Глава 18

4 февраля, 2015 год

- Проходим на уколы, - громкий голос медсестры вырывает меня из сна.

Я слишком мало спала. Чувствую себя разбитой, но эта малая часть того, что приходит с осознанием действительности. Я лежу с закрытыми глазами, словно это поможет убежать от реальности. Суровой и жестокой реальности. Слезы текут по моим щекам, и мне хочется выть от боли, которая поглотила меня целиком. Я – комок, сплетенный из боли, слез и пустоты. Сжимаю рукой простыни. Я не задаюсь вопросом, когда это закончится, потому что ответ очевиден. Эта боль навсегда моя спутница. Мы будем идти с ней в ногу на протяжении всей моей жизни.

Кто-то теребит меня за плечо. Приходится открыть глаза. Передо мной соседка по палате.

- Вставай на уколы, - в ее глазах читаю жалость к себе.

Неужели теперь все будет так смотреть на меня? Молча, поднимаюсь и иду в процедурный кабинет. Я на автомате выполняю все действия. Единственное, что мне не под силу – это съесть что-либо.

В 10 утра нашу палату посещает доктор. Уделяет каждой из нас необходимое время. Соседки по палате задают ей вопросы. У меня лично их нет.

- Как ты себя чувствуешь, София?

«Ужасно. Я не хочу жить без своего малыша. Я не знаю, как дальше жить» - хочется выплеснуть все, что у меня внутри. Но в ответ:

- Нормально.

- Сегодня к тебе придет представитель полиции, мы были вынуждены сообщить о случившемся в органы.

Ни одно наказание не вернет мне ребенка, поэтому я не жду чуда от акта возмездия.

- Хорошо.

Доктор задерживает ненадолго на мне свой взгляд. Затем прощается и идет с обходом в другую палату. Я думаю о том, сколько разных случаев ей приходиться наблюдать день за днем, но для нее это лишь медицинская практика. Если же она будет пропускать их через себя, то вряд ли она надолго задержится в этой профессии.

Меня пробирает озноб. Кутаюсь в одеяло и пытаюсь уснуть. Бессонная ночь дает о себе знать. Я проваливаюсь в сон.

Шепот возле меня возвращает в реальность.

- Привет, моя хорошая! – Инна первая замечает, что я открыла глаза.

Сажусь на кровати, подруга стискивает меня в объятиях. Ее присутствие заставляет дать слабину, и я не могу сдержать слезы.

- Поплачь, моя девочка, - ее голос дрожит.

Слышу, как всхлипывает Аня.

- Я не смогла его уберечь, - чувство вины съедает изнутри.

- В этом нет твоей вины, - Аня проводит рукой по моим волосам.

Утыкаюсь в плечо Инны, не в силах прекратить рыдания.

- Все забудется, - успокаивает она.

Мотаю головой.

- Со временем боль стихнет. Я знаю, о чем говорю, - голос Ани тихий.

- Аня права. Тебе нужно время, чтобы прийти в себя, а мы будем рядом.

Я знаю, Ане хорошо известна боль утраты, но не представляю, как оправлюсь после случившегося.

Подруги терпеливо ждут, когда я успокоюсь.

- Ты знаешь кто избил тебя? – Инна, наконец, решается задать этот вопрос.

- Лера.

Постепенно на их лицах читается гамма чувств: шок, ненависть, злоба. Аня не скупится на нецензурную лексику. Инна краснеет от злости. Наш разговор прерывает стук в дверь. В дверях появляется мужчина в форме, и я понимаю, что это мой гость.

- Добрый день. Маликова София, - читает по бумажке.

- Это я.

- Вы не могли бы нас оставить, - обращается ко всем присутствующим.

Девушки оставляют нас вдвоем.

Мужчина представляется Земцовым Игорем Сергеевичем. Называет свое звания и отдел полиции. Затем просит пересказать случившееся. Я выполняю его просьбу, хотя мне тяжело вспоминать вчерашний день.

- Если вина этой девушки будет доказана, то ей грозит до 8 лет лишения свободы, согласно с уголовным кодексом Российской Федерации.

Впервые я задумываюсь о последствиях поступка Леры. Даже это наказание не восполнит боль моей утраты. Но я считаю - она заслужила это.

Я пишу заявление под диктовку Игоря Сергеевича. После он обещает держать меня в курсе всех событий, прощается и уходит.

