Глава 53. Сяньлэ. XX Часть

Состояние государя ухудшалось с каждой половиной дня: утром он мог спокойно говорить, изредка кашляя, а к вечеру заходился нескончаемым приступом. В один из таких вечеров на дежурстве в доме остался Фэн Синь, и, когда вернулся сын с Вэй Ином, государыня тихо отвела их на улицу, оглядываясь в сторону комнаты с мужем. По ней было видно, как она взволнована, а скорее даже обеспокоена.

— Ребят, я знаю, что у нас нелёгкое время, но… боюсь, если не скажу, всё станет ещё хуже.

— О чём вы, матушка? — недоумённо спросил принц.

Женщина, приложив ладонь к лицу, горестно опустила взгляд на землю и вздохнула.

— Твоему отцу нездоровится…

— Это нам известно.

— Дослушай меня, — промолвила она. — Он начал харкаться кровью.

Первый миг до молодых не дошёл смысл её слов, будто они не захотели верить и попытались не принимать эту информацию. Но глаза были зрячими, уши — слышащими, они прекрасно видели состояние императорской четы и слышали, как в доме кашляет государь. Се Лянь в шоке невольно приоткрыл уста, желая что-то сказать, но не мог подобрать слов. Он только узнал, что его отец не просто болен обычной хворью, а серьёзно зачах.

— Как давно это началось?! — осторожно схватил он мать за напряжённые плечи.

— Тише! — шикнула государыня. — Он будет гневаться, если узнает, что я вам рассказала.

— Упёртый дурак, — резко вымолвил принц, впервые в сторону отца.

Императрица хотела было усмехнуться, ведь сын был прав, но лишь тяжело вздохнула, смотря тому в глаза с теплотой.

— В этом вы схожи, так что не ругай отца. Не стоит тревожить его сердце лишний раз, иначе, боюсь, болезнь совсем свалит его. Вы сможете раздобыть какое-нибудь лекарство?

Она нежно коснулась ладонями предплечий сына. Он был её опорой в такое трудное время, единственной искренней радостью. Женщина радовалась, видя, что рядом с ним остались преданные друзья, ещё бы только не таскался бы он с ними пожилыми, тогда и жизнь была бы лучше. Се Лянь давно мог жить спокойно, ведь он легко скрывался от солдат Юнъаня, но она с мужем стали его преградой к жизни с чистого листа. Пожалуй, это единственное, что она не сможет себе простить. Если бы только они лучше следили за дворянами, сейчас бы молодым юнцам не приходилось бы горбатиться ради грошей для пропитания.

— Не беспокойтесь, конечно, мы сможем, — утешил её принц. — Ступайте к отцу, пока он не начал ничего подозревать, с лекарством мы разберемся. На улице холодно, поспешите.

Взяв себя в руки, Се Лянь подтолкнул мать к двери, настаивая, чтобы та зашла в тепло. На его лице была обнадёживающая улыбка, которая тут же померкла, стоило женщине скрыться внутри дома. Принц в тот же миг осел на землю, присев на корточки, и запустил руку в волосы, крепко сжимая их.

— Ваше Высочество, всё будет хорошо, — теперь роль утешителя легла на плечи Вэя.

— Да, мы сможем раздобыть лекарство, — поддержал его Фэн Синь. — Будем работать больше.

Се Лянь ценил их поддержку, но куда ещё больше? Они пахали с утра до вечера, без перерыва на еду. Если увеличить время работы, то возвращаться домой смысла не было, уж легче в городе ночевать в переулках. Так дело не пойдёт. Даже если они увеличат рабочее время, то всё равно не скоро накопят на снадобье, ведь попутно нельзя забывать о базовой потребности в пище. Он не знал, что делать. Страх подкрадывался так незаметно и неспеша, что он ещё верил в чудо. Но со временем краски начали терять цвет, а чудо казалось чем-то нереальным. Вроде в мире есть боги, но нет от них толка в таких делах.

