Эпилог

Месяц спустя.Утро началось не с кофе.Сначала была тошнота. Потом — необъяснимая дрожь в пальцах. И тишина, которая больше не казалась уютной.Саша сидела на краешке кровати, сжимая в руке маленький белый тест с двумя чёткими полосками.Без истерик. Без крика. Только тихое:— Умеет же Иван Кислов эффектно уходить.

Письмо Есении и Рите она писала в заметках несколько дней. То удаляла, то начинала заново.И только сегодня нажала «отправить»:

«Девочки. У меня для вас странная новость. Страшная и светлая одновременно.Я беременна.От Вани.И нет, я не в панике. Уже нет.Просто... знайте, что жизнь оказалась упрямее всех наших трагедий.Мне будет страшно. Очень. Но я не одна. У меня теперь — целый человек внутри.Люблю вас. Не теряйте меня».

Ответы не заставили себя ждать.Рита звонила сразу. Плакала, смеялась, кричала:— Мы будем лучшими тётками! Твоему малышу так повезло, ты даже не представляешь, Сань!Есения, более сдержанно, написала:«Он оставил после себя не пустоту. А жизнь. Это очень по-своему правильно. И по-настоящему. Я рядом. Всегда».

Поддержка парней была тоже очень яркой. Гена даже плакал в трубку. Мужчина стал до ужаса сентиментальным.Егор пообещал научить ребёнка танцевать, а Хэнк сказал, что обязательно соберёт мопед Кислова для будущего ребёнка.

Родителям Саша говорила лично.Тёплый свитер, вымокшие глаза мамы и короткий диалог за кухонным столом:— Я беременна, — сказала она тихо, глядя в чашку.— От него? — спросил отец, не осуждающе, просто уточняя.— Да.— И ты решила сохранить ребёнка?— Решила.Мама подошла и обняла сзади:— Тогда и мы решили. Мы с тобой.

Следующие несколько дней Андрей не отходил от сестры, словно боялся, что она родит прямо сейчас.

Разговор с Ларисой был тоже очень тёплым. Женщина тихо всхлипывала в трубку и просила у Саши дать ей возможность видеться с внуком. Александра, конечно же, не была против.

9 лет спустя.

29-летняя Александра жила в подаренной на рождение ребёнка квартире. Родители посчитали такой подарок идеальным.

Ванечка уже пошёл в третий класс, а Саша получила образование психолога и теперь работала по профессии.Давала психологические консультации наркозависимым и их родственникам.

Геннадий Зуев и Рита стали крёстными для ребёнка Александры. К слову, Гена смог бросить наркотики, но не с первой попытки.

Крёстные приезжали в гости очень часто, буквально задаривая малыша подарками.

Дядя Егор и вправду учил Ваню культуре, а с Борей они часто ездили кататься на квадроциклах.

У Бориса и Есении закрутился роман, и девушка ждала малыша.

Светлая забрала ребёнка со школы, и они направились в сторону машины.Как вдруг Ванечка остановился и задал вопрос:— Мамочка, а правда, что ребёнка называют в честь первой любви? — Его кудрявые волосы смешно развивались на ветру, а голубые глаза заинтересованно смотрели на маму.

Александра присела на корточки, чтобы быть на одном уровне с сыном, и ответила:— Да, сыночек.

— Папа был твоей первой любовью? — смущённо задал вопрос мальчик.— Первой и единственной, — она перевела взгляд на уже потрёпанный браслет на руке.

Ваня, немного подумав, переключился на другую тему:— А дядя Боря сказал, что подарит мне настоящий мопед! Мама, я даже фотки видел. Он такой жёлтый и красивый. Я буду катать тебя и Риту с тётей Есенией.

— Только надо подождать, пока тётя Еся родит доченьку, а потом уже катать её.— А зачем? Неплохая подушка безопасности, — важно заметил Ваня.

Саша громко засмеялась, а затем огласила:— Так, больше к Гене ты не поедешь. Он плохо на тебя влияет.

Девушка не забыла Кислова. Каждый вечер она вспоминала о нём.Один раз он даже пришёл к ней во сне, со словами:«Ты прекрасная мама. Береги нашего бойца».

Ванечка часто спрашивал о папе, и Александра всегда отвечала честно, скрывая, конечно, некоторые грязные детали.Она никогда не придумывала историю про то, что Киса — космонавт или супермен.Давно ведь поняла, какой итог может быть у вранья.