« Мир или война» 16 часть

Когда они наконец собрались после утренней перепалки, Дилан завёл машину, и они направились в город.

Ночь уже отступила, и утренний воздух был свежим, прозрачным. Виолет сидела, насупившись, но глаза всё равно бегали в стороны — ей было чертовски интересно новое место.

Когда они въехали в город, улицы оказались слишком ухоженными, слишком тихими, слишком... красивыми. Солнце едва коснулось крыш домов, отражаясь в стеклянных витринах.

Виолет не выдержала и прошептала:

— Воу... Нифига себе...

Дилан, который наблюдал за ней украдкой, позволил себе самую лёгкую, почти незаметную победную улыбку.

— Добро пожаловать в нормальную цивилизацию, — произнёс он с пафосной невозмутимостью. — Здесь не орут соседи и не воняет жареной картошкой в пять утра.

Виолет резко повернула голову, выгнула брову и, кривляясь, передразнила его:

— «В нор-ма-льную ци-ви-ли-за-ци-ю»... Да ладно, мистер роскошь, не умничай.

Он фыркнул.

— Я просто констатирую факт.

— Ага, конста... что там — рую. Ты так говоришь, будто лично это всё построил, — она обвела рукой город, специально делая жест театральным. — Ваше высочество, город прекрасен, благодарим за экскурсию.

Он закатил глаза.

Они подошли ближе к центру. Перед ними открылся просторный проспект: кофейни с уютными террасами, магазины с мягким тёплым светом, фонтан, из которого тонкой дугой бил прозрачный поток.

Виолет остановилась. На секунду даже перестала строить гримасы.

— ...Ладно. Это реально красиво.

Дилан встал рядом и сказал уже серьёзнее:

— Здесь безопасно. Тихо. И никто не знает обо мне, о тебе, о нас. Поэтому именно это место — правильный выбор.

Виолет прищурилась, слегка наклонив голову.

— Ты выбрал это место... для нас? — спросила она с хитрой полуулыбкой, будто проверяла его.

Он отвёл взгляд.

— Допустим.

Она издала довольное:

— Хммм, понятно всё.~ Благородный защитник нашёл нам убежище.

— Не начинай, Виолет, — устало сказал он.

— Да я что? Я ничего, — она демонстративно вскинула руки и фальшиво-милым голосом добавила: — Спасибо, Дилан. Правда. Даже если ты иногда ведёшь себя, как... ну ты понял.

— Как тот, кто вытаскивает нас обоих из жопы? — парировал он.

Она засмеялась.

— Вот именно.

Они продолжили идти по улице.

— Нам нужно многое купить, — деловым тоном сказал Дилан. — Телефоны, одежду, продукты. Тут недалеко есть торговый центр.

— Ага. И ты, конечно же, заплатишь? — снова передразнила она, вытягивая слова.

— А кто? Птицы? — ответил он холодно. — И, кстати... тебе тоже нужно будет взять свою технику. Новый телефон, сим-карта... да всё, что хочешь. Мы здесь надолго.

Виолет нахмурилась, но на этот раз не язвила. Впервые за долгое время она слушала его серьёзно.

— Надолго... — тихо повторила она. — Ладно. Тогда давай начнём.

Он кивнул.И они направились в сторону магазинов — по красивой, тихой, почти идеальной улице, которая отныне должна была стать их новым убежищем. Они шли по торговому центру осторожно, словно каждый шаг мог выдать их. Дилан постоянно оглядывался, проверял отражения в витринах, наблюдал, не идёт ли кто за ними. Виолет же шла гордо, але насторожено — хотя делала вид, будто пришла просто пошопиться.Но долго спокойствие не продлилось.

— Ты можешь идти медленнее? — бросил Дилан раздражённо, когда она в который раз резко свернула.

— Я иду нормально, это ты за мной плетёшься! — огрызнулась она.

— Я плетусь, чтобы держать ситуацию под контролем.

