50

Валера молча тащил её через двор.Она спотыкалась, плакала, пыталась вырваться, но он держал крепко, не давая даже шанса сбежать.

Ключи в двери дрожали в его руках, но он открыл быстро.Запихнул Адель в квартиру, закрыл за ней и облокотился спиной на дверь, дыша тяжело.

— Раздевайся, садись. — коротко бросил он.

Адель стояла посреди коридора, не понимая, что делать.Валера подошёл, снял с неё куртку, ботинки сдёрнул с ног.

Она покорно села на край дивана, обняв колени руками.

Он ушёл на кухню, слышно было, как с грохотом открыл ящики, шкафчики.

Вернулся с бутылкой воды и старой спортивной футболкой.

— Переодевайся. Потеть будешь, — сказал сухо, даже не глядя на неё.

Адель молча сняла кофту, натянула его футболку. Она утонула в ней.

Началась "ломка".

Трясло.То в жар, то в холод.Судороги мелкой дрожью проходили по телу.

Валера сидел рядом на полу, прислонившись спиной к стене, не отводя взгляда.

Когда ей становилось совсем плохо — он подставлял ладони к её лицу:

— Дыши, родная. Дыши. Не сдавайся.

Адель задыхалась, слёзы заливали глаза.

— Ненавижу тебя, — хрипела она.

Валера ухмыльнулся без радости:

— Зато я тебя люблю, малая.

Она плюнула ему в плечо.

Он не убрался.

Часы шли, день сменился ночью.Адель засыпала и просыпалась в бреду, не узнавая комнату.

Когда ей было плохо — он таскал её в ванну, обливал холодной водой, заставляя очнуться.

Когда она задыхалась — поил водой маленькими глотками.

Когда она кричала — он держал её крепче, пока истерика не стихала.

И ни разу не ушёл.

⸻

Утро.

Свет просочился сквозь шторы.Адель лежала на диване под двумя одеялами. Валера рядом, полусидя, дремал, сжав её ладонь в своей.

Адель впервые за долгое время почувствовала... тепло.

Боль внутри никуда не ушла.Но где-то в этом аду был кто-то, кто всё ещё не отпускал её.

Только теперь, вспоминая прошлую ночь кусками, она заплакала тихо — уже не от страха, а от того, что кто-то всё ещё был рядом.

— Спасибо... — прошептала она так тихо, что даже сама едва услышала.⸻

Адель после той ночи изменилась.

Не сразу, не мгновенно — нет.Каждое утро она вставала и заставляла себя не искать кайф, не убегать от реальности. Она вцепилась в свою новую жизнь зубами.

Сначала — шаг через силу. Потом — чуть легче. Потом — стало хотеться.

Валера держал её рядом.Он забирал её со школы, ждал возле подъезда, ложился с ней спать, обнимал крепко за талию, как будто боялся снова потерять.

Иногда он говорил ей:— Родная, я горжусь тобой.

Адель впервые за долгое время верила этим словам.

И Вова тоже постепенно начал принимать их отношения.После долгого разговора с Валерой на районе, где едва не дошло до новой драки, Вова всё-таки уступил:

— Ладно, две недели живите вместе. Только попробуй, блядь, опять её на кайф подсадить — я тебя сам похороню.

Валера ухмыльнулся тогда спокойно:

— Я за неё жизнь свою отдам, если надо.

И они переехали к нему.

Тёплые вечера на кухне.Совместные завтраки.Учёба, качалка, прогулки.Шутки, обнимашки, поцелуи.

Мама Адель тоже изменилась — верила дочке, приглашала в гости, звала на обеды.

Жизнь казалась нормальной. Жизнь, в которой была любовь.

⸻

Но всё рухнуло за один день.

Адель закрылась. Стала молчаливой, отрешённой. Валера чувствовал это, но боялся давить.

И вот утром того самого дня она сорвалась.

Она бродила по кладбищу с пустыми глазами, стояла у холодного мраморного памятника.Пальцы дрожали, губы закусывала до крови.

Когда совсем стемнело, Адель пошла искать Коляна — старого знакомого, который всегда держал что-то "на крайний случай".

— Дай немного, — прошептала она. — Мне нужно. Только сегодня...

Колян, видя её состояние, без вопросов сунул в ладонь маленький свёрток.

⸻

Когда Турбо нашёл её, она сидела на заднем дворе заброшенного дома.Под кайфом.Пустые глаза. Разбитые колени. Изорванные колготки.

Он знал, где её искать. Сердцем чувствовал.

Валера опустился рядом.Долго молчал.

А потом аккуратно поднял её на руки и понёс к машине.

⸻

Утром.

Адель открыла глаза в его постели.Голова гудела, всё тело было ватным.На стуле стояла аккуратно собранная сумка. Её сумка.

Валера стоял у окна, спиной к ней.Холодный. Чужой.

— Валер... — хрипло позвала она.

Он даже не обернулся.

— Одевайся. Я отвезу тебя к Зиме.

Адель села на кровати, схватилась за голову.