— Думаю, пора открыть то самое, Ваше Высочество, — намекнул Вэй Ин на свои сбережения.

— Нет, ещё нет. У меня остался меч и пояс, заложу Хунцзин. Не трогай это — кто знает, что ещё случится в будущем. Пока мы в силах решить проблему в настоящий момент.

Слова младшего слуги вновь поставили его на ноги. Из гордости он до последнего отказывался от его денег. Верно государыня говорила, что он похож на императора. Вэй Ин бы с радостью выругался, да стерпел. Принцу хватает дум, и раз пока всё решаемо, он отступит.

— Тогда сделайте это завтра же. Я останусь в доме, а вы возьмите с собой Фэн Синя. Запомните только одно: если будут уменьшать цену, стойте первое время на своём, а потом, будто сдавшись, понизьте её на одну четвёртую от полной стоимости. Торговцы не любят тратить деньги и желают получить золото по цене медяков, им просто нужно дать почувствовать, что они будто бы побеждают.

— Может, ты с принцем тогда пойдёшь? — хмыкнул Фэн Синь, то ли взаправду беспокоясь, то ли из вредности, услышав умную речь товарища.

— Теперь обязанности по дому я возьму полностью на себя. Или ты хочешь ухаживать за больным, сидеть с Ци Жуном и каждый день проводить уборку? — искоса глянул Вэй на старшего.

Конечно, тот такого не желал, особенно второго, так что сразу же капитулировал в небольшой словесной схватке. Теперь, зная, что болезнь императора не шутки, нужно было добавлять ему побольше полезной пищи. Хлопнув принца по плечу, он зашёл в дом первым, уже боясь нового дня. Плохие мысли невольно пробирались в его голову, но он быстро откидывал их, приговаривая про себя, что это временная трудность и дальше всё наладится. С уходом Му Цина в доме стала ощущаться пустота: теперь не было рядом человека, с которым он чувствовал себя на равных. С Фэн Синем он не был близок, об остальных и смысла говорить не было — их разделял социальный статус.

На следующий день принц с Фэном ушли рано утром, что не скрылось от внимательности Ци Жуна. Пока Вэй Ин варил кашу, тот подкрался и, встав рядом, в лоб задал вопрос:

— Куда они так рано?

— По той же причине, что и раньше, — спокойно ответил Вэй Ин.

— Но раньше они не уходили в это время.

От скуки князь обращал внимание на любые мелочи, что сейчас было не на руку.

— Просто подработка требует этого, — уверенно промолвил прислужник.

— Брат хоть высыпаться успевает? — переведя взгляд на дверь, Сяоцзин бросил вопрос в воздух.

— Во взрослой жизни невозможно выспаться. А ты-то чего соскочил? Обычно до первой трапезы как убитый спишь.

— Кошмар.

— Снова?

Возможно, из-за смены обстановки и напряжённости Ци Жуна начали посещать кошмары вместо хороших снов. И ладно бы раз-два, но они длятся уже долгое время, заставляя его подскакивать при пробуждении. Вэй Ин пытался разузнать, что же ему снится, но тот уходил от вопроса либо прямо говорил, что не скажет. Из всей императорской семьи, наверное, только императрица была нормальной, остальные упёртые до ужаса, будто это воздушно-капельным путём по мужской линии у них передаётся.

Добиться ответа от Ци Жуна не вышло, так что вскоре Вэй забил на это. От кошмаров ничего не будет, со временем уйдут, а вот каша может убежать, если он отвлечётся.

— Буди государя и государыню, пока горячая, нужно есть, — убрав кашу с огня, сказал он.

Весь день он занимался привычными делами: мыл, протирал, готовил — ничего нового. А к вечеру вернулись работяги, да не с пустыми руками. Как и сказал Вэй Ин Се Ляню, на цену торговца они не согласились, настаивая какое-то время на своей, а затем слегка понизили её. По итогу, конечно, торговцу пришлось согласиться, ведь он не мог упустить столь редкий товар. На деньги от меча они приобрели снадобье с небольшим запасом, ведь сразу же после первого приёма лекарство не даст результат, требовалось больше времени и регулярный прием.