— Вот только не начинай снова командовать! Я не твоя... — Она осеклась, но добавила с вызовом: — Не твоя проблема!

— Да конечно, — буркнул он. — Ты сама как проблема ходячая.

— ЧТО? — Виолет выгнула брову. — Знаешь что? Иди-ка ты... шопинговать один.

— С удовольствием.

Они развернулись в разные стороны, даже не попрощавшись.

Виолет мгновенно растворилась в магазины.

Виолет заходила в магазины так, словно это ее территория, а весь торговый центр работал лично для нее. Каждый ее шаг был четким, уверенным и немного дерзким. После всех стрессов последних дней она наконец-то чувствовала себя там, где может контролировать хоть что-нибудь — в магазинах.

Первый бутик – одежда.

Она практически влетела внутрь, скользнула взглядом по рядам вещей и сразу нашла секцию, которая ей нужна. Продавщицы мгновенно оживились, увидев уверенную красивую девушку с дорогой энергетикой.

– Девушка, вам подсказать?– Нет, я сама, – коротко бросила она, но при этом уже держала в руках три вещи.

Она брала все, что ей визуально нравилось:• чёрную кожаную куртку;• светло-бежевый свитер оверсайз;• обтягивающие черные брюки;• серый спортивный костюм;• майки разных цветов;• нежное красивое белье.

Она оценивала себя в зеркале строго: поворачивалась, поправляла волосы, прикусила губу, критично смотрела на каждую складку.

– Это беру. Это тоже. Это... ммм... тоже, — бросала она вещи продавцам, даже не прося цену.

Ее раздражение превращалось в расточительность.

Второй магазин – уход.

Здесь Виолет буквально расцвел. Полки с сыворотками, кремами, ампулами, масками сияли перед ней, как райское место.

– О, это я беру. И это. И это тоже! – она уже смеялась нервно, перебирая баночки.

Консультант спрашивала удержаться:

— Может, попробуете сначала тестер?– Нет-нет, я уверена. Давайте все.

Она купила:• несколько масок для лица;• дорогой крем с пептидами;• масло для волос;• ночной уход;• средство против стресса;• ароматизированные гели для душа;• бальзамы для губ;• кремы для рук, ног, тела.

Пакет стал тяжелым, но она выглядела довольной.

Третий магазин – косметика.

Здесь начался настоящий фестиваль.

Она пробовала помады, румяна, хайлайтеры. На руке была вся гамма цветов.

– Какой тон хотите? – спросила визажист.– Все, что убирает следы того бардака, в котором я живу.

Она купила:• тональный крем;• пудру;• палетку с десятком цветов;• черную тушь;• подводку;две красные помады, хотя ей и не нужны обе.

- Зачем вам две? – взглянула продавщица.– Для настроения, – отрезала Виолет.

Следующее – аксессуары и духи.

Она выбрала чёрную сумку – стильную, строгую, дорогую.Купить только одну? Не ее стиль.

– Вот это тоже, – сказала она, взял еще одну – белую.

Затем духи. Она тестировала их на запястье, морщила нос, принюхивалась, будто выбирала не аромат, а оружие.

– Этот. Он пахнет уверенностью. Беру.

После духов – серьги, браслет, резинки, расческа, даже блокнот "для мыслей", которые она все равно не собиралась записывать.

И напоследок – кафе.

От всех покупок она встала и раздражённо заказала кофе:

– Двойной, крепкий. И без разговоров.

Она сидела с пакетами, уже занимавшими пол лавки.Люди проходили мимо и с удивлением смотрели на эту маленькую, но грозную девушку, загрузившую себя покупками так, будто они — ее броня.

Она перевела дух, отпила кофе и улыбнулась сама себе:

— Ну, хоть где-то я могу жить нормально.

И продолжила свой путь — независимая, злая, красивая, и с шестью огромными пакетами.

Дилан входил в торговый центр совсем иначе, чем Виолет.Не шумно. Не нервно.А холодно, уверенно, почти хищно — как человек, который знает, чего хочет, и всегда это получает.

