51

Прошло несколько недель после той холодной сцены.

Адель скиталась по знакомым, ночевала где придётся, пока однажды не наткнулась на Глеба — своего старого друга детства.Когда-то они бегали вместе по району, лазили по стройкам, делили один велосипед на двоих.

Глеб вырос: спокойный, высокий, с широкими плечами, пахнущий спортзалом и дешёвыми сигаретами.Он учился в университете на тренера и жил в старой общаге при универе.

Встретив Адель в магазине в потрёпанном состоянии, он даже не стал расспрашивать.

— Пошли к нам, поживёшь, пока голову в порядок не приведёшь, — сказал он. — Там койка свободная есть.

Адель не раздумывала.Она боялась ночевать на улице.

⸻

Комната в общаге была маленькой: две койки, древний шкаф, облезлый стол и грязная занавеска.

Но после последних событий для Адель это место было раем.

Глеб оказался настоящей опорой: он не лез в душу, не задавал лишних вопросов, просто молча приносил еду, ставил бутылку воды на её тумбочку и иногда читал вслух книги перед сном, чтобы она могла уснуть.

— Ты будешь жить, малая, — однажды тихо сказал он, убирая со лба Адель растрёпанные волосы. — Ты просто пока забыла, как это делается.

— Только пожалуйста не называй меня так, прошу. ⸻

Тем временем Турбо знал, что она исчезла с радаров.От Вахита он иногда узнавал:"Она вроде жива, Валер... с каким-то Глебом в общаге, её старый кореш."

Турбо молчал.Курил по ночам.И каждый раз мысленно бил себя за то, что не подошёл, не остановил.

Адель вставала медленно.Каждый день как будто ползла через бетон.Глеб помогал. Без слов. Без лишнего тепла. Просто держал её на плаву.

Иногда он закидывал на спину грушу в спортзале и говорил:— Давай, бей, выпускай гниль.

И Адель била.До дрожи в руках.До боли в костяшках.

Но по ночам, когда в общаге становилось тихо, она плакала, кусая губы до крови, чтобы Глеб не услышал.

Плакала не из-за себя.Из-за него.

Из-за Турбо, который, как казалось, вычеркнул её.Навсегда.

⸻

Однажды они с Глебом вышли в город — купить пожрать что-то нормальное.Адель в серой худи, волосы собраны кое-как, под глазами тени — но взгляд уже не такой мёртвый, как тогда на кладбище.

Глеб приобнял её за плечи, шутя:— Ща накормим тебя, гномик. А то сдуешься совсем.

И в этот момент, именно в этот сраный момент, в переулке напротив,стоял он.

Турбо.

Сигарета в зубах.Холодный взгляд, как выстрел в грудь.

Он смотрел.Минуту.Две.Веки его чуть дрогнули, когда Глеб легко засмеялся над чем-то и ткнул Адель в бок.

Адель почувствовала этот взгляд.Обернулась.И всё вокруг рухнуло.

Их глаза встретились.

Мир сузился до боли в животе.

Но Валера не подошёл.Не шагнул.

Он развернулся.И ушёл, как будто стирая всё, что когда-то было.

Адель села на лавку.Смотрела на пустоту.Глеб опустился рядом:

— Это был он?

Адель молчала.Руки тряслись.

— Он жив, малая. И ты живая. А значит, ещё не всё потеряно.

Она засмеялась сквозь слёзы — тихо, мрачно.

— Всё уже давно потеряно, Глеб...

Прошло несколько недель.Адель понемногу втягивалась в эту серую, вымороженную жизнь.Глеб всегда был рядом: не лез в душу, но всегда вовремя подставлял плечо.Он заботился о ней молча — без лишней жалости.

Адель начинала к нему тянуться.

Не как к "парню", нет.Как к спасению.К месту, где не так больно дышать.

Они вместе готовили вонючую лапшу на кухне,гуляли по пустым паркам ночью,он учил её защищаться лучше, сильнее.Однажды, смеясь, Глеб схватил её за талию, прижал к себе, и не отпустил сразу.Его пальцы дрожали.

Адель резко отстранилась.Но не ушла.

И всё бы шло своим чередом.Но про них дошло до Валеры.

Он узнал случайно.Через Вахита.Тот пробросил вскользь, мол, "Глеб с ней хорошо ладит, держит рядом".

Турбо молчал.Слушал.Стирал пальцами кожу на костяшках.

На следующий вечер он уже стоял возле общаги.

Курил.Ждал.

И увидел:Адель, в серой худи, в его любимых кедах,вместе с Глебом.Она смеялась.

Смеялась, сука.Не так, как с ним.И всё же — смеялась.

⸻

Турбо не выдержал.Когда они подошли ближе, он шагнул вперёд, преградив им дорогу.

Адель застыла, как загнанный зверёк.Глеб встал перед ней.

— Отойди, — прошипел Турбо ледяным голосом.

— Не трогай её, брат. — Глеб держался спокойно.

— Ты кто вообще, чмо, блядь, чтобы мне рот затыкать? — Валера сжал кулаки.

Адель вцепилась в Глеба за руку:

— Пожалуйста... Пойдём...

Но Турбо не отступал:

— Нравится тебе с ним, да? — усмехнулся он, в упор глядя ей в глаза. — Забыла уже, как ты ночами рыдала у меня на груди, да?

Адель отвернулась.Глеб хотел что-то сказать, но Турбо ударил первым.

Словно волк.

Мощный удар в челюсть.Глеб пошатнулся, но удержался на ногах.

Завязалась драка.

Адель визжала, рвала их, слёзы катились по щекам.

⸻

Пока вахтёр общаги не выбежал с палкой, пока никто не разбежался в разные стороны —Адель стояла, прижимая к груди скрюченные пальцы.Видела, как Турбо уходил в темноту, не оборачиваясь.

Он ушёл.

И, кажется, на этот разнавсегда.

Следующий день.Тяжёлый, будто мир сам наливался свинцом.Адель шла по школьному коридору, не чувствуя под собой ног.

После уроков Глеб подловил её у входа.Пытался говорить спокойно, но внутри него тоже всё кипело после вчерашнего.

— Адель, давай нормально объяснишь, какого хрена ты вообще на меня наорала вчера? — его голос был тихим, но злым.

Адель закатила глаза, еле сдерживая злость:

— Мне не надо объясняться! — резко. — Не лезь в мою жизнь! Ты что, второй Валера?

Глеб сжал зубы.Подошёл ближе, глядя в глаза:

— Я с тобой живу в одной комнате, Адель. Ты орешь, плачешь по ночам, тебе снятся ебаные кошмары, ты снова нюхаешь, а потом делаешь вид, что всё ок! Думаешь, я не вижу?!

Адель вспыхнула, как порох:

— Да пошёл ты, Глеб! — крикнула она. — Ты мне никто! Мне похер, что ты там видишь!

— Никто?! — он зло усмехнулся. — После всего, что я для тебя сделал?

Она развернулась, уже убегая прочь:

— Я тебя сюда не звала!Ты сам прилип!

Глеб стоял на месте, глядя ей вслед.Пальцы его дрожали.

Он хотел побежать за ней.Хотел крикнуть что-то.Удержать.

Но не стал.

Адель шла на автомате.Дождь моросил по лицу, будто пытался смыть грязь с её души.

Когда дошла до дома, валясь от усталости, зашла в квартиру.В квартире было пусто — только отчим где-то что-то сверлил в ванной.

Она бросила сумку в коридоре, упала на кровать лицом вниз и наконец позволила себерыдать.