22

POV ВаляЯ смотрела на заниженную в хлам Ладу Приору ужасного золотого цвета и глазам своимне могла поверить. Но и это было не все. На багажнике этого чуда российского автопромакриво-косо был прилеплен какой-то совершенно неказистый ярко-салатовый спойлер. О,боги, пощадите! И как вишенка на торте, на боку автомобиля красовалась огромнымибуквами надпись: «Моя Ламба. Люблю её!».Так вот, что загадали Кораблину его друзья в счет проигранного спора? Еще однодоказательство того, что он все-таки забил на меня, все понимал, осознавал, а теперь ни очем не жалеет, смело принимая свое поражение. Вон как ржет, черт разрисованный.— Пацаны с вашего факультета говорят, что ему на этом ведре придется месяцрассекать.Представляешь! — обхохатываясь проинформировал меня Пашка.— Боже! Ты бы видела, как он сегодня на этой красотке приехал на учебу, там дажеглушителя нет! Мало того, что она ревет как перепуганный бизон, так еще и страшно чихает,когда притормаживает. Валя, ну ты чего такая хмурая? Смешно же! — корчилась от смехаАнька, а у меня в груди опять от обиды неприятно потянуло и заныло. Но я только фыркнулаи опустила голову, не в силах смотреть на этот мажористый праздник жизни.— Мне плевать, ребят, пусть хоть в картофельном мешке месяц по улицам Москвыскачет. Мне от этого ни холодно, ни жарко, — выдала и ведь ни капли не покривила душой.Это мне за спор до сих пор не приятно, а так, пусть этот Кораблин  со своей компанией хотьчто там делает. Мне ровно!Но я, глупая гусыня, нет-нет, да поднимала глаза на нелепое золотое авто с салатовымбампером. Благо, хоть из-за кустов нашу компанию не видно было и то хлеб.Вскоре к знаменитому трио подошли еще какие-то студенты, весело смеясь и о чем-топереговариваясь. И вся эта картина говорила только об одном — Егору плевать на свойпроигрыш, он даже в плюсе остался, вон сколько внимания к его царской персоне.А потом я увидела, как из здания вышла Мия. Кораблин тут же громко свистнул ей имахнул в свою сторону. Девушка без промедления припустила к веселящейся компаниипарней, получила приглашение сесть в салон, а потом и бодро в него запрыгнула, помахав напрощание своим закадычным подружкам. А раскачанный татуированный мажор только далпять своим товарищам, рассмеялся, сел за руль и завел мотор, газуя и красуясь на потехуразношерстной публике. Вот так, ему и крутая тачка не нужна, чтобы телок окучивать.Ловелас недоделанный!Бесит! Бесит! Как же он меня бесит!— Ладно ребята, цирк окончен, пора бы и расходиться, — хлопнула я себя по коленям ивстала на ноги, — всем пока и до завтра!— Ну, Валя, — потянули мне вслед ребята, но я только отмахнулась.— Ну, не интересно!Через институтский парк вышла на остановку и замерла, в ожидании своего автобуса,отрешенно наблюдая, как золотая Приора выруливает со стоянки, цепляя брюхом каждуюколдобину, издавая мерзкие шаркающие звуки. Но, сидящие в салоне Кораблин и Бойка тольковесело смеялись, тут же врубая музыку на всю катушку. На меня даже взгляда не кинули,проезжая мимо.Через пару минут ко мне подошла Полина, она тоже предпочитала добираться до домана автобусе, а не на метро, и приобняла меня за плечи, весело выдавая:— Валя, ну ты его и уела!Да уж, прям результат на лицо. Погремушка убивается и рыдает, да?— Поль, я тебя как человека прошу, мне эти…люди, неприятны и разговоры о них вкрайней степени не интересны. Ты меня уж прости, но давай больше не будем.— Да без проблем, — приподняла вверх ладони подруга и понимающе мне улыбнулась.Ну вот и славно. А-то будут мне сейчас бегать и про Кораблина каждый его шаг докладывать.Да плевала я на него с высокой горы!А уже через минуту подошел мой автобус, и я тут же заскочила в его тесную, пахнущуюусталостью, глубину. Домой.Но, где-то посреди дороги, я не выдержала и все-таки нашла в инстаграме профильПогремушки, долго раздумывала, нажать ли на его аватар, а потом фыркнула и совсемвыключила гаджет.Какого черта я делаю? Зачем меня вдруг потянуло смотреть его глупый профиль,наполненный такими же глупыми фотографиями! Мне фиолетово на него, так же, как и емуна меня! Все, забыли!И я стойко следовала плану. Пришла домой, немного позанималась, вышла на пробежкув ближайший парк, поболтала с мамой и за весь день ни разу не вспомнила проневозможного одногруппника. Пройдет обида и все забудется как страшный сон, простонадо все это пережить и не реагировать так остро на все, что с ним связано. Всего-то!И в этот же вечер я выкинула все его подаренные веники, хоть цветы еще стойко стоялипочти как свежесрезанные. От души дарил, мерзавец, видимо так сильно спор хотелвыиграть. Только один малюсенький розовый бутончик сунула между страницами новогоромана, что читала перед сном. Ну, пусть будет вместо закладки. Вот так!Но уже лежа в постели, я опять разблокировала свой телефон, чтобы полезть-таки напросторы всеми известной социальной сети, а потом опять каким-то загадочным образомвбить в поисковике имя разукрашенной Погремушки. И первое, что я увидела, былогрупповое фото на фоне безобразной золотой приоры: Милохин, Крид, подружки Мии иКораблин в обнимку с Мией.Козел!Компостировал мне мозги две недели, а теперь смеет жить припеваючи? Сволота! Отзлости хотелось визжать, ну, или разбить со всей дури телефон об стену. Не знаю, но сделатьхоть что-то, чтобы выпустить из себя это странное напряжение.И тут я заметила это. Вверху дисплея притаился маленький беленький конвертик.Сердце отчаянно заколотилось в груди и я, затаив дыхание кликнула на него, чтобыпрочитать сообщение. Вдох и…«Привет. Пойдешь завтра со мной на хоккей? Играет «ХК Сочи» против «Спартака».Что скажешь?»