Ему было плевать на толпы, на охрану, на камеры.Он шел прямо, подбородок чуть поднят, взгляд острый.Каждый, кто попадался ему навстречу, инстинктивно уступал дорогу.

Первый магазин — техника.

Он вошёл в большой магазин электроники и сразу направился к нужному отделу.

— Мне два телефона. Новые. Без вопросов, — сказал он продавцу таким тоном, что тот даже не попытался предложить альтернативы.

Дилан выбрал:• два флагманских смартфона;• пару новых SIM-карт;• ноутбук последней модели;• мощный планшет;• портативный жёсткий диск;• комплект профессиональных камер наблюдения;• набор мини-жучков и микрофонов (для него это — не паранойя, а необходимость).

— Это всё? — осторожно спросил консультант.— Пока, — бросил Дилан.

Он оплатил покупку одной купюрой, даже не глядя на цену.

Второй магазин — мебель.

Он нашёл отдел элитной мебели и уверенно вошёл.

— Мне нужно полностью обставить дом. Быстро, — сказал он.— Какой стиль вы предпочитаете?— Чёрный, минимализм, металл. Никакого хлама.

Менеджер записывал всё, не задавая лишних вопросов.

Дилан выбрал:• чёрный кожаный диван;• массивную кровать с высокой спинкой;• прикроватные тумбы;• большой стол из тёмного дерева;• набор стульев;• барную стойку;• светильники с холодным освещением;• сейф — обязательно.

Он проверял каждый предмет взглядом, словно оценивая его на прочность.

Третий магазин — одежда.

Он зашёл в бутик мужской роскошной одежды.Продавцы сразу распрямили спины — такие клиенты приходят редко.

Дилан взял:• два новые костюма;• чёрную водолазку;• простую белую рубашку, но из премиальной ткани;• тёмные брюки;• дорогие кожаные ботинки;• пальто цвета угля.

Он смотрел в зеркало с холодной критичностью:

— Нормально. Беру.

Без эмоций. Просто факт.

Аксессуары.

В другом магазине он выбрал:• новый парфюм с горьким древесным запахом;• часы из чёрной стали;• перчатки;• чёрный рюкзак;• минималистичную цепочку.

Дилан не тратил часами время, как Виолет.Он делал всё быстро, чётко, рационально.Каждый предмет был покупкой не для удовольствия — для выживания и контроля.

Четвёртый магазин — продукты и оборудование.

Он купил:• кофе;• алкоголь;• воду;• энергетики;• медикаменты;• светильники ;• ножи;• аптечку;• набор инструментов.

И всё это — в одном спокойном темпе, будто собирался не жить, а вести війну.

Напоследок — несколько личных покупок.

Несмотря на свой холодный характер, Дилан позволил себе немного роскоши:

• дорогой парфюм;• пару стильных рубашек;• качественные уходовые средства;• новые солнцезащитные очки.

Продавщица улыбнулась ему слишком сладко:

— Вам очень идёт.— Не сомневался, — ответил он сухо, даже не взглянув на неё.

После всего — кофе.

Он сел за столик в небольшом, почти пустом кафе.Вытащил из пакета новый телефон, включил, настроил, проверил камеры наблюдения вокруг.

Ни один его жест не был лишним.Ни одна покупка — случайной.

Он пил кофе и думал:

«Если Виолет решит играть против меня — у неё нет ни единого шанса.»

И затем поднялся, забрал пакеты и пошёл дальше — холодный, стильный, опасный.

Дилан вышел из последнего магазина уверенным шагом.Руки полны пакетов — тяжёлых, дорогих, необходимых.Он уже собирался вызвать такси до парковки, когда услышал характерный звук шпилек...

И, развернувшись, увидел её.

Виолет.Вся в пакетах, коробках, явно довольная собой.Она шла, слегка покачивая бедрами, злобная, раздражённая, будто весь мир ей должен.И когда их взгляды встретились — искры полетели сразу.

