Всё объясню

Август стоял тёплый, но не душный. воздух мягко дышал свежестью, а над деревней тянулись пушистые тучки, лениво ползущие по бледному небу. Солнце не жгло, а лишь касалось плеч, как будто нехотя, позволяя дышать глубоко, спокойно, будто всё вокруг замедлилось. Лето подходило к концу.

Наверное, только появление Стаса могло сделать день ещё живее. Он всегда приходил внезапно, как будто чувствовал, когда надо.

— Чего грустная такая? — спросил он, стоя по пояс в воде, с прищуром глядя на Майю.

— Не знаю, — она медленно провела ладонями по поверхности воды, разводя круги, будто пытаясь успокоить не воду, а себя.

— Из-за Сони?

Майя усмехнулась и покачала головой, опуская взгляд.

— Нет, Соня тут ни при чём.

— Ну а чего тогда задумалась? — Стас не дал ей увернуться: шагнул ближе и, смеясь, притянул за руку, опрокинув в воду.

— Придурок! — Майя рассмеялась, захлёбываясь брызгами. Вода стекала с волос, липла к шее. — Просто батя что-то недоговаривает.

— В его стиле, — фыркнул Стас, опускаясь рядом. — Я не особо удивлён.

Майя собрала мокрые волосы в небрежный хвост, поправляя выбившиеся пряди.

— Да, но если бы речь шла о переезде... он бы сказал.

— Переезд? — Стас выпрямился, глаза его округлились. — Серьёзно?

— Не спрашивай, — вздохнула она, глядя в даль, где над рекой плавали золотые отблески. — Я сама ничего не знаю. Зато мелкий, кажется, в курсе. И молчит теперь, как партизан.

Стас тихо присвистнул, бросив в воду камешек, и та сразу пошла рябью, как будто повторяя её тревогу.

Они выбрались на берег и растянулись на мягкой, прогретой солнцем траве. Сухие полотенца приятно шуршали, обвивая плечи, а под босыми ступнями щекотали тонкие стебельки, прилипавшие к коже.

— Знаешь, что самое интересное? — Майя повернулась к Стасу, подперев подбородок ладонью.

— Конечно знаю, — с видом мудреца сказал он. — Я же мысли читаю. Давай, выкладывай.

— Кирилл повторил за папой: "если уезжать, то всем вместе". — В голосе её звучало непонимание.

— Всем вместе? — переспросил Стас, приподнимаясь на локтях.

— Ну... наверное, мы и Соня с мамой. — Майя нахмурилась, подбирая полотенце к плечам. — Только при чём тут они — не пойму.

— Может, он влюбился? — протянул Стас, заигрывая, прищурился и ткнулся лбом в её висок.

— Ага, как ты в Лизу в том году, — с насмешкой сказала Майя, сложив руки под щеку и скопировав его тон.

— Иди ты, — отпрянул он, скривив губы. — Я вообще-то серьёзно.

— Да ну, — она усмехнулась. — Папа и влюбиться? Мне кажется, он всё ещё скучает.

— По маме? — осторожно спросил он.

Майя кивнула без слов, словно издалека.

— Но знаешь, — вдруг оживилась она, с мягкой улыбкой, — пусть он лучше за Машей бегает, я не против.

Стас засмеялся, а она, поддавшись моменту, облокотилась головой ему на плечо.

***

Дверь открылась со знакомым, хриплым скрипом, что каждый раз напоминал: надо смазать. В доме стояла прохлада, будто стены дремали после дневного зноя. Из полумрака у обувной полки поднял голову Генерал, гордый и внимательный, как караульный.

— Привет, — тихо сказала Майя, поднимая его на руки. Тёплое тельце дрожало от урчания, и она провела ладонью вдоль спины, чувствуя, как шерсть послушно ложится под пальцами.

Она уже почти дошла до своей комнаты, когда из-за приоткрытой двери спальни донёсся голос отца.

— Иркутск, наверное... первое время точно там, — говорил он, устало, негромко, будто между делом.

Майя замерла.

— Пап, — произнесла она нарочно громко, стоя на пороге.

В голосе ни вопроса, ни приветствия, просто сигнал: она здесь.

— Я перезвоню, — отец быстро закончил разговор и отложил телефон. На лице появилась привычная, усталая улыбка. — Да, милая? Как погуляла?

