Глава 3

Каждый, кто находился в этой квартире, казалось бы, медленно сходил с ума. Комнаты будто сжимались под тягостью нагнетающей паники, а погода за окном становилась все пасмурней, да темнее.

Воздух был спертым, пыльным, с примесью сладковатого лавандового шампуня —призрачным напоминанием о Лизе, которой тут не было. Ксюша, поджав к себе трясущиеся тонкие ноги, нервозно перебирала в руках клочок лежавшей на деревянном полу бумаги. Шершавая поверхность листа касалась её бледной кожи, а ледяной холод лакированных досок проникал сквозь тонкую ткань одежды, заставляя внутренности сжиматься.

Пот выступил на лбу, мысли смешивались в субстанцию непонятного происхождения. Девушка старалась переварить недавно полученную из дневника сестрицы информацию. «Эксперименты? Пытки? Насилие?» — ни одно из этих слов старшая не могла принять и усвоить, слишком уж это было противно, до невозможности страшно.

Ей просто хотелось уйти от ответственности. Впервые она вела себя не как взрослая, могучая девушка, которая могла бы за считанные секунды решить все проблемы семьи, а как маленький беззащитный котенок, коего с поджатым хвостом оставили ждать хозяина у двери.

Ксения медленно перевела взгляд на Леру, которая страницей за страницей прочитывала всю информацию, которую только могла получить. «И как ей не жутко?» — подумала  Романова. Но тут же лицо блондинки  поменялось, когда та дошла до самого главного, до того, где зеленоглазая в животном ужасе отбросила дневник в бетонные стены. За окном зашумел поднимающийся ветер, и первые тяжелые капли дождя, затарабанили по стеклу, словно поддерживая её отчаяние.

— Нет... Да как этот мудак... Что он посмел сделать с моей Лизонькой!? — Валерия заскрипела зубами и закусила щеку от проходящей по всему телу ярости. Брови нахмурились, она сжала в руке и так изрядно потрепанный дневник и из-за всех стл вдарила по твердому, хоть и ветхому стулу. — Гандон! Я из-под земли этого поганца достану! Он... Аргх! —  глухой стук коленей о голый пол отозвался эхом в звенящей тишине. Горькие слезы потекли по щекам, а эмоции переполняли слабое тело. Эти звуки были не просто плачем, а сухими, разрывающими горло спазмами —держаться было невозможно.

Дыхание вырывалось прерывистыми, свистящими рывками, сердце уже было готово выпрыгнуть от давления, а пространство расплывалось в темных, непроглядных кругах. Она видела в ней себя, такую беззащитную перед врачами, когда тебя затаскивают в кабинет, пока ты извиваешься от собственного крика.

— Почему ты ничего не сделала?! — Валерия со злостью кинула взгляд на сестру.— Я что, сделала? Лера, успокойся! Я правда виню себя, что не уследила, но чтобы ты меня в этом обвиняла — сущий бред.— Заткнись! Заткнись! Мы должны были что-то сделать, придумай что нибудь! — младшая вскочила с пола и одним резким движением запрыгнула на сестру.— Лера, какого хрена?! Ай! — Ксюша повалилась вниз, и затылком больно стукнулась о твердые доски. Воздух покидал легкие. Сверху давила вся масса властного сестринского тела, обжигающая, влажная от ярости и одновременной обиды.Пальцы кареглазой впились в её запястья, как тиски. Старшая, словно была загнанна в ловушку своего собственного родного человека.— Не говори ничего! — она рыдала, эмоции лились так сильно, что даже собственная сестра не укрылась от порыва гнева девушки.— Да почему ты думаешь, что я буду постоянно решать ваши проблемы!? Аргх! Я же не ваша мамочка! Ты... Вы...

Зеленоглазая заерзала на месте и, вдохнув полной грудью, скинула с себя блондинку. Романова поправила свалившиеся с носа очки. Она аккуратно поднялась с до-жути холодного пола и протянула руку ещё не успевшей опомниться сестре. — Проехали... Вставай, дуреха, о другом сейчас нужно заботиться.

Лера прикусила губу. Наконец успокоившись, та сжала ладонь старшей и поднялась как ни в чем небывало. Между девушками повисла напряженная тишина.