— Ты чего раздулась? — холодно бросил Дилан.

Он говорил так, будто она — просто шумное препятствие на его пути.

— Тебе какая разница, ублюдок? — огрызнулась Виолет.

Она специально выделила последнее слово, громче, чем нужно.

— Я смотрю, ты всё ещё не научилась держать язык за зубами, — он медленно подошёл, глядя сверху вниз. — Даже в таком положении.

— Ага, — она фыркнула. — Напоминаешь мне о «положении», в которое сам же меня загнал.

Она подошла ближе, чем нужно, пытаясь доминировать взглядом.Дилан лениво скользнул взглядом по её пакетам.

— Ты что, весь город скупила?— Да. И что? Плачет твоя карма?— Моя карма плачет, только когда ты открываешь рот.

— Придурок.— Истеричка.

Они снова стоят слишком близко.

Люди вокруг оглядываются, но им плевать.

Конфликт разгорается

— Ты хоть понимаешь, что из-за тебя нам пришлось... — начал Дилан.

Но она резко перебила:

— Из-за меня?Он почувствовал, как внутри закипает.

— Хватит приписывать мне свои грёбаные ошибки, — прошипела она. — Всё, что случилось — твоя вина, ясно?

— Моя? Серьёзно?Он сделал шаг вперёд.Она — назад.Но взгляд не отвела.

— Ты устроила театральный хаос в торговом центре, как будто мы не в розыске!— Это не оправдывает то, что ты продолжаешь вести себя как диктатор!

— Я пытаюсь нас спасти, — процедил он. — Ты — пытаешься выглядеть красиво для зеркала.

— Лучше быть красивой, чем ходить как злой мужлан, — взорвалась она.— По крайней мере я не ношу сорок пакетов косметики, думая, что это спасёт твою жизнь.

— Знаешь что? Пошёл ты, Дилан.

Она собрала все пакеты в руки и собиралась уйти — но он резко перехватил её за локоть.

Она дёрнулась:

— Не трогай меня!— Перестань истерить, Виолет. Нам надо держаться вместе.

Она хотела что-то выкрикнуть, но...он приблизился, наклонился и тихо, холодно сказал ей в ухо:

— Уйдёшь сейчас — и сдохнешь через три часа. Выбор твой.

Она замерла.Он отпустил её руку.

Несколько секунд — тишина.

А потом она процедила:

— Ладно. Но только пока мне удобно.

Он усмехнулся. И они пошли дальше — бок о бок, ненавидя друг друга, но нуждаясь друг в друге.

Виолет стояла посреди парковки, обложенная пакетами как новогодняя ёлка игрушками, и уже собиралась что-то съязвить, когда Дилан неожиданно шагнул к ней и вытащил все пакеты из её рук.

— Эй! ЧТО ты делаешь?! — возмутилась она, пытаясь вырвать один обратно.

— Беру контроль, — сухо ответил он, сгребая ещё больше. — А то ты тут до ночи будешь возиться.

— Контроль? Ты вообще слышишь, как это звучит? Придурок.

— Лучше быть придурком, чем смотреть, как ты роняешь пакеты через каждый метр, — отрезал он.

Она только фыркнула, но пошла рядом — сверкая глазами так, будто могла поджечь асфальт.

Парковка. Спорткар. И катастрофа.

Когда они подошли к его спорткару, Виолет невольно закатила глаза:

— Ты серьёзно думал, что всё ЭТО влезет в твою игрушечную машинку?— Серьёзно думал, что ты заткнёшься хоть на минуту, — парировал он.

Дальше была целая война: • сумки не влазили; • коробки застревали; • багажник захлопывался каждую секунду;

— Замолчи, ради всего святого, — буркнул он, плечом заталкивая очередную коробку с косметикой.

— Тебе не идёт паника, Дилан, — пела она. — Ты становишься таким... смешным.

— Хочешь, я тебя туда же впихну? — холодно предложил он.

— Попробуй, рыцарь-тряпка.