Ох и злился же государь, когда увидел, что принёс сын; сразу же взъелся на супругу, что та рассказала ему. Сначала требовал, чтобы принц отнёс купленное назад, но через полшичэня уже смирился. Сил его не хватило долго упорствовать. Ци Жун первое время ворчал, что Вэй Ин не рассказал ему настоящую причину раннего ухода брата, пока ему не напомнили, что он до сих пор молчит о своих снах. Это быстро привело его в чувство.

Вроде бы всё наладилось, пока принц не решил отправиться самосовершенствоваться в горах.

— Правильно, ступайте! — сразу же согласился Вэй Ин. — Пора вставать на ноги. У вас есть шансы вознестись вновь, если захотите.

— Точно всё нормально? — неуверенно спросил Се Лянь, наблюдая, как мать собирает ему с собой мешочек.

— Конечно, положитесь на нас, Ваше Высочество, — бодро кивнул Фэн Синь. — Мы присмотрим за всем в ваше отсутствие.

— Тогда оставляю всё на вас.

Со спокойной душой Се Лянь принял мешочек от матери и вышел из дома, оглянувшись лишь раз, чтобы увидеть машущих слуг. Зная, что здесь его ждут, он ушёл без тяжести на душе, ведь через некоторое время вернётся к ним.

В то же время Фэн Синь с Вэй Ином тоже разделились, заранее договорившись. Вэй Ин отправился вслед за принцем, исподтишка преследуя его, чтобы узнать, где он будет пребывать вдали от дома и точно ли отправился в сторону гор. Мало ли что случится. Фэн Синь же остался с императорской четой и Ци Жуном, ведь уходил Вэй Ин ненадолго, так что за это время ничего не должно было случиться. Еда была приготовлена, комнаты были чисты, дрова для топления имелись, другого не нужно.

Они продолжили путь до вечера, и, проходя лес, Вэй Ин остановился. На этом его небольшая вылазка была закончена, принц точно шёл в сторону гор и вряд ли свернёт с пути. Дальше он следовать за ним не мог, ведь до гор оставалось ещё несколько дней ходьбы. Проводив Се Ляня взглядом, прислужник развернулся на крепкой ветке обратно в сторону дома, как вдруг ветка затрещала. Она точно спокойно выдерживала его вес всё это время, но стоило ему решить уйти, как та проломилась. Благо под ним были ещё ветки, за которые он хватался, пока окончательно не спустился на землю. Сердце учащённо билось, всё произошло слишком быстро.

— Думал, синяков наставлю, — вздохнул он.

— Да, действительно, испугался, небось.

Голос за спиной раздался неожиданно, но уже был знаком ему, так что Вэй Ин даже не удивился, скорее помрачнел.

— У тебя слишком много свободного времени, раз преследуешь принца.

— Возможно, — игриво ответил демон. — Но кто сказал, что я пришёл за ним?

— Хочешь сказать за мной? Боюсь спросить, что такой твари понадобилось от меня.

Не показывая перед нечистью своё напряжение, он развернулся, смотря прямо на маску твари. Как же его бесила эта двуликая вещица, улыбка вызывала раздражение, а печаль бесила ещё сильнее. Сильнее выводил только её носитель.

— Ты можешь быть очень полезен в одном деле. Предложу лишь раз, откажешься — вини себя.

Тон голоса твари сменился на серьёзный, и это было не к добру. Однако он был обязан выслушать, что от него хотят.

— Говори, в отличие от тебя, у меня много дел.

Безликий усмехнулся настойчивости и резкости юнца перед собой. Тот ничего из себя не представлял, но при этом ужасно мешал плану. Не будь его, Сяньлэ бы давно сломался, но этот прихвостень залечивал его трещины, что те не успевали разрастись. Корни тьмы даже не успевали коснуться души, как тут же прогонялись.

— Покинь Сяньлэ.