Ксюша посмотрела на блондинку, чьи глаза до сих пор были залиты слезами. Она подошла ближе, заключив беззащитную ранимую сестренку в крепкие объятья. Тепло Лериного тела стало глотком оживляющего тепла после леденящего отчаяния. Девушка прижалась щекой к её светлым локонам, таким мягким и пахнущим домом. В ноздри ударил сладкий, почти навязчивый запах вишни и свежести — любимые духи Леры, которые так контрастировали с затхлостью комнаты и едким душноватым ужасом, что Ксюша на мгновение закрыла глаза,чтобы просто вдохнуть его, пытаясь быть к сестренке так близко, как это вообще возможно.

Девушка с сожалением потрепала её по невинной макушке. — Прости меня, я уверена, что мы справимся.— Прошу, не извиняйся... Это я виновата, что набросилась, Лиза от моих выходок точно не вернется.— Что правда, то правда, но все равно не вини себя, я все понимаю. Самое главное сейчас изучить все досконально и записать любые зацепки. Все таки различных клиник в нашем городке много.— Лиза писала, что это заброшенная клиника, то есть неофициальная Думаю это должно сузить круг поисков.— Да... Но этого все ещё недостаточно. — Ксюша устало плюхнулась на скрипучую уютную кровать Лизы и сжала в руках уголок её шерстяного одеяла.— У меня на работе есть связи. — начала Валерия, сев рядышком с сестрой. —  Завтра у меня интервью, постараюсь что нибудь разузнать.— Спасибо, милая. — искренняя улыбка дрогнула в уголках её губ. — Тебе уже пора спать, завтра нам понадобиться много сил.— А как же ты? Тоже спать ложись, дурочка.— Я останусь в комнате Лизы.

Лера озадачено глянула на сестру, но спорить не стала, слишком уж её глаза слипались, а тело предательски тяжелело от нахлынывающей усталости. Она взяла Ксюшу за ледяную руку, словно передавая тепло своей души и, мило улыбнувшись, поднялась с кровати. — Сладких снов, до завтра!

— Доброй ночи. — Ксюша облокотилась на бледно-кремовые стены. Лера ушла, а значит в комнате воцарила напряженная тишина.

Скрип старых половиц не давал покоя. Приглушенный гул машин за окном, все сильнее накрапывающие капли дождя и ощущение, что в доме есть кто-то ещё. Ксюша прижала колени ближе к груди, в голове был лишь один, смущающий девушку вопрос — «Где же Филл?» Да, не удивительно, что он как всегда пропадает, но чтобы на ночь — так странно.

Она кинула взгляд на прикроватную тумбочку. На ней красовалась их первая общая с семейная фотография, сделанная после того, как Лиза переехала к ним. Ксюша, с особой нежностью взяла рамку и прижала к груди. На ней Лиза беззаботно смеялась в кругу любимых ей людей. Её карие глаза тогда были живыми, землистыми, теплыми, словно свежевспаханное поле в лучах закатного солнца. В них была наивная, искренняя, та самая Лиза, с которой можно было шутить и смеяться днями на пролет, пока не заболят животы.

Но что осталось от неё? Та, что сегодня была перед ними в колледже: противная, мерзкая тварь, пожирающая невинную Елизавету изнутри. Та, что впечатала наглого Михаила в грязные стены и смотрела на мир стеклянными, безразличными к миру глазами. В них не было ни грусти, ни счастья, ни страха, а лишь холодное безумие и животная ярость. Он не просто мучал ее. Он цепкими клешнями вытаскивал ту самую Лизу с фотографии и оставил после своей грязной работы только пустую никчемную оболочку,  которую теперь наполняло нечто другое.

Ксюша сглотнула. Она провела мягкими подушечками пальцев по пыльному стеклу, пытаясь коснуться той, настоящей сестренки. Теперь, девушка даст себе слово, что найдёт не ту, что в течение столь долгого времени находилась в их семейном обществе, а эту. Ту, чей смех был слышен даже через фотографию. «Я верну её, даже если прийдется сжечь дотла весь город. Даже если он здохнет, я вытащу его труп из сырой земли и накажу за каждый эксперимент, проведенный над моей сестрой» — проговорила в голове Ксения.

* * *

Тишина в номере мотеля оглушала мужчину. Филл провел шершавой рукой по лицу, смахивая до невозможности мешающую усталость. Он был не там, где должен был быть, он был там, где мог что нибудь сделать. Медленно потягивая перегоревший экспрессо из пластикового стаканчика, Романов рылся в ноутбуке. Шустрые пальцы печатали по клавиатуре, выуживая информацию через множество сайтов и приложений, дабы добраться до самого сокровенного.