— Почему? — простонала она. — Я же больше не буду...

Только тогда он посмотрел на неё.

В его глазах было столько боли, что она невольно замолчала.

— Я не могу, малая, — тихо сказал он. — Я люблю тебя. Но я не могу каждый раз терять тебя. Видеть, как ты себя убиваешь. Я тебя слишком люблю, чтобы смотреть на это.

Он отвернулся.И больше не сказал ни слова.

Адель натянула куртку на босые плечи, взяла сумку и, пошатываясь, вышла за дверь.

⸻

На улице моросил мелкий дождь.Она шла, не разбирая дороги, пока не оказалась у подъезда Зимы.

Позвонила.

Дверь открыл Зима, сонный, в спортивках.За его спиной маячила Семёрка.

Увидев её мокрую, с пустыми глазами и синяками под глазами, Зима только вздохнул.

— Заходи, малая...

И она шагнула в тепло.

Прошло пару дней.Адель жила у Зимы с Семёркой.Вахит принял её молча — без упрёков, без вопросов.

Она спала на матрасе в зале, среди груды старых шмоток и гантелей.Просыпалась в холодном поту.Днём шаталась по району как тень, пытаясь не встречаться с людьми.Иногда сидела у реки и смотрела, как мутная вода несёт мусор.

Турбо молчал.

Он не писал.Не звонил.Не появлялся.

Но Адель знала — он всё равно узнаёт, как она.

Вахит часто выходил из квартиры и говорил по телефону тихо, чтобы она не слышала.

— Держится... Плохо, но держится.— Нет, вроде чистая... Пока что.— Бледная... Худющая стала.— Нет, к тебе не рвётся. Только смотрит иногда в окно, как собака потерянная.

Адель понимала, что это он говорит с Валерой.

И каждый раз, слыша это, ей хотелось выть.

Почему он не приходит? Почему не обнимет, не спасёт, как раньше?

Ответ был внутри — потому что на этот раз она предала не только его, но и их общее "мы".

⸻

Однажды вечером, когда Зима и Семёрка ушли на стрелку, Адель осталась одна.

Она сидела на полу, прислонившись к стене, курила одну за одной.В глазах было пусто.На телефоне — ни одного сообщения.

Из кухни пришёл звук.Поскрипывала дверь от ветра.

Она вздрогнула, вцепилась в куртку Валеры, которую тайком притащила с собой.Вдыхала запах и тихо плакала.

⸻

В это же время Валера стоял в нескольких кварталах от её дома, закуривая в темноте.Телефон в руке дрожал.

На экране — переписка с Вахитом:"Жива. Но скоро может сломаться."

Турбо сжал кулак так сильно, что побелели костяшки.

"Держись, малая. Если сама не вылезешь — не заслуживаешь меня."— шепнул он себе под нос.

И ушёл в ночь.

⸻

На следующий день всё стало только хуже.

Вахит зашёл на кухню и увидел, как Адель тихо нюхает что-то из фольги.

— Ты охуела?! — рявкнул он. — Ты че, блять, решила сдохнуть?!

Адель подняла на него мутные глаза.

— Ненадолго... Просто чтоб легче стало, — прохрипела она. — Только сегодня...

Вахит сжал кулаки, потом, не сдержавшись, разбил кулаком дверцу шкафа.

Он написал Валере.

"Все. Опять. Поймано на месте."

Ответа не было.

На следующее утро Вахит разбудил Адель рано.

— Вставай, малая. Тебя хотят видеть.

Она, еле ворочая руками, встала с матраса.Голова гудела, сердце билось так, будто вырвется из груди.

На кухне стоял Турбо.Холодный. Непреклонный.В глазах — пустота.

Адель остановилась в дверях, прижав к себе старую толстовку.

— Валер... — еле прошептала она.

Он даже не моргнул.

На столе лежал большой чёрный пакет.Внутри — её вещи: пара кофт, рваные джинсы, бутылка дорогого шампуня и старая плюшевая игрушка. Последние вещи с его квартиры

— Забирай, — сказал Валера, не повышая голоса. — И больше не появляйся.

Адель застыла.Её руки дрожали.

— Валера... пожалуйста... я... я исправлюсь, я клянусь...

Он подошёл ближе, взял её за подбородок.Сжал так, что она взвизгнула.

— Исправляйся где хочешь. Только не рядом со мной.Ты для меня мертва.

Адель судорожно всхлипнула, уронив пакет на пол.

— Валера... не надо так... Я же тебя люблю...

Он только усмехнулся.Больно. Презрительно.

— Любишь? — зло усмехнулся он. — Ты порошок любишь больше, чем меня. Ты выбрала. Всё, родная.

Он оттолкнул её от себя так, что она врезалась спиной в стену.

Потом молча ушёл, даже не обернувшись.

Вахит стоял в углу и смотрел, как Адель медленно оседает на пол, вцепившись пальцами в тонкую грязную футболку.

— Я всё проебала... — еле слышно всхлипывала она. — Всё...