[77]

           .Год спустя.

Юнги прижимается к чужой груди, зарываясь носом в шею, а Хосок обнимает его в ответ крепче, нежно целуя в лоб. Солнце проникает через шторы в комнату и немного слепит Чону глаза, из-за чего ему приходится открыть глаза.

Мин тихо посапывает и не желает не только просыпаться, но и вставать с кровати. Хосу эта идея тоже нравится, он делает из одной руки козырёк, чтобы солнце не слепило, и переплетает их с Юнги ноги. Семейная идиллия, прекрасное утро субботы.

Дверь в их комнату резко открывается, и внутрь вбегает девятилетняя девочка в школьной форме и с растрепанными волосами, их любимая доченька, Сона.

— Вставайте! У вас будильник не прозвенел, вы опаздывете! — кричит она, дергая отца за руку.

Хосок в испуге вскакивает с кровати, чем будит рядом лежащего Юна, и бежит в ванную, чтобы принять душ и почистить зубы. На завтрак у них уже нет времени.

— Папаааа, вставай, помоги мне сделать косичку. — говорит она, растягивая гласные.

Юнги всегда тяжело будить, особенно Хосоку, потому что он будит неправильно: поцелуями. Дочка знает способ получше – щекотка.

Она начинает щекотать слишком чувствительные бока, и Мин дёргается, пытаясь уйти от пытки, но в итоге только путается в одеяле и просыпается окончательно.

— Который час? — спрашивает он сонным голосом.

— Восемь, уже пора выезжать, а у меня волосы как у старых кукол. — надувает губы она.

— Черт, сейчас, милая, принеси расчёску и резинку. — он садится на кровати и чешет глаза, а девочка уже протягивает ему то, что он попросил.

Юнги пытается заплести быстро и аккуратно, хотя некоторые прядки все же выбиваются из косички. Он не такой уж мастер в причёсках, но волосы у Соны такие красивые, что Юн научился как делать хвостик, косички и прочие несложные фокусы с волосами.

Он целует её в макушку напоследок, а затем девочка убегает в коридор, перед этим конечно же поблагодарив.

Мин выходит за ней через пару минут, надев, кажется, не свою рубашку, потому что она слишком большая ему в плечах. Они уже не разбирают одежду друг друга, особенно, когда сонные.

Он сталкивается с Хосоком в ванной, когда идёт умыть лицо. От Чона уже приятно пахнет гелем для душа и парфюмом, и Юну хочется зарыться носом в шею, чтобы втянуть себя приятный аромат, но вместо этого лишь коротко целует парня в губы, обещая себе на работе исполнить свое желание.

Сокджин выходит в комбезе и в теплом свитере, хотя на дворе и так тепло. Мальчик все ещё вольнолюбивый, поэтому они позволяют ему ходить во всем, что он выберет. Его наряд завершает старый берет Юнги.

— Ты не вспотеешь, зайчонок? — улыбается Хосок, на что Джин только качает головой и зевает. Бедный ребёнок не выспался.

— Давай я отведу Джина, а ты отвезёшь Сону, и встретимся на работе потом? — предлагает Юн.

Хос, немного подумав, соглашается. Он надевает свое пальто, а затем помогает сыну одеться, пока Сона и Юнги приводят себя в порядок.

Мин протягивает Соне деньги, потому что та с утра не успела поесть, она быстро суёт бумажку в карман и наклоняется, чтобы застегнуть туфельки.

— Только прошу тебя, не покупай опять чипсы, ты весь желудок испортишь, если будешь есть их каждый день. — говорит Юнги.

— Да, пап. — Сона улыбается, закатывая глаза.

— Встретимся на работе. – говорит Хосок на прощание, нежно целуя любимого в губы.

Юнги отвечает на поцелуй и обнимает Чона за шею, прижимаясь к нему. Старший улыбается в ответ, посасывает нижнюю губу, углубляет поцелуй, растворяясь в нем, пока Джин не начинает трясти Юнги за рукав куртки.

— Папа Юнги, я опаздываю! — ворчит сын.

Мин смеётся, отстраняясь и берет малыша за руку. Тот привык к нему, и это не могло не радовать. Юнги любил детей Хосока, и уже называл их своими, потому что те любили его в ответ.

Джин переплетает свои пальцы с папиными и идёт в сторону детского сада, попутно рассказывая папе истории про своих новых друзей. Мин смеётся над ними и сжимает маленькую ладонь крепче.