С лихорадочной спешкой он то закрывал, то открывал новые вкладки на экране монитора. Первые источники показывали бесполезную чепуху, по типу старых научных конференций и упоминаний архивных статей. Брюнет продолжал искать дальше, пока его темно-карие глаза не уловили нечто необычное. Филл наткнулся на весьма странную базу данных, доступ в которой он получил через свои «личные» каналы. Там было все, по крайней мере точно больше, чем могла бы поведать им жалкая полиция. Но нужна была информация, намного больше, чем на данный момент имел мужчина. В мыслях вертелась та самая фамиля, которую тот разыскивал все свое свободно время. На работе ему сказали об одном знакомом: Белове Викторе. Он напрягся, однако выбора не было. В поисковой строке начали вырисовываться буквы, складывающиеся в одно слово: Белов. Филл наклонился ближе, когда на светящемся в контрасте с темной комнатой экране высветились не просто пару картинок и нелепых надписей, а целое досье. «Безумец, возомнивший себя доктором» Зрачки забегали из стороны в сторону, дыхание перехватило от испуга. «Диагноз F60.2 — Антисоциальное расстройство личности. Наличие сверхценных идей о собственном привосходстве и праве пересоздавать человеческую психику». Он бросил взгляд на фотографию, прикрепленную к сайту. На нём был изображен мужчина лет сорока в белом халате и женщина выглядящая статно. Черные блестящие волосы свисали с её тонких плеч, на руках красовались блестящие украшения, а тело обтягивало платье точно не последнего сорта.

— Неплохо эта мразь устроилась, хотя женушка у него ничего — Из его рта послышался короткий саркастичный смешок. Филл любил невзначай вкидывать подобного плана шутеечки, чтобы защитится от страха, но похоже такое его состояние сохранится ненадолго.

Он ужаснулся. Следующим, что увидел парень, была зернистая черно-белая фотография двух человек. 1996 год. В центре, с игривой  ухмылкой стоял он — Белов. Я рядом, положив тяжелею руку на плечо — их отец. Романов Владимир Николаевич.

По телу пробежал ток. Филл почувствовал, как желудок сжимается в тугой холодный узел. Зрачки лихорадочно метались по строке с фамилией, не жалея верить. «Романов Владимир. Инвестор» Филл одним движением отскочил от стола. Мозг отказывался принимать только что полученную информацию. Он вдохнул полной грудью. В комнате пахло предательством и уже почти выветренным терпким запахом сигарет. Да, Романов знал, что их отец не простого поля ягодка, однако, чтобы его скелеты в шкафу навевали такой параноический ужас — невозможно. Этот человек не мог быть таким, точно не соучастником пыток над беззащитными детьми и животными. Но это было правдой. Их отец, их все это время отсутствующий отец спонсировал каждый эксперимент Белова, прикрывал от полици, а за это получал огромную денежную плату.

— Не может такого быть... Да как же! — от собственного непонимания, Филипп заговорил сам с собой. Парень пытался сохранять спокойствие, хотя это давалось ему весьма сложно. Он достал из переднего кармана джинс телефон и уже набирал номер Ксюши. Палец задрожал над кнопкой вызова.

— И что я ей скажу? Эй, сис, я узнал, что случилось с Лизой, и кстати, наш отец замешан во всей этой заварухе. — брюнет представил ее невинные глаза, полные ужаса. Нет. Сейчас не время. Иначе, кто знает, что может случится, лишний раз не хотелось нагнетать обстановку. Лучше разведать все самому.

Пальцы судорожно нащупали в переднем кармане куртки пачку и вытащили последнюю, помятую сигарету. Пламя зажигалки в моменте дрогнуло, осветив его испуганное лицо. По номеру разнесся сладковатый горький дым, пахнувший напряжением и смесями различных трав. Филл затянулся так глубоко, что в глазах помутнело. Длинная зола вот-вот должна была осыпаться, но тот не замечал этого. Дым заполонил легкие, давая хоть каплю спокойствия. Он смотрел на ярко-красный огонь на кончике сигареты, как будто сейчас это был единственный маяк, который мог провести его по этому тяжелому пути. — Мы по уши в дерьме...

Веки предательски слипались, тело потихоньку теряло былую силу — спать хотелось до невозможности. Он кинул взгляд на электронные часы: 4:19. Старший тыльной стороной ладони провел по лицу. — Уже слишком поздно. Завтра со всем разберусь. —  подумал парень, и с кучей нависшей на него проблем, начал готовиться ко сну.

* * *

Солнечные свет бил прямо в глаза, проедая душу насквозь, а будильник трезвонил так, будто от его вонючего надоедливого звона зависела судьба вселенной. Лера нехотя распахнула глаза, с размаху ударила по кнопке и тяжело вздохнула. Начинался новый день, но проблемы оставались совершенно такими же.

