Похоронный обряд

Простейший славянский похоронный обряд состоит в следующем:«Аще кто умряше, творяху трызну надъ нимъ, и посемъ творяху краду велику[1], и възложахутъ и на краду мертвеца сожжаху[2], а по сем собравши кости [3], вложаху въ су дину малу[4] и поставжжу на столпе [5] на путехъ[6], еже творятъ Вятичи и ныне[7]».[1] Крада — особый костёр, «крадущий» из нашего мира положенные на него предметы, выкладывается в виде прямоугольника, высотой по плечи человека. На одну домовину необходимо брать в десять раз более дров по весу. Дрова должны быть дубовые или берёзовые. Домовина же делается в виде ладьи, лодки и т. д. Причём нос ладьи ставят на закат Солнца. Самым подходящим днём для похорон считается пятница — день Макоши. Покойника одевают во всё белое, закрывают белым покрывалом, кладут в домовину милодары и поминальную еду. Горшок ставят в ногах покойного. Покойник у вятичей должен лежать головой на запад.[2] Поджигает Краду старейшина, либо жрец, раздевшись по пояс и стоя спиной к Краде. Поджигают её днём, на закате, чтобы покойный «видел» свет и «шёл» вслед за уходящим Солнцем. Внутренность Крады набита легковоспламеняющейся соломой и ветками. После того, как огонь разгорится, читается погребальная молитва[117], например:...Се сва оне ыдеА тужде отроще одъверзещеши врата ониа.А вейдеши в онъ — то 6о есе красенъ Ирий,А тамо Ра-река теще, Якова оделяшещетъСвершу одо Яве.А Ченслобогъученсте дне нашиаА рещетъ богови ченсла сва.А быте дне сварзенюНиже быте ноще.А усекнуте ты,Бо се есе — явски.А сыи есте во дне божстем,А в носще никий есъ,Иножде бог Дид-Дуб-Сноп наш.../Ср. из «Велесовой книги»[118]:

...А СЕ СВА ОНИЕ ОДЕ А ТУЖДЕ ОТРОЩЕ И со всеми ними иди, и тут же И со всеми ними иди, и тут же отрок

ВО НЪТО БО ЕСЕ КРАСИЕН РАИ СЛАВЬСЕКотворит (тебе) врата те и войдёшь в них. То есть красен Рай (Ирий) славянский!

ИА ТАМО РА РИЕКА ТЕНЦЕ ИАКОВА ОДЕ- ЛИАЩЕШЕТЬ СВРЬГУ ОДО ИАВЕ ИА ЧЕНСЛОБГИ там Ра-река течет, коя отделяет Сваргу от Яви. И ЧислобогУЦТЕ ДНЕ НАШИИА А РЕЩЕТЬ БЪГОВИ ЧЕНСЛА СВА А БОИТЕ ДНЕ СВРЗЕНИУсчитает/учитывает дни наши, и говорит Богам числа свои. Быть ли дня совершению

НИЖЕ БОТЕ НОЩЕ А ОУСНОУТЕ ТОЙ БО СЕ ЕСЕ ИА ВСК ИАСОИИ ЕСТЕ ВОили же быть ночи, и погибнуть тем. Ибо есть всякий суть есть (т. е. жив) во

ДНЕ БЖЬСТИЕМ А В НОСЩЕ НИКНИ ЕСЬ ИНОЖДЕ БГ ДИД ДУБ СНОП НАШБ...дне Божеском, а в ночи никого нет. Лишь Бог — Дед, Дуб, Сноп наш...[119]/

По окончании молитвы все замолкают до тех пор, пока к небу не поднимется огромный столб пламени — знак того, что умерший поднялся ко Сварге.[3] У Северян, например, принято было кости не собирать, а насыпать сверху малый холм, на котором устраивалась тризна. Возложив сверху оружие и милодары, участники тризны расходились, чтобы набрать в шлемы земли и насыпать уже большой могильный холм.[4] В глиняный горшок.[5] В маленькой погребальной избушке «на курьих ножках».[6] На пути из селения к закату Солнца.[7] Обычай ставить избушки «на курьих ножках» над могилой сохранился в Калужской области до 30-х годов XX века.Примечание: Присутствующие на похоронах должны быть в белой похоронной одежде или с белыми похоронными накидками. В знак скорби женщины покрывают голову белым покрывалом.