Подруги и соседки тут же возвращаются в палату.

- Ты написала, надеюсь, заявление? – с порога задает вопрос Инна.

- Да.

- Молодец. И что ей грозит?

- 8 лет.

- Пусть сгниет в тюрьме, - никогда не видела Аню такой злой.

- Так, с этой сучкой позже разберемся. Нам сказали, что ты ничего не ешь. Что за дела? - Инна с укором смотрит на меня.

- Сейчас мы тебя покормим, - Аня вынимает из сумки бульон и кучу всего съестного.

Под их надзором приходится сделать вид, что ем. Аппетита нет. Это последнее, о чем я сейчас думаю.

- У тебя, кажется, телефон разрядился. Вот, я захватила зарядку, - Аня подключает телефон к сети.

- Подкинешь меня до Макса, - просит Инна мою сокурсницу.

- Сама хочу наведаться к нему в гости, - цедит сквозь зубы Аня.

- Он вчера весь вечер мне названивал. Я его успокаивала. Он был встревожен и напуган. Но узнав, что здесь замешана его бывшая пару ласковых он от меня выслушает, - вижу, как Инна настроена против него.

- Он еще не знает, что ты потеряла малыша, - тихо произносит Аня, - сама скажешь или нам это сделать?

Впервые я задумываюсь о наших отношениях с Максом. Не знаю, сможем ли мы преодолеть это вместе.

- Я не готова с ним разговаривать.

- Хорошо, ты не обязана, не переживай из-за этого. Думай в первую очередь о себе, - Инна берет меня за руку.

Еще минут пятнадцать они сидят со мной. Мы больше молчим, каждая думая о своем. После ухода девушек приходит медсестра, чтобы поставить системы. Во время тихого часа мне удается поспать.

На полдник я не иду.

- Твои подруги сказали следить нам за твоим питанием, - говорит моя соседка.

Улыбаюсь ей в ответ.

- Меня Ирой зовут. А это Вика, - указывает на другую.

- София. Очень приятно.

- Мы будем контролировать твое питание, - подмигивает Ира.

К пяти наведывается Полина, захватив пакет еды.

- Как ты себя чувствуешь?

- Более-менее.

Мы сидим в обнимку.

- Я с тобой, слышишь. Папа сказал, что после выписки заберет тебя к нам. Поживешь у нас.

- Он все знает? – заглядываю ей в лицо.

- Он здесь работает. Позже заглянет к тебе. У него сегодня много операций назначено.

- Как он отреагировал?

- Переживает за тебя. Как он еще должен отреагировать?

- Ну не знаю.

- Тебя никто не осуждает, если ты за это переживаешь.

Прислоняю голову к ее плечу.

- Дима передает тебе большой привет. Он ждет меня внизу, его не пропустили. Злой на Макса и на эту сучку. Сейчас отвезет меня домой и поедет к Аглае. Ему по дороге позвонил Кирилл и рассказал, кто тебя избил.

- Значит, Макс тоже в курсе.

- Думаю, да. Он не приходил к тебе? Не звонил?

Мотаю головой. Потом вспоминаю, что до сих пор не включила телефон. Тянусь за ним. Никогда в жизни я не была так популярна. Более трехсот пропущенных звонков и куча смс. Звонили и писали даже те мои сокурсники, с которыми я просто перекидываюсь «привет» и «пока». Моя жизнь снова в центре всеобщего внимания. Как же хочется, чтобы снова меня никто не замечал в толпе людей.

Прощаюсь с Полиной, а затем угощаю своих соседок тем, что принесли подруги и сестра. Ира и Вика пытаются меня развеселить, но я не готова беззаботно щебетать с девчонками.

Ближе к семи медсестра сообщает, что ко мне посетитель и просит спуститься на первый этаж. К сожалению, она не смогла сказать, кто ко мне пришел. В догадках иду вниз. Мне остается последний пролет, когда замечаю силуэт Макса. Внутри все сжимается. Я наблюдаю за тем, как он нервно измеряет шагами холл. Лицо бледное, осунувшееся. Глаза потухшие. Но вместе с сочувствием к нашему горю, я испытываю нечто вроде ненависти. Я не знаю почему, но я не могу не винить его в случившемся. Как бы я не хотела отогнать это чувство. Оно нарастает во мне, и я не в силах видеть его, я разворачиваюсь и возвращаюсь в палату.