Валерия кинула взгляд на чуть закрытое прозрачной шторой окно. Там, резво пиная мяч, уже веселились соседские дети лет семи. «Хорошо им» — подумала Лера, но быстро перевела мысли на действительно волнующие её вещи — интервью. Обычно девушка ходила на них как раз таки по выходным, когда все свободное время не было занято колледжем. Она одернула мягкое пуховое одеяло в сторону и нехотя встала, готовясь привычной рутине.

Блондинка  вышла из комнаты. Пройдя по коридору, перед ней возникла необычная картина. Ксюша, с темными кругами под глазами, вокруг куча банок энергетиков фирмы «Red Bull» а рядышком распахнутый Лизин дневник. Старшая выписывала из него все, водя кусочком карандаша по шершавому клеточному листу, видимо вырванному из рабочей тетради. Рядышком скромно лежал телефон с открытой на нём картой города. Болотного цвета глаза бегали из стороны в сторону, видимо складывая картинку из кусочков пазла, добытых за всю эту бессонную ночь.

— А? Лиза... Ой! То есть Лера... Прости, доброе утро — Ее голос был вялым, растянутым, казалось бы она прямо сейчас свалиться на поверхность твердого деревянного стола.

— Сбрендила?! Ты спала вообще? — Я... Нет, но зато гляди, что нашла! Я прочитала весь дневник кучу раз и наконец отсеяла многие варианты, где может быть Лиза.— Ты... Что? Дай посмотреть! — Лера пулей села за стол рядом с сестрой. Романова навострила уши, пока старшая разбиралась в горах исписанной бумаги.

— Вот! Нашла, я проанализировала множество зданий и клиник в нашем городе и по внешним признакам осталось лишь семь больниц, подходящих под описание.— Что ж, мы имеем больше информации, чем раньше, но этого все равно мало, тебе лучше поспать, а я разузнаю обо всём на работе. — Валерия нежно чмокнула уже почти уснувшую сестру в лоб.—  Я... Не могу спать. Мне снились кошмары.— Ксю, я все понимаю, но вдруг мы что нибудь разузнаем, а ты в это время уснешь прямо на месте, а? Ради меня, иди спать.— Эх... Слушаюсь, госпожа.— Не дури! — Валерия хихикнула. Она погладила любимую сестру по голове и быстро исчезла в темноте коридора, дабы продолжить сборы.

«Филла до сих пор нет дома, какой же наглец» — Подумала Лера, осторожно заходя в ванную, чтобы не издавать лишних громкий звуков.

Она включила кран. Из него тонкой струйкой, словно маленькая речонка, текла прозрачная водица. Девушка сложила руки в своеобразную лодочку и набрав немного жидкости в ладони, умыла недавно пробудившиеся от сна лицо. Сегодня рутина давалась ей намного сложнее, хотелось просто плюхнуться на кровать, зарыться в мягкое, как зимний снег пуховое одеяло и забыть о всех лишних проблемах, навалившихся так неожиданно. Блондинка с весьма грустным видом глянула в отражение зеркала. В её тусклом взгляде читалась беспомощность. Ничего не оставалось делать, как просто крепко сжать кулаки и пройти через всю грязь, дойдя до самого сокровенного — Лизы.

Валерия прищурилась. Сзади послышался странный шорох, наводящий беспокойство. Лиза? Ксюша? Филл?  Девушка нахмурилась и, сжав в руке длинный бутылек ядерно-розового шампуня, видимо первым попавшимся под руку, резко обернулась назад. Она бросила взгляд на дальний угол. Там, игриво повиснув на потолке, была девушка, подозрительно напоминавшая сестру. Только ее локоны были черными  как поздняя ночь, глазные яблоки такие же темные, совсем без зрачков, руки длинные, а на концах когти — острые, словно тисаки, готовые в любую минуту сделать разрез на тонкой шее.

— Какого?!... — Лера опешила, но быстро собралась и, оскалившись прыгнула на неизвестное существо.

— Аргх! А? — Она подняла голову вверх. Никого на потолке не было, лишь паутина, видимо образовавшаяся из-за того, что за ванной кроме Ксюши особо никто не следил. Дыхание сперло, Валерия не могла понять, что это только что было. Похоже — это все её воображение, сыгравшее с девушкой злую шутку.

— Нужно пораньше спать ложиться... — Тихо пробормотала девушка и, шатаясь, вновь подошла к раковине.

