39

Комната была тихой. Только Марат что-то щелкал в телефоне в углу, пока Вова и Турбо сидели напротив друг друга. Валера завалился на край кровати Адель, в которой до сих пор пахло её духами. Он чувствовал себя... странно.Неприкаянно. Как будто это не его место. Как будто он лез куда не надо.

Вова, опершись локтями о колени, наконец заговорил:— Слушай, брат. Я знаю, ты тянешься к ней. И я тебе благодарен, что рядом, что помогаешь. Но... ты ведь понимаешь, что Адель — не постоянная. Она не может быть с одним. Её кидает из крайности в крайность. Ты этого не заслуживаешь.

Валера молчал. Губы сжаты, взгляд опущен.

— Тебе нужна та, что будет ждать, ухаживать. Та, кто будет любить. А Адель не такая.

— Вов... — Валера поднял глаза. Медленно, твёрдо. — Она такая. Просто ты её не знаешь.

— Не знаю? — Вова усмехнулся, почти зло. — Я не знаю своей сестры?

— Нет. — Валера встал. Его голос стал глуже. — Ты знаешь только ту часть, что тебе удобно видеть. А она другая. Она умеет быть настоящей. Просто ей больно. Постоянно. А ты думаешь, что она просто шлюха или истеричка.

— Ты перегибаешь, Валера. Это моя сестра.

— И ты её топишь, Вов. Не замечаешь? Контроль, крики, недоверие. Она как в клетке тут. У неё даже выдоха нет.

И тут открылась дверь.

Адель.Стояла на пороге, волосы спутаны, в руках зажата пачка сигарет. Замерла. Услышала больше, чем хотела. И достаточно, чтобы всё внутри перекрутилось.

— Вау. — её голос был тихим, ироничным. — Приятно слышать, как обо мне говорят. Спасибо, что без меня. Всё как я люблю.

Валера дернулся к ней, но она уже отвернулась.

— Я выйду, — бросила, уже уходя.

— Адель, подожди... — Вова встал, но она захлопнула за собой дверь.

Тишина.Марат притих. Турбо посмотрел на Вову.

— Вот и не говори, что знаешь её.

— Она моя сестра.

— А мне она — больше, чем просто девочка с проблемами.

Вова долго молчал.— Ты думаешь, ты её спасёшь?

— Нет. — Валера улыбнулся горько. — Она сама должна захотеть. А я просто рядом.

Марат в этот момент буркнул с угла:— А она уже снова курит в ванной. Если что.

Турбо закрыл глаза.Да, всё с нуля. Опять.

Адель сидела на полу у ванной, курила втихаря, уткнувшись лбом в колени. Сердце колотилось не от никотина — от того, что слышала за дверью. От этих разговоров. Валера. Вова. Как будто они делили её на части, не спросив, хочет ли она этого вообще.

Когда она услышала стук в дверь и голос Олега:— Турбо, ты чё, не занят? Пошли чай попьём, поговорим немного, — её брови полезли вверх.

Что?

Кинув сигарету в туалет, она рванула дверь в прихожую почти синхронно с тем, как Валера сказал:— Да, конечно, ща иду.

— Ты серьёзно? — бросила она на Олега, потом на Турбо. — Вы с ним теперь кореша?

Олег смерил её тяжёлым взглядом.— Это не твое дело, Адель. Разговор мужской.

— Мужской? Серьёзно? — она засмеялась — нервно, зло. — Вы чё, теперь командой меня спасать будете? Или так, по душам за чаем попиздеть, как её перевоспитать?

Валера не выдержал:— Адель, ну не начинай.

— А кто, по-твоему, начал? Ты или мой папочка? — в её голосе зазвенел яд.

Олег усмехнулся, совсем без доброты:— Девочка, тебе бы рот прикрыть. Или ты хочешь, чтоб я напомнил, кто в этом доме решает?

В это время Вова выглянул из комнаты, раздражённо:— Да успокойтесь вы оба! Пап, если хочешь поговорить — иди, только не начинай гнать. А ты, Адель, лучше посиди в тишине.

— Да пошли вы все... — Адель развернулась и хлопнула дверью спальни.

Валера только покачал головой.— Пойду попью чай с твоим "вожаком", — бросил Вове и ушёл на кухню.

Олег уже наливал кипяток в кружки.— Ну что, Турбо. Поговорим как мужчины. Мне всё это не нравится.

— Что именно?

— Ты. И то, как ты крутишься возле неё. Адель — не простая. И не твоя девушка. Понимаешь?

— А вы кто ей, чтобы решать, с кем она будет? — Валера посмотрел в упор. — Вы её не отец.

Олег нахмурился.— Может, и не отец. Но кормлю её я. И крышу над головой даю.

— Только вот у неё под этой крышей ни воздуха, ни свободы. Вы хоть раз спросили, как она себя тут чувствует? Или вам плевать, лишь бы под контролем была?

Кухня наполнилась тишиной.

— Валера, — тихо сказал Вова, заходя следом, — не разгоняй. Я с ним потом сам поговорю.

Турбо встал из-за стола.— Мне плевать, с кем ты там потом. Я ухожу. Скажи Адель, если захочет — пусть напишет. Но если вы будете продолжать ломать её, она скоро сдохнет, и это будет на вас.

Он хлопнул дверью.

А в комнате, скрутившись на кровати, Адель уже молча рыдала, сжимая телефон в руке.Только она знала, насколько мало осталось в ней сил.