Но в конце концов — каким-то чудом — он впихнул всё.Даже её гигантскую коробку з уходом за волосами, яка важила як маленька дитина.

Дилан захлопнул багажник зі злості так, що авто здригнулося.

— Садись.— Я сама знаю, что делать, командир...

Как только они выехали с парковки, воздух в салоне стал тяжёлым, как перед грозой.

— Ты вообще нормальный? — первой начала Виолет. — Набрал техники как будто мы открываем новый офис.

— А ты скупила полгорода, будто снимаешься в рекламе «идеальная женщина за 24 часа».

— Мне надо выглядеть хорошо!— Тебе надо думать головой.

— А тебе надо перестать изображать из себя героя!— А тебе — перестать устраивать цирк в каждом магазине!

Она резко повернулась к нему:

— Я не цирк устраиваю! Это называется жить как человек, понял? Не прятаться как крыс...

Он ударил по тормозам так, что она схватилась за ремень.

— Ещё раз назовёшь меня крысой — выйдешь прямо здесь.— Да пожалуйста! — рявкнула она. — Прогулка мне полезнее, чем твой характер.

Он завёл машину снова, стиснув зубы.Она отвернулась к окну, фыркая и бурча себе под нос.

Несколько минут — тишина.Только музыка и напряжённое дыхание обоих.

Дилан еле загнал машину во двор особняка — руки дрожали от ярости, Виолет молчала, но её молчание было громче крика.Как только двигатель заглох, она резко открыла дверь и вышла, хлопнув так, что машина чуть не подпрыгнула.

— Ты что, вообще с ума сошла?! — выкрикнул он ей вслед, выходя тоже. — Я тебе что, громоотвод?!

— А ты что, идеальный? — развернулась она, сверкая глазами. — Мистер «я всё контролирую», «я тут главный», «я спаситель хренов»!

— Если бы не я, ты бы уже...

— Что? — шагнула ближе. — Уже что? Сдохла? Пропала? Заблудилась? Сама ни на что не способна?! Договори, раз уже начал!

Он резко подошёл вплотную:

— Если бы не я — ты бы давно сидела где-то, ревела и тряслась!

— НЕ СМЕЙ говорить, что я тряслась! — взвизгнула она. — Это ты трясёшься каждый раз, когда что-то идёт не по твоему плану!

— Потому что ты всё портишь своим языком!— А ты всё портишь своим характером!

— Ты несносная!— А ты тупой!

Он шагнул ещё ближе, почти касаясь её лица:

— Ты меня выводишь из себя.— И что? — бросила она. — Заплачешь?

— Я тебя сейчас...— Что? Ударишь?

Её голос дрожал, но она держалась гордо.

Он сжал кулаки.Взгляд стал опасным.

На секунду — полная тишина.Только их дыхание, сложное и злое.

— Ты неблагодарная, — процедил он. — Я тащу тебя, помогаю, прячу, рискую...

— ЗАТКНИСЬ! — закричала она так, что птицы на дереве вспорхнули. — Я не просила ничего! НИ-ЧЕ-ГО! Понял?! Ты сам меня сюда притащил! Сам всё решил за меня! Сам всё сделал! А теперь ещё и требуешь, чтобы я была благодарна?!

Он схватился за голову, как будто пытаясь удержать себя от того, чтобы взорваться.

— Да потому что ты не умеешь думать!— А ты не умеешь слушать!

— Я тебя из болота вытаскиваю, а ты...— Какое болото? Ты сам в нём сидишь и меня туда тащишь!

Он дрогнул. Это попало точно в цель.

— Ты даже не понимаешь... — начал он глухо.— Понимаю. Ты просто боишься. Боишься, что останешься один. Вот и всё.

Его глаза опасно сузились.

— Уходи внутрь, — сказал он тихо, но так, что стало холодно.— Или что?— Или я правда сорвусь.

Она сделала крок вперед, смело, нахабно:

— Ну так сорвись.