* * *

Остальная часть привычной рутины прошла обычно: чистка зубов, пышная укладка, украшения, сделанные на заказ, сексуальное обтягивающие темно-красное платье и туфли на высоких платформах, доставляющие сильный дискомфорт при долгой носке.

Девушка уже во всю шагала до места, где могла бы вызвать такси. Она редко садилась в машину прямо около своего дома, ведь не раз были случаи, когда старые извращенцы выкладывали её адрес в интернет и множество фанатов стояли под окнами, желая сфотографироваться, или попросить автограф. Да, она была не очень то против, наоборот рада, что её узнают, однако, когда это происходит возле собственного пристанища, то согласитесь не каждый будет чувствовать себя в безопасности. В такие моменты приходилось на несколько дней переезжать в номер мотеля, дабы ситуация сгладилась и было ощущение, что актриса перебралась в другое место. Тяжела жизнь, когда ты знаменитость города.

Каблуки топали по мокрому, от летнего дождя асфальту. В руке, девушка сжимала милую, гламурную сумочку, которая хоть и не была брендовой, но оставляла особое место в сердце блондинки, ведь это была первая, превышавшая привычный бюджет Валерии вещь, купленная на накопленные от гонораров деньги.

Младшая тяжело дышала, пытаясь переварить недавно случившуюся с ней ситуацию. Она не могла поверить, что потихоньку сходит с ума. Как можно было столь отчетливо увидеть человеческую фигуру? Непонятно. Может быть на неё так влиял недосып, а может вообще весь мир свихнулся с ума и все, что мы видим лишь жестокие игры нашего мозга. «Ещё и эта улыбка...» Валерию передернуло. В тот и момент ей показалось, что из рта этой твари текла черная, словно нефть жидкость. Прямо на пол: «Кап-кап».

— И все таки как же она похожа на Лизу... — вновь возникла мысль.

Лера остановилась. Сзади послышались до боли необычные шорохи, а в прибавку к ним плачь ребенка и голос женщины лет пятидесяти. Девушка обернулась. Недалеко, в кустах, и вправду шла женщина. Она крепко держала за тонкую ручку маленькую девочку, что в свою очередь тихонько говорила.

— Мама... Куда мы идём? Я больше так не буду, хватит!— Заткнись, тварь, сейчас все люди на тебя смотреть будут. — Мама! Куда мы?— Да заткнись же ты! — Тетка со всей дури замахнулась и тяжелой ладонью ударила дитя по голове. — К доктору мы идём, просто посмотрят тебя, может на пару дней останешься.— Хорошо... Мама.

Что-то не давало Лере пойти дальше, её словно парализовало. Блондинка хотела бросится в след за этой женщиной, узнать куда она ведёт эту бедную девочку.

В голове нарисовалась та самая первая страничка дневника:

«2 июля. Сегодня мама была особого строга со мной, подняла меня рано утром и сказала, что я ухожу из её дома, мне было не по себе, но я старалась не подавать виду. Спустя некоторое время, мамочка вытолкнула меня из квартиры и мы куда то пошли.

Она держала меня грубо, словно я никогда и не была её любимой дочерью, пока мы шли по улице, она кричала на меня, поэтому я перестала вообще что либо замечать вокруг себя. Затем, мы зашли в какое то здание, похожее на больницу, там было очень пусто, лишь изредка нам встречались неизвестные люди в халатах...»

— О нет.. — Валерия сделала резвый шаг вперед. Мать с дочерью уже скрывались из виду. Она открыла сумочку, чтобы достать свой телефон и набрать Ксюше. Держа палец на кнопке вызова, Валерия замялась. «Не паранойя ли это? Может просто в больницу идут, а девочка капризнячиет?»

Над ухом раздался сигнал такси — девушку уже ждали, так что ничего не оставалось кроме того, как сесть в машину и позже обсудить полученную информацию с сестрой.

— Просто запомню.. — пробормотала себе под нос девушка, разворачиваясь а сигналящему такси. Сердце все ещё колотилось где-то в горле.

* * *

Яркий свет прожекторов выжигал остатки былой тревоги, ночных кошмаров и того странного видения в ванной. Ноги все ещё подкашивались, но Лера весьма неплохо держалась. Она, закинувши ногу на ногу, пафосно, небольшими глотками отпивала воду из длинного стакана.