Два слова впечатались в сознание Вэя. Услышанное заставило его засмеяться, а затем резко похолодеть.

— Ни за что. Думаешь, я добровольно нанесу ему душевную рану? Забудь, этого никогда не случится.

— Твоё решение. Помни, что ты сам это выбрал.

Демон тут же пропал с поля зрения, оказавшись у него за спиной. Не успел Вэй Ин вздохнуть, как по нему резко ударили. Он не помнил, как сомкнулись его глаза, а тело обмякло, тогда он запомнил лишь падение на землю и то, как больно он ударился головой о лежащий камень. На этом его сознание потухло.

Не на одного Вэя обрушились тогда несчастья: через пару дней идеальную для медитации пещеру принц покинул, не пробыв и дня. Он стоял до конца, когда его прогоняли, но, увидев в числе богов Му Цина, пошатнулся в своей твёрдости.

— Ваше Высочество, прошу, отступите, — просил бывший слуга. — И возьмите мешок, я положил потраченные деньги назад, больше я ничего не должен.

— О каких деньгах речь, Му Цин?

— Вы оставили у моей двери мешочек с деньгами. Спасибо, что помогли, несмотря на мой уход, они сильно помогли.

Вот только Се Лянь ничего не подкладывал ему. Даже мысли не было. Приглядевшись к мешочку, он заметил неровно вышитые на нём инициалы, очень похожие на почерк одного из его слуг, даже хуже, ведь они были вышиты нитками на ткани, а не списаны кистью на бумаге. Внутри зародилось странное чувство. Вэй Ин ни словом не обмолвился об этом. Он бы ни в коем случае не возразил, поддержал бы, но тот всё равно ушёл один. Сколько таких вылазок он делал? Что ещё скрыл?

— Хорошо, я отступлю. Как раз объявилось одно дело, — его лицо помрачнело, а взгляд похолодел.

Боги зашептались, уж слишком резко принц уступил им. Му Цину это тоже показалось странным. Он до самого конца смотрел, как отдаляется фигура принца, пока та не скрылась за тропой. Причина точно крылась в мешочке, который он достал, но по лицу Се Ляня не было похоже, что это его.

Спустившись с горы, он отправился обратно домой. Было стыдно возвращаться так скоро, но сейчас появилось дело важнее. Неужели он недостоин доверия?

Проходя лес, он остановился перед большой веткой, которой точно не было, когда он шёл здесь первый раз. Она выглядела слишком крепкой, чтобы сломаться самостоятельно, а рядом с ней тёмный камень неестественного окраса. Наклонившись поближе, Се Лянь заметил, что это не цвет камня, а застывшая кровь. Не повезло же кому-то упасть здесь.

— Бедняга…

— Соглашусь, не повезло ему.

Услышав знакомый голос, принц подскочил на ноги. Рожу демона он не пожелал бы увидеть даже в кошмаре, не то что наяву. У него даже оружия не было, чтобы защититься.

— Что тебе надо?

— Почему вы оба думаете, что если я явился, то обязательно по делу? Может, просто увидеться захотел.

Демон вальяжно крутился вокруг него, как пчела у цветка. Шутки его не смешили, хотя шутил ли он вообще?

— Оба? Какой ещё несчастный стал твоей жертвой?

Он думал, что демон только его так достаёт, но, видимо, душ, подвергшихся его нападкам, было куда больше, как минимум две.

— Ты его хорошо знаешь.

— Говори прямо!

— Ну нет, тогда не будет интриги, — усмехнулся Бай. — Сам всё скоро узнаешь…

Его слова настораживали. Если он взялся за кого-то из его близких, принц не простит этого. Убьёт тварь своими руками, неважно, сколько сил потребуется потратить.

— Сяньлэ, прекрасный бывший наследный принц, разве не грустно опуститься на дно? С самой вершины пасть в грязь. Тебе больше нет места на Небесах, не трать силы попусту. Вознесёшься, а дальше что? Все будут насмехаться над тобой, никто тебя не воспримет уже как себе равного. Есть ли смысл стараться вернуться туда? Лучше выбери другой путь. Перейди на мою сторону.