Он разворачивается — щоб не сказать лишнего, не сделать лишнего, не поддаться на её провокацію — но вона выкрикивает ему в спину:

— ТЫ НИКОГДА НИЧЕГО НЕ КОНТРОЛИРОВАЛ, ДИЛАН!

Он останавливаться.В груди — тишина.Он медленно поворачивается обратно.

— Это мы ещё посмотрим, — сказал он тихо, так тихо, что стало страшно.

И прошёл мимо неё в дом, не оглядываясь.Она стояла на дворе, сжимая пальцы до белых костяшек, еле сдерживая слёзы и ярость.

Дверь хлопнула так, что стены дрогнули.Дилан прошёл в гостиную, кинул ключи на стол, і на секунду упёрся руками в край столешницы, выдохнув тяжело — будто удерживал зверя внутри.

Через полминуты в дом зашла Виолет.

Медленно.Тихо.Но в глазах — буря.

Она прошла мимо него, намеренно не глядя — будто он пустое место.

Но Дилан уловил это.Очень хорошо.

— Можешь хотя бы не швыряться всем подряд? — хрипло бросил он, не поднимая головы.

— Могу, — ответила она сухо, — если ты начнёшь вести себя как человек, а не как чёртов командир.

Он поднял взгляд.Медленно.Опасно.

— Ты хочешь сказать, что это Я виноват в том, что нас теперь ищут?— Да! — выкрикнула она сразу, без колебаний. — И ты прекрасно это знаешь!

— Серьёзно? — ухмылка вырвалась сама. — Конечно. Конечно, ведь ты же ни в чём не виновата. Ни-ког-да.

— А ты? Ты вообще когда-нибудь берёшь ответственность за что-то? Или всегда валишь всё на других?

Он шагнул к ней:

— Я хоть что-то делаю, Виолет. А ты? Капризничаешь, орёшь и делаешь вид, что тебе все обязаны!

— ОБЯЗАНЫ? — она рассмеялась нервно, зло. — Да я вообще могла уйти! Могла оставить тебя, бросить! Но, блин, я осталась!

— Да чтоб ты знала, — Дилан наклонился ближе, — ты осталась не ради меня. Ты осталась, потому что тебе страшно одной!

Она напряглась, будто её ударили.

— Не смей... — прошипела она. — Не смей говорить, чего я боюсь.

— А что? Правда глаза режет?— Я не боюсь!— Да ты дрожишь каждый раз, когда кто-то хлопнет дверью!

— Заткнись! — выкрикнула она, ударив его ладонью в плечо. — ТЫ НЕ ЗНАЕШЬ МЕНЯ!

Он перехватил её руку — быстро, резко.Притянул ближе.Так близко, что она почувствовала его дыхание.

— Я знаю тебя больше, чем ты думаешь.

Она дёрнула руку, но он не отпустил.

— Отпусти, — прошипела она.— Перестань сначала орать.— Да пошёл ты!— Уже был, — холодно ответил он, — хочешь — отправлю и тебя.

Он отпустил её, але вона ще секунду стояла, не двигались сжимала кулаки.

— Ты... чудовище, — сказала она тихо.— А ты — катастрофа, — ответил он так же тихо.

Секунда тишины.Дыхание об обоих.

— Прекрасно, — прошептала она, — будем жить вдвоём. Чудовище и катастрофа. Прям идеальная пара, ага?

— Не льсти себе, Виолет, — он отвернулся. — Мы не пара.

— Да не дай бог! — выкрикнула она. — Я бы уже повесилась.

Он остановился в дверном проёме.

— Если хочешь, я могу дать тебе верёвку.— А я тебе могу дать кирпич. Сразу в голову.

Он развернулся, резко, словно хотел что-то сказать — но слова застряли.

И только глухо бросил:

— Ложись спать. Завтра — много дел.

— Да пошёл ты со своими приказами! — крикнула она ему вслед. — Я сама решу, что мне делать!

Дилан не оглянулся.Но рука, которой он держался за перила лестницы — дрогнула.