— Нормально, — коротко ответила она, скрестив руки. — С кем говорил?

Алексей на мгновение словно застыл. Лицо не изменилось, но глаза сузились, взгляд стал рассеянным, руки напряглись.

— С Машей. А что?

— Мы переезжаем в Иркутск? — спросила она прямо, не давая ему шанса выкрутиться. — Кирилл сказал, что мы переезжаем.

— Май, подожди...

— Что подожди?! — вырвалось у неё. Голос сорвался, где-то между злостью и обидой. — Почему даже мелкий знает, а я нет? Мне нельзя сказать, да? Опять всё за спиной?

Фролов встал. Не повысил голоса, не стал оправдываться, просто подошёл и положил ладони ей на плечи. Движение уверенное, но мягкое. Большие пальцы прошлись по ткани футболки, будто хотел успокоить.

— Во-первых, успокойся, — сказал он невозмутимо. — Переоденься и приходи. Я всё объясню.

Она стояла неподвижно несколько секунд. Молчала. Смотрела прямо, как будто пыталась понять говорит ли он правду. Потом медленно шагнула назад, не отводя взгляда, и захлопнула дверь.

***

Тишина после хлопка двери будто застыла в воздухе.. вязкая, гулкая, с лёгким звоном в ушах. Даже часы, казалось, тикали осторожнее. Майя переодевалась медленно, будто специально растягивая время. Не потому что не хотела идти, а просто нужно было выдохнуть, собраться, дать стихнуть раздражению. Если она сейчас снова вспылит, а отец тоже не удержится, то из разговора выйдет только очередной взрыв.

Она открыла шкаф, перебирая привычные вещи: джинсы, шорты, несколько футболок. Пальцы скользили по ткани без цели. просто чтобы занять себя чем-то простым, осязаемым. В итоге выбрала бордовую, великоватую футболку. Ткань мягко упала на плечи, запах выветрившегося порошка смешался с чем-то знакомым сладким.

Немного постояла у двери, слушая, не разговаривает ли он снова по телефону. Тишина. Тогда пошла, слишком осторожно, босиком, чувствуя, как прохладный пол будто отводит от неё остатки злости.

В комнате отец сидел на краю кровати, опершись локтями о колени. Когда она вошла, он поднял взгляд. Усталый, но уже спокойный.

— А Соня знает, что ты её вещи тягаешь? — усмехнулся он, заметив знакомый цвет ткани.

— Она сама отдаёт, — ответила Майя, поправляя ткань. — И... я тебя слушаю.

— У тебя есть вопросы или мне самому начать? — неожиданно спросил он, глядя прямо, без привычного обхода.

— Есть. И их уйма, — ответила она после короткой паузы, опускаясь на кровать и устраиваясь на боку. — Но говори ты.

Алексей кивнул. Вдохнул глубоко, как перед чем-то тяжёлым, и на секунду закрыл глаза, будто собирался с мыслями.

— Я развелся с твой матерью, — сказал он без какой либо жалости. — И, вытекая из того, что жить вместе мы больше не можем, нужно искать новое место. Хочется начать новый этап в жизни, понимаешь? Мы конечно можем остаться...

— Нет, — перебила она, не дав договорить. — Я не хочу туда возвращаться.

Он посмотрел на неё внимательнее, будто проверяя, не вспышка ли это, не обида ли.

— Уверена?

— Уверена, — твёрдо повторила Майя.

Алексей слабо улыбнулся, будто эти слова немного развязали ему руки, придали уверенности.

— Почему ты не рассказывал раньше? — спросила она уже мягче, не отводя взгляда.

— Боялся, что ты будешь против, — признался он, опуская глаза. — Это же новая школа, люди, всё заново.

— Нашёл проблему, — усмехнулась Майя, перекатываясь на спину и глядя в потолок. — Я только рада поменять город. Не то что против. Иркутск?

— Иркутск, — кивнул он. — Там квартира есть, знакомые... и Маша рядом. — После короткой паузы добавил, странно улыбнувшись: — И Соня твоя.

Майя повернула к нему голову, прищурилась с хитрой улыбкой.

— Пап, ты теряешь статус серьезного мужчины.

| с утра сидела над главой, но все равно получилась маленькой