— Валерия! Вы как всегда выглядите чудесно. Хотелось бы задать вам ещё парочку вопросов, как думаете? — Ведущий улыбался во все тридцать два зуба. Блондинка, стараясь сохранять образ уверенной леди, улыбалась в ответ, паралельно играя взглядом со зрителями.— Спасибо, Игорь! Конечно я не против, зачем же ещё я сюда пришла? — девушка наигранно хихикнула.— Что ж, что правда, то правда! Теперь давайте перейдем к вопросу. Вы часто упоминаете своих сестер, однако мы о них почти ничего не знаем, как они относятся к вашей карьере?

Романова впала в ступор. Ледяной пот выступил на лбу. Пальцы сами потянулись к краю платья, сжав в тугой, дрожащий комок. «Соберись, Лера... Цель ведущих расколоть сидящего перед ними человека, но я не из робких»

— Да, я часто говорю о своих сестрах, а так же у меня есть старший брат. — девушка  вздохнула. — Не хочу разглашать их личную информацию, единственное, что могу сказать, они живы и здоровы, всегда поддерживают меня во всех начинаниях и новых проектах.— Это отлично! Хорошо когда семья поддерживает в трудную минуту, а как на счёт ваших родителей? — между его словами проскочила саркастичная хитрая улыбка, но Валерия оставалась спокойна.— Они редко появляются, часто их нет дома, но мы хорошо справляемся и все равно держим крепкие связи. — Это очень интересно! Думаю сегодняшнее интервью прошло на высшем уровне. Что ж, прощаемся с нашими зрителями. Сегодня с вами были Валерия Романова и ведущий Игорь Мурманский!— До скорых встреч!

Девушка засияла, смотря прямо в камеру. Режисер махнул рукой, сигнализируя, что съемки окончены.

— Всем спасибо, было неплохо. — Мужчина чуть приподнял уголки губ, изображая довольную от проделанной работы улыбку. Он часто относился ко всем предвзято, особенно к женщинам. Удивительно, как Валерия смогла вырваться дальше малого театра с таким отношением, можно сказать она была исключением его излишней строгости.

В студии возникла буйная обстановка: актеры обсуждали предстоящие проекты, обычные работники убирали оборудование, а блондинка бегала глазами по всему пространству, дабы отыскать нужного ей человека.

Девушка откинула прядь волос назад и поднялась с мягкого ярко-красного кресла, контрастирующего с её шикарным платьем, обтягивающим женственное тело. «Где же ты, Семён?» — проговаривала про себя Лера, величественно расхаживая по залу.

Она сделала ещё пару шагов вперед, пока совсем не отсеялась от лишней толпы, сбивавшей актрису бестолковыми беседами. Наконец, бросив строгий взгляд на дальний угол зала, девушка заприметила нужную цель, которая должна была попасть под обстрел большого количества вопросов. Саймон Маркони — один из любимых коллег и дорогой приятель Романовой. Она часто звала его просто Сема, или Семен, однако он не каждому позволял столь простое обращение, ведь отдавал особое почтением своему итальянскому происхождению. Парень проживал в России уже целых пять лет, но до сих пор удивлялся местной бюрократии и хамству в общественных местах, хотя максимально старался этого не показывать.

— Ciao, bella! (Привет, красавица!) — Его  лучезарная улыбка сияла ярко в ответ на её  появление. Парниша, подбежал к девушке, чтобы заключить в крепкие объятия. Горячее дыхание охватило тело блондинки. Она крепко обхватила талию Маркони. Давненько все таки не виделись. Романова протянула лодонь к его макушке и шутливо потрепала по рыжим кудрявым локонам.

— Приветик, Сём! Как ты?— Да ничего, все шикарно, а ты как, милая? Мне показалось, что ты выглядела подавленно сегодня, может этой маммасите нужна помощь? Валерия вздохнула, отступив шаг назад от друга. — Да... Я думаю мне нужна, мы можем поговорить об этом по пути в гримерку? А то опять распустят слухи о нашем замужестве и семерых детях.— А я и не против. — В его карих глазах появился игривый блеск. Он частенько мог заигрывать со своей подружкой и, не смотря на то, что младшую это вечно смущало, ему это приносило неоспоримое удовольствие.— Дурак, пошли уже. — Блондинка резка схватила парнишу за рукав мягкой кофты и уверенно пошагала по небольшому коридору, ведущему в гримерку. Сейчас там с большей долей вероятности никого быть не должно, так что это было лучшим местом для приватной беседы.

Тяжелая дверь отворилась со скрипом. Лера, выйдя вперед, села за кожаный, мягкий стул, на котором ранее ей поправляли макияж. Саймон в свою очередь встал рядышком, с недопониманием смотря на подругу.

Повисла неловкая пауза, так что парень решил начать первый. — Так что произошло, красавица?

