Глава 7

- Я хочу, чтоб она переехала жить ко мне.- Ну да, а я хотела спросить, не мог бы ты снова забрать Джея-Пи в субботу? Мне придется вести статистику очередей в Ромфорде, можешь себе представить? В субботу! Там какой-то спортивный праздник, я уж не знаю...- Ты слышала, что я сказал?- Ага. Хочешь вызвать уборщицу. Бла-бла-бла... Я должна буду завезти его к тебе преступно рано, где-то до шести, но он запросто спит до восьми, так что ты просто...- Ты слышала, зачем я вызываю уборщицу?- Зачем? Откуда мне знать. Чтоб она убралась у тебя в доме, я полагаю? Что за вопрос...- Я хочу, чтобы Кумико переехала ко мне.- ...

- ...- Переехала к тебе?- Ну да. Я так хочу.- ПЕРЕЕХАЛА К ТЕБЕ?!- Я понимаю, что все немного внезапно.- НЕМНОГО ВНЕЗАПНО? Ты знаком с ней каких-то две недели! Подумать только! Вы кто - мухи-однодневки?!- Аманда...- Папа, ты бредишь. Ты же едва ее знаешь!- В том-то и дело. А хочу узнать лучше. Просто сгораю от нетерпения.- И ты решил узнать ее таким способом? Послушай, ты втюрился, и я за тебя очень рада, но я и волнуюсь за тебя, Джордж. Ты ломишься с места в карьер. Ты втюрился, и твое чувство очень сильно, только она не станет любить тебя так же сильно в ответ, и уверяю тебя, если ты попросишь ее переехать к тебе, она, скорее всего, сбежит от тебя на край света. И правильно сделает! Любая женщина поступила бы точно так же.- Она не любая.- Может, и так, но если она не какая-нибудь марсианка...- Почему бы и нет?- ...тогда она точно решит, что ты сумасшедший.- Ты не стала бы так говорить, если б ее увидела. Это решение кажется самым простым и естественным...- Вот видишь, как для тебя все быстро и просто! А я ведь ее даже еще не видела!- Почему бы тебе не заехать к нам на ужин в субботу?- Потому что я буду в Ромфорде, и мне нужно завезти к тебе Джея-Пи...- Ну, оставайтесь потом, когда приедешь его забрать.- Не могу. В субботу вечером ему должен звонить Генри, а я...- Я просто хотел тебя с ней...- Да зачем это мне? Почему я вообще должна запоминать ее имя? Через каких-нибудь пару дней она сбежит, стоит тебе попросить ее переехать сюда. Ведь вы знакомы всего две недели.- Знаешь, Аманда, порой я никак не пойму, с чего ты взяла, что можешь разговаривать со мной в таком тоне.- Я...- ...- ...- Аманда?- ...- О, милая, только не плачь, я вовсе не хотел тебя оби...- О нет, я знаю, что не хотел, потому и плачу. Ты даже выволочки мне делаешь так по-доброму, и ты прав, а я не знаю, что со мной творится, я просто какое-то злобное дерьмо...- Ты вовсе не злобное...- Еще какое злобное! Вот и опять! Откуда ты знаешь, что я не разревелась специально, чтобы ты принялся убеждать меня, что я не злобная?- А ты какая?- Не знаю!!!- Милая, что происходит?- ...- Вздохи такой длины обычно указывают на то, что...- Кажется, я разосралась с девчонками.- Боже, Аманда...- Я знаю, не нужно ничего говорить.- С какими девчонками?- Чего?- С какими девчонками?- Да все с теми же. Мэй и Рэйчел.- Рэйчел... Это та, что разговаривает одними вопросами?- А Мэй - та, у которой сиськи натуральные, но похожи на силикон. Вот видишь? Стоит мне только о них подумать, как я тут же стебусь над ними...- Так что случилось-то?- Все как всегда. Я просто открыла свою огромную, грязную, драную пасть.- О, нет. Только не это...- Не лучшее время стыдить меня за мой язык, пап.- Извини.- Я просто н-не понимаю! Как людям это удается? Как у них получается так запросто болтать друг с другом? Как они умудряются, я не знаю, попадать в струю, расслабляться и так легко отпускать направо-налево всякие шпильки да остроумные шуточки, а я просто сижу перед ними и думаю: Так, и о чем же мы все говорим? И что я должна сказать? А что не должна? И если все-таки должна или все-таки не должна, то - как? И вот, когда я наконец открываю рот, все, оказывается, уже убежали на три темы вперед!- А почему бы тебе самой не задавать тему?- От этого все только становится еще хуже. Ну то есть вся эта катастрофа и началась с моей фразы о том, как я ненавижу это убожество на Мейфэр...- Какое убожество?- Мемориал «Животные на войне».- А чем он тебе не угодил?- ...- О, милая, я не знаю, почему ты плачешь, но прошу тебя...- Потому что я не могу взять в толк, как люди друг с другом общаются, пап. Я пытаюсь, но выходит совсем фигово - то разобью чей-то любимый фарфор, то плюну кому-нибудь в суп, то похериваю все эти сраные правила, о которых мне даже никто никогда не рассказывал!- Ох уж эти англичане. Они просто обожают правила, которых никто не знает.- Да, но я-то англичанка. Я-то и есть они.- Я всего лишь хочу сказать, что вряд ли ты единственная среди них, кто чувствует себя изгоем.- Но ведь так оно и есть. Я действительно изгой. Думала, вырасту - что-то изменится, но...- Умные люди часто чувствуют себя изгоями, родная.- Я не настолько умная. Хотя умнее Рэйчел. И даже, наверно, умнее Мэй, хотя у этой хитрюги хватает секретов. Так что не знаю, возможно. Только что за радость быть умным, если ты произносишь слова, а никто не понимает, что они означают?- Прости, дорогая. Но, может, они просто не те, с кем стоит пытаться дружить?- А с кем тогда стоит? Мне уже почти двадцать шесть, а я даже не могу никого назвать своей лучшей подругой! Да ты знаешь, в какие фрики записывают таких дур, как я? Да все девки только и циклятся на лучших подругах, даже если друг дружку ненавидят!- Ну, у парней тоже бывают лучшие друзья.- Ты просто не ловишь, о чем я. За моей спиной четверть века фальстартов и подглядываний в чужие окна - и полные непонятки, как же пробраться на этот сраный праздник жизни. И главное, как там остаться.- Бывает и хуже. Скажем, все лет пятьдесят.- Ты никогда не страдал от неумения ладить с людьми, Джордж.- Зато я страдал от неумения удержать их рядом с собой. Та же проблема, вид сбоку.- Мама с тобой осталась.- Ненадолго.- Надолго. Она до сих пор твой друг.- Друг - это все-таки не жена, Аманда.- Да уж, знаю. Все знаю. Просто я... замоталась совсем на работе. И дома. Генри звонит Джею-Пи и говорит со мной очень вежливо. Дружелюбно, вежливо... и, мать твою, любезно. И вырывает по три куска у меня из сердца всякий раз, когда...- Ладно, я перестаю умолять тебя не реветь. Возможно, эти слезы тебя исцеляют.- Только не эти. Это слезы злости. Только не вздумай ржать.

- Ну что ж, милая, если тебе поможет, я твой друг навсегда.- Ох, пап. Ты же знаешь, что это не считается.