, как ты спас Тею? – спросила Рита, качая головой. – Как подумаю о Бретте в ее комнате… – Она вздрогнула.– Делия защищает сестру, – сказал я. – Не могу винить ее за это.Она и Алонзо обменялись взглядами, и я почувствовал, как жалость исходит от них волнами.– Ничего страшного, – коротко сказал я. – У нас много резидентов, которые нуждаются в помощи. Вы можете назначить меня к любому из них.Алонзо прищурился и посмотрел на меня.– Мистер Перелло, – сказал он после долгого молчания. – Нужно, чтобы кто-то каждый день выводил его покурить.– Отлично, – сказал я. – Берусь.Алонзо вернулся к работе, а Рита протянула руку через стол и сжала мою.– Извини, Джим. Я бы хотела, чтобы с Теей все было иначе. Ради нее, но и для тебя тоже.– Ради м-м-меня?Ее улыбка была полна жалости.– Ты, кажется, так увлечен ею. И она, по-своему, заботится о тебе.Я уставился на нее, чувствуя, как горит лицо.«Заика-санитар и сломанная девушка». Я практически видел, как Дорис качает головой. «Что за жалкая пара».Теперь моя кожа горела от унижения, и я убрал руку.– Мне пора вернуться к работе.Я поднялся со стула и вышел, не оглядываясь. Прибрался в нескольких комнатах и вывел мистера Перелло на улицу. Он сидел на скамейке и наслаждался своей сигаретой.– Это существование, не правда ли? – спросил Перелло, наблюдая, как клубы дыма висят во влажном летнем воздухе. – Не жизнь. Существование. Как по мне, разница есть.Существование.Это то, что у меня было до Теи. Немного, но, по крайней мере, без такой путаницы. Или этой постоянной боли в груди. Тоски. Странных эмоций, которых я никогда раньше не испытывал, вроде ярких цветных полос на сером небе. Они пронеслись сквозь меня, когда я подумал о Тее. Вспомнил мягкость ее волос и то, как приятно было держать Тею, даже если это требовалось, чтобы не дать ей развалиться.Это было неправильно, чувствовать себя так. Неправильно испытывать что-либо к девушке, которая не контролировала свою жизнь. Кто не мог принять ни одного обоснованного решения. Кто дарил свою блестящую улыбку окружающим, потому что какой у нее был выбор, кроме как доверять нам?Я хотел быть ее выбором, а не незнакомцем, с которым ей приходится встречаться. И было бы несправедливо оказывать на нее такое давление, даже если сама она никогда этого не поймет. Я-то понимал, и это было неправильно.«Мне нужно уволиться».Отведя мистера Перелло обратно к нему, я направился в комнату отдыха сотрудников, надеясь поймать Алонзо. Я уйду. Сотрудникам будет трудно заполнить мои часы, пока они не найдут замену, но ничего, справятся. Особенно с новым директором и нормальными средствами. «Голубой хребет» выживет и без меня. Как и Тея после перезагрузки, они никогда не вспомнят, что я здесь был.«Жалеешь себя, ты, большой дурачок?»Я отмахнулась от Дорис. Никакой жалости. Просто факты.Но Алонзо не было на месте, и я решил, что должен закончить свой рабочий день. Поэтому пошел в комнату отдыха, чтобы навести порядок.Я замер, увидев доктора Чен у полки. Даже с порога я знал, что она смотрит на рисунки Теи. Доктор Чен держала лист и медленно поворачивала его, читая цепочки слов.Ручка метлы ударилась о дверь, когда я вошел в комнату, и доктор Чен подняла голову.– Привет, – сказала она. Ей было не больше тридцати пяти, в глазах светился острый ум, а на лице сияла добрая улыбка. – Не думаю, что мы знакомы. Я доктор Кристина Чен.– Джим Уилан, – представился я. – Я могу прийти позже.– Вы тот, кто остановил санитара от нападения на мисс Хьюз, – вспомнила доктор Чен. – Мы все так вам благодарны. Правда. – Доктор оглянулась на рисунки Теи. – Вы видели это? Совершенно необычно.– Да, – сказал я, оглядываясь и ожидая, что Делия Хьюз вот-вот появится позади в облаке зеленого дыма. – Тея использует их для общения. Я думаю, что они ее память.– Правда? – Ее тон был дружелюбным, а не уничижительным. – Как?Я подошел к ней. Черт, раз я все равно собираюсь уйти, мне нечего терять. Я вытащил сложенный рисунок, который держал в заднем кармане.– Видите это? – Я указал на цепочку слов:Сожалею истинно синее синейшее небо глаза моя улыбка раздражает дождь боль боль боль– Это слова песни, – сказал я. – «Sweet Child O’Mine». Я сыграл ее Тее, когда взял на прогулку, и она нарисовала это на следующий день.Глаза доктора Чен расширились.– Это случалось не единожды?Я нашел и показал ей больше примеров, наряду с рисунком, который объяснил мне нападения Бретта.Доктор Чен кивнула.– Я вижу.Надежда вспыхнула в моем сердце.– Д-д-да?Она кивнула.– В примечаниях доктора Стивенса словесные цепочки – это простые упражнения, якобы мозг Теи тренируется, тем единственным способом, которым умеет. Но, возможно, это потому, что он не знал контекста.Мое сердце екнуло.– Они что-то з-з-значат для вас? – У меня свело челюсть от чертового заикания.Она склонила голову.– Джим, у тебя небольшое отклонение? – Прежде чем я смог ответить, Чен продолжила: – Я спрашиваю, чтобы мы могли признать проблему, и вы больше не смущались из-за нее. – Ее внимание вернулось к цепочке слов. – Я слышала о картине. Тея уничтожила ее из-за жестокого обращения накануне ночью?– Да, – сказал я. – В точку. Она п-п-помнит.Доктор Чен изучила рисунок в последний раз.– Посмотрим. Конечно, необходимо выполнить некоторые тесты.– Вы можете ей помочь?Доктор собрала рисунки в стопку и сунула их под руку.– Прежде чем приехать сюда, я прошла стажировку у доктора Бернарда Милтона, одного из ведущих нейропсихологов Австралии. Он делает удивительные, революционные вещи, чтобы восстановить потерю памяти у пациентов, используя стволовые клетки и нанотехнологии.Я восхищенно слушал. Как будто эта женщина раскрывала тайны вселенной.– Когда моя стажировка закончилась, я сразу поняла, кому хочу посвятить свое внимание – Тее Хьюз. Я понятия не имела, что найду в ней, но мое профессиональное любопытство потребовало, чтобы я взялась за один из худших в мире случаев амнезии. – Она криво усмехнулась. – Может быть, мое эго тоже имеет к этому какое-то отношение.Мое горло пересохло.– И?– В ее файле говорится, что она типичная пациентка с черепно-мозговой травмой и без надежд на выздоровление. Но после личной встречи с ней и этого разговора, мистер Уилан, я совершенно ошеломлена тем, как дело Теи и недавняя работа доктора Милтона могут пересекаться.Я смотрел на нее.– Подходит ли Тея под то, над чем он трудится?Доктор Чен улыбнулась.– Посмотрим. Мы можем поговорить еще раз? Я считаю, что те, кто ежедневно работает с пациентами, часто знают больше, чем их врачи.– Я не уверен, что задержусь здесь надолго.– Какая жалость. Ну, если вы передумаете, я буду здесь. – Она подняла рисунки. – Я точно собираюсь задержаться здесь надолго.