— Это ужас!! Лиза пропала, а я вообще не знаю, что делать делать! Остается только сохранять спокойствие и улыбаться, пока полиция ничего не делает... — Валерия опустилась на небольшой туалетный столик, стоявший рядом. Ей нельзя было плакать. Но держать все в себе было так же до невозможности сложно. Парень дрогнул, однако быстро осознав всю ситуацию, мягко опустился на колени рядом с девушкой, чтобы быть на одном уровне.

— Ты не обязана всегда улыбаться, я могу чем-то помочь? Есть ли информация, где эта девица может быть? Вдруг задержалась где нибудь?— Её нет целый день... Полиция говорила так же, но она не могла где-то задержаться! Ты понимаешь? — Тебе лучше успокоиться милая. — Маркони ласково приобнял Романову, стараясь передать свое глубокое сочувствие.—  Это не самое страшное, мы нашли её  дневник... — Горло сжалось. Валерия не могла сказать «пытки» или «эксперименты». Вместо этого она сильно сжала руку рыжика, чтобы горькие слезы не полились реками, а затем просто посмотрела на Саймона, и в этом взгляде читался весь ужас. — Её мучали... с детства. И теперь она там, у этого шизика! Она больна... У неё может быть раздвоение личности... Шизофрения! А я даже не знаю как ее искать!Саймона охватил страх. Да, в такое поверить и вправду было тяжело, но он знал, что Лера никогда ему не врала, поэтому, тяжело вздохнув, парень принялся размышлять.

— Больница? Мне не хватает конкретики. У тебя есть хоть что-то? Имя? Приметы?— Белов Виктор Константинович. И это все.. Саймон сидел, словно в ступоре, вслышиваясь в каждое слово.

— Non ci posso credere! (Не могу поверить) — вырвалось у парниши — Как он мог отмахиваться от полиции столь долгое время? — озадаченно спросил парниша, протягивая девушке стакан воды.— Не знаю... Думаю у него было много денег. В нашем мире хорошие связи и полный кошелёк это тот еще джекпот. — Это все очень странно и запутанно, но с этим именем уже можно работать. Обещаю, что помогу. Я не дам ему тебя тронуть. — Саймон сжал кулаки. Он прокручивал в голове все, что только что услышал от своей подруги. В мыслях каша, но в душе твердая цель — нужно спасать.

— У меня есть друг-журналист, который копал историю с подобными данными, думаю он может получить доступ к нужной информации, родная.

На лице Валерии тут же засияла улыбка, она резко встала и крепко обняла своего друга. — Спасибо, Сема! Ты самый лучший!— Мне кажется я заслужил награду. — Парень натянул игривую улыбку и обеими руками прижал девушку ближе к себе.— Оу, чего ты хочешь? — смущенно проговорила Лера. Она уже привыкла к такому обращению со стороны друга, ведь в контексте его страны, такое отношение к девушке являлось обыденным.

Рыжик чуть наклонился и кончиком пальца указал на свою щеку.— Ты такой дурак. — Валерия потянулась к парнише, чтобы поцеловать. Пунцовый след помады отпечатался на теплой коже. Сердце забилось быстрее, а дыхание сперло, но актриса мастерски не показывала собственного смущения.

— Я наберу тебе вечером, красотка. — Я тебе очень благодарна, но перестань.— Да ладно, мне кажется тебе нравится, у тебя такая красивая фигура.— К чему это вообще? — Валерия встала, положив руки на бедра. — Ни к чему, увидимся завтра?— Может быть, куда я денусь. — Романова изобразила легкую улыбку и, на прощание обняв своего приятеля, вышла из гримерки.

* * *

Съемки, наконец, закончились. Внешне — вполне успешно, но внутри все еще клокотало. Да, она конечно была неподдельно рада тому, что к ним прибавился ещё один человек, который мог бы помочь в поисках сестры, но даст ли это хоть что-то? Непонятно.

Валерия впустую вглядывалась в мелькающие за окном машины и высокие здания, словно ответ мог быть спрятан там. Младшая вздохнула, кинув взгляд на водителя. «Уже вечер... Интересно, как там Ксюша?» Она вообразила в своей голове образ старшей, что с утра напоминала зомби из тех самых клишированных фильмов про апокалипсис.

Такси остановилось около ближайшей точки, где девушка могла без происшествий дойти до дома. Романова оглянулась, пытаясь проанализировать дорогу с самым маленьким количеством людей. Она кинула взгляд на таксиста и, механически улыбнувшись, открыла дверь, дабы выйти из машины.

— Хорошего вам дня.

Каблуки вновь застучали по мокрому асфальту. Пять минут быстрой ходьбы — и её пальцы уже поворачивали ключ в замочной скважине. Дверь открылась с тихим щелчком.

— Ксюш? — Голос прозвучал громче, чем планировалось. Он рассеивался в мертвой тишине квартиры, где уже вторые сутки царила напряженная атмосфера. — На кухне, — донесся из дали усталый отклик сестры.

Валерия аккуратно скинула с себя набитую вещами для съемок сумочку и, пройдя по коридору зашла на кухню. Перед ней появилась та же картина, что и утром: посуда не помыта, а на столе пустые, смятые банки энергетиков. Редко в их квартире был такой беспорядок. Ксюша перфекционистка до мозга костей, никогда бы не допустила такой хаос в собственном пристанище. «Видимо совсем все плохо...» — мелькнула мысль. Младшая окинула грустным взглядом сестру, что в свою очередь скромно, как-будто еле живая развалилась на диване.

— Ты ложилась спать? — Голос стал строже, а слова четче.— Ну... Я поспала часа два наверное... Совсем не получается уснуть. —  Ксюша потерла костяшками пальцев покрасневшие от усталости глаза и перевернулась на другой бок. — Я не знаю, что нам делать дальше... — Валерия осторожно села на край дивана. — Мой коллега по работе, Саймон, обещал помочь, но это вряд ли что-то даст... — Лер, у меня в голове только она, не могу думать о другом.— Я знаю, но давай хотя бы на пять минут просто подышим. И поговорим о том, что не будет связанно со всем этим...—  Хорошо, я попробую. Так что там? Саймон... Саймон, это который рыжий и вечно заигрывает с тобой? — Девушка пыталась натянуть улыбку, чтобы казаться приветливее, но силы давно покинули её тело, так что старшая решила остаться в равнодушии.— Да не флиртует он. Это просто культура его страны. — На секунду Лера задумалась, однако быстро пришла к прежнему мнению о друге. — А как насчет твоего кавалера? Вы постоянно себя как парочка ведете.— Мы же очень давно дружим, я даже не могу представить... Оу, да к черту, опустим это... — Ксюша прижала одеяло ближе к лицу, дабы скрыть внутреннее смущение.— Да ладно, не мучай парня, не уж то твой Илья вообще намеков не дает?— Забудь, я даже не задумывалась над этим, да и мне сложно размышлять об этом сейчас...— Нужно же нам отвлечься, так что, он тебе нравится? От такого вопроса Ксения опешила, на лице красовался алый румянец, а ноги поджались к ближе к телу. — Да я не могу так! — Оу, да Ксю у нас с сюрпризами.— Тише! Он мне нравится, но как друг... Наверное, я не представляю, что он может предложить мне стать его девушкой.— Интересная ты личность, сестра.— А ты сама? Почему не отвечаешь Саймону взаимностью? Вдруг у вас тоже что-то выйдет. — Я бы не против на самом деле, но сейчас у меня столько трудностей, да и работа... Наверное отношения мне сейчас не кстати.

Валерия кинула взгляд на старшую.  — Что ж, отвлеклись мы от темы, у тебя есть что-то новое? — Я обыскала все... Но ничего. — Ксения поднялась с дивана. Её голос был без эмоциональным, а лицо тоскливым, словно из девушки высосали всю жизнь.— Ничего страшного, мы обязательно ещё поищем вместе. — сказала блондинка, кладя руку ей на плечо.— Спасибо, Лер... — Тихую фразу девушки прервал телефонный звонок, сопровождавшийся мелодичной, энергичной музыкой.

Романова младшая с раздражением кинула взгляд на экран телефона. На нём уже во всю красовалось имя апонента.

— Опять Саймон со своими глупыми шуточками! — Она вяло протянула руку к лежащему на тумбочке телефону и поднесла к самой мочке уха.

— Привет, Сём, что такое? — Голос был усталым, руки чуть дрожали, но девушка старалась сдерживать привычный тон разговора.

В трубке повисла пауза, и за эти пару секунд тишины в её сознании пронеслись самые худшие варианты. Но вдруг, глаза Валерии резко расширяются, а дыхание участилось. Она резко вскочила, как будто по ней пропустили разряд тока. Диван заскрипел. Младшая кинула взволнованный взгляд на Ксению. В нём читается все — шок и бушующий в венах адреналин.

— Ты... Ты уверен? Ты знаешь точный адрес? — Тихим, прерывистым голосом произнесла Валерия.