27

POV ВаляС этого дня на пары я ходила как на каторгу, потому что каждый божий день мнеприходилось лицезреть Погремушку, зажимающую, то тут, то там местную королевукрасоты. И каждый раз, замечая мой брезгливый взгляд, Кораблин только цинично ухмылялсяи еще настойчивее распускал свои руки в отношении к Мие. А та и рада! Только что неповизгивала от восторга, а так все бегала за ним как собачонка на привязи, с придурковатойулыбкой на лице. Люди, если жизнь когда-нибудь накажет меня настолько, что я разумпотеряю и буду за парнем вот точно также день и ночь семенить, то, пожалуйста, от душидайте мне леща! Без шуток!За всем этим цирком «Шапито», я даже не могла получить особого наслаждения отвстреч с Ильей. А ведь он старался! Мы каждые выходные с ним куда-то выбирались, иливместе, или в компании с ребятами, да и посреди недели частенько пересекались, чтобысходить на очередную премьеру в кино или поиграть в боулинге. И да, мы действительно,здорово проводили время, но я почти не чувствовала вкуса этой новой для меня жизни,потому что после учебы и лицезрения «милых голубков» я от чего-то была постоянноэмоционально выжата как лимон, что и не передать словами. Они словно дваэнергетических вампира высасывали меня до донышка.Хотя нет, вампир там был только один, что перманентно присасывался, словно пиявка,к Мия, сверкая в мою сторону насмешливым взглядом стальных глаз.Да Боже ты мой, мне даже кошмары начали сниться на эту тему. Да-да! Будто бы бегу я,бегу, а на каждом шагу только и делаю, что встречаю копии этой сладкой парочки, чтобесконечно облизывают друг друга и смеются надо мной. После таких убийственныхсновидений я стабильно просыпалась разбитой и даже несчастной. Ну, а как? Уже и месяцпочти прошел, как эпопея с этим дебильным спором завершилась, а я все никак не могуизбавиться от этого совершенно назойливого присутствия в моей жизни мыслей образрисованной мажористой Погремушке, чтоб ему пусто было!— Сегодня последний день Егор на своей ласточке рассекает. Все, завтра опять наМерсе на учебу приедет, — кивнул в сторону парковки Пашка, а я даже головы в ту сторонуне повернула, боясь увидеть его в извечной компании своей расфуфыренной подружки.— Жаль, — потянула Полина, — я как-то к этой красотке даже душой прикипела. Сутра увидишь этот пыхтящий золотой драндулет и сразу настроение в гору идет.— Так перекупи, — ржет Анька, — ты как раз на права сдала, вот и будет тебе первыйавтомобиль. Зато разбить не жалко, а даже полезно, — и вся наша дружная компаниярассмеялась вслед за ней, кроме меня. Мне было не до веселья. Надоел уже этот Кораблин сосвоей тарантайкой, сил нет.Но судьбе будто бы мало было моих мучений. На последнем практическом занятии онарешила поизвращаться над мной еще пуще прежнего. Преподаватель за минуту до звонкаотправил меня в библиотеку, чтобы получить какие-то новые методички для всей группы. Ностоило мне только войти в цитадель знаний и поучительных талмудов, как моим глазампредстали вовсе не тоненькие книженции, а целые добротные и увесистые учебники вколичестве семнадцати штук, ровно по одной на каждого члена нашей расчудесной группы и

одну преподавателю. А как я, собственно, все это хозяйство тащить-то должна, скажите намилость?— Чего же это тебя Константинович такую хрупкую одну сюда отправил? —запричитала библиотекарь, — Погоди, моя хорошая, я ему наберу, пусть мальчика какоготебе в помощь пришлет, — и вышла из подсобки, в поисках, очевидно, оставленного где-томобильного телефона, ну а я присела на стульчик и принялась ждать, когда же прибудет мнев помощь хоть кто-то, дабы тащить всю эту тяжесть.Какого же было мое удивление и даже остолбенение, когда на пороге малюсенькогоподсобного помещения появился никто иной как Кораблин собственной персоной, заполняясвоей массивной, почти двухметровой фигурой весь дверной проем.— Ребятки, ну вы дальше сами, берите и бегите на занятие, а у меня уже люди там настойке собрались. Чай не маленькие, справитесь, семнадцать штук-то отсчитаете?— Идите, Пелагея Петровна, не пропадем, — кивнул ей Кораблин и мило улыбнулся. А япочти тут же и зависла от этой улыбки. Как давно я ее не видела, ведь больше месяца прошлос тех пор. Сейчас же расписной мажор только хищно скалился или саркастично ухмылялся,но вот чтобы так, чистосердечно, без негатива и двусмысленных экивоков… нет, большетого Егора нет, да и, положа руку на сердце, не было никогда. Это он такой милашка,когда ему очень надо и выгодно, а в остальное время он беспринципный гад, который толькои умеет, что на девчонок спорить.Вот! Помни об этом, Валя! Помни и никогда не забывай!Но только вот, оставшись наедине в тесном пространстве подсобки, мои ладошки вмигвспотели, а дыхание перехватило от слишком поспешного биения глупой сердечной мышцы.Чего ты так испугалась, глупая? Ничего этот качок расписной нам больше не сделает.И тут же я отвела взгляд, с ужасом осознавая, что мои щеки заливает, непонятно почемуи откуда взявшийся, жар. Я тут же принялась суматошно набирать в руки методички, новздрогнула, чуть ли не растеряв всю свою поклажу, когда услышала за спиной глубокийбархатный баритон. Так близко, что запах чистоты, моря, солнца и бергамота защекотал мойнос, заставляя стадо мурашек пробежаться вдоль моего позвоночника.— Оставь, я понесу, — и тут же его горячая рука прикоснулась к моему плечу, словномолнией прошивая тело с ног до головы жаркой вспышкой.— Нет, — почти прокаркала я, потому что голос подвел меня, сбитый слишкомсильным выбросом адреналина в кровь.— Да брось, Валя. Нечего такой, как ты, грязной работой руки марать, и тяжеститаскать. Лучше пусть этим займется елочная игрушка, расписная снаружи и пустая внутри.Хоть какой-то толк да будет. Верно?А потом в один присест свалил на себя все семнадцать штук увесистых методичек и, недождавшись моего ответа, вышел за дверь подсобки, оставляя меня только смотреть в егоширокую, прямую спину и впервые в жизни жалеть о своих словах.