Безликий Бай переместился за спину, осторожно положив свои ладони на плечи принца, приблизившись маской к его лицу. Речи его завораживали, в них даже была капля смысла, но это не заставит Се Ляня оступиться. У него были люди, которые ждут его возвращения: до тех пор пока они есть, он не ступит на кривой путь.

Дослушав демона, он попытался снять его маску, пока тот был так близко, но в тот же миг Бай ударил коленом прямо под рёбра, откинув его к ближайшему дереву. Ударившись позвоночником о ствол, Се Лянь скатился по деревянной коре, осев на грязную землю. Вокруг засияли призрачные огоньки.

— Какой же ты наивный, Сяньлэ. Сколько ни убегай, ты всё равно примешь моё предложение. У тебя нет выбора. Я докажу тебе, что никто не дорожит тобой, как я.

— Замолчи! Закрой свою пасть! Ни за что и никогда этого не случится! Ты уничтожил моё государство, подверг смертельной опасности мой народ! Думаешь, я прощу тебе это? — возразил Се Лянь самонадеянным словам демона.

Перед его глазами всё время метался какой-то странный призрачный огонёк, который всё время беспокойно летал от Бая к нему, словно хотел что-то сказать.

— Винишь меня, но забываешь, что это ты виноват. Ты не уследил за своими подданными, а болезнь наслали юнъаньцы, я же лишь выступил в роли зрителя, смотря за происходящим, но не вмешиваясь.

— Лжёшь!

— Мне незачем врать тебе, Сяньлэ.

Бай неспеша подошёл к его обмякшему телу и поравнялся с ним. Он схватил его за голову — казалось, сожми он ладонь чуть сильнее, то с лёгкостью проломит череп. К счастью, этого не случилось, он просто заставил смотреть на него, не опуская взгляда.

— Ты вспомнишь обо мне, когда поймёшь, что только я на твоей стороне. Твой дорогой Вэй Ин наверняка уже сбежал. Вскоре и последний слуга покинет тебя.

— О чём ты?

Сквозь маску Се Лянь почувствовал, как тварь улыбается, насмехаясь над ним. Ничего забавного не было, но тот смеялся, пока не растворился на его глазах. Это снова оказалась его жалкая копия.

Душа принца и так была неспокойна после слов Му Цина, теперь и вовсе не находила себе места. Через силу поднявшись, опираясь о дерево, Се Лянь медленным шагом отправился к дому, кусая губу. Рёбра и спина сильно болели, демон точно сломал ему пару костей. Каждый шаг отзывался болью, но он не останавливался. Когда он шёл от дома до леса впервые, то путь занял полдня, сейчас потребовалось почти в полтора раза больше.

В доме горела свеча, показывая свой свет через окно, а значит, кто-то ещё не спал. Подойдя к двери, он постучал один раз, а затем ещё дважды, так как откликнулись не сразу. На пороге появился Фэн Синь, под его глазами виднелись тёмные круги, будто тот не спал с тех пор, как он ушёл. Увидев принца, он встал столбом, не веря своим глазам.

— Ваше Высочество? Почему вы здесь?

— Долгая история. Где Вэй Ин?

— Он разве не с вами? — с надеждой спросил Фэн Синь.

— С чего бы ему быть со мной?

Получив ответ, взгляд прислужника стал ещё мрачнее. Он сжал кулаки, сдерживаясь, чтобы не ударить ими по дверной раме.

— Он хуже Му Цина, тот хотя бы предупредил, а этот… Ушёл, ничего не сказав.

— Ушёл? Вэй Ин-то?

В такое было сложно поверить. Взор Се Ляня сразу же пал на террасу. Скрипя зубами, он подошёл к брёвнам и упал на колени, принявшись вытаскивать самые нижние. Фэн Синь не понимал, что тот делает, встал за спину и чего-то ожидал. Его глаза округлились, когда под дровами оказался тайник с деньгами и мечом. По ножнам он понял, кому это принадлежало.

— Почему его меч здесь?

— Он не хотел потерять или закладывать его, поэтому прятал с глаз. Деньги я запретил ему использовать, сказав, чтобы они лежали на самый крайний случай.

— Но он же ушёл, а они…

— Остались здесь… Точно ли Вэй Ин сбежал? Если бы это было так, он бы забрал их с собой.

Вот только Вэй Ин никогда не гнался за деньгами и, если захотел, мог спокойно оставить их.

— Из жалости к нам не взял, — бросил Фэн Синь.

— Это невозможно. Ты ведь видел, как он хлопотал по дому, если бы мы не были ему дороги, он бы ушёл сразу после падения Сяньлэ, а не терпел. Он больше всех волновался о нас.

— Может, он к Му Цину сбежал? Они всегда были близки.

Слова слуги дошли прямо до сердца принца. Сейчас не время зависти, но он ничего не мог с собой поделать. Откуда вообще взялось это чувство, и что оно значит? У Се Ляня не было времени разбираться в себе.

— Тоже отпадает. Я покинул пещеру как раз потому, что встретил Му Цина, он показал мне мешочек Вэй Ина из-под монет, думая, что это я оставил ему деньги.

— Тогда куда он, чёрт возьми, запропастился?

Очень хороший вопрос, на который хотелось бы поскорее узнать ответ. Глубоко вдохнув грудью, лицо Се Ляня исказилось от боли в рёбрах. От Фэн Синя не скрылась его хромота, пришлось отложить вставший вопрос, здоровье сейчас было в приоритете.

— Начнём думать об этом завтра. А сейчас давайте войдём внутрь, уже скоро зима, воздух ночью холодный, не хватало вам простыть.

Подхватив принца под локоть, он помог ему подняться и завёл в дом. Ни один не хотел есть, поэтому, нанеся мазь на раны и перемотав их для фиксации, они разошлись. Всю ночь Се Ляня мучил кошмар, ужасный, заставляющий взвыть. Во сне он лежал на постаменте, а вокруг него собралось много людей, которые с удовольствием вонзали в него мечи. За всем этим наблюдал Вэй Ин, прикованный цепями к стене, из его головы лилась струйка крови, он пытался разорвать цепи, но лишь вредил своим кистям. Когда Се Лянь проснулся весь в поту, то уже не помнил, что ему приснилось, знал лишь, что это был один из худших кошмаров за всю его жизнь.

Из главной комнаты уже слышался звон посуды, кто-то готовился к трапезе. Еле поднявшись с постели, Се Лянь поправил волосы, одежду и вышел из своей комнаты, застав Ци Жуна и Фэн Синя. Было так непривычно видеть их вдвоём без Вэй Ина. Чувство вины начинало пожирать изнутри. Вместо того чтобы отправиться прямо сейчас на поиски, он ждал, когда немного заживут раны.

— Братец?

Ци Жун вырвал его из мыслей. Пришлось выдавить улыбку, нельзя было показывать, что что-то не так.

— Ты почему здесь?

— Не нашёл подходящего места.

— А Вэй Ин? Я думал, он с тобой ушёл, раз не вернулся.

В комнате воцарило молчание, даже звон посуды прекратился, Фэн Синь с принцем замерли.

— Он…

Се Лянь не знал, что придумать. Нужно было что-то такое, что будет звучать убедительно, но ничего не шло на ум.

— Он работает в городе. Подработка требует полной отдачи, поэтому какое-то время будет жить там. Она временная, так что и он там ненадолго.

Фэн Синь хотел бы сказать, что тот вернётся, но язык не повернулся соврать. Он не был в этом уверен, чтобы давать надежду.

— Вот же, — вздохнул Ци Жун. — Снова взвалил лишнего, придурок. А ты тогда с хера ли здесь торчишь? Почему он один там горбатится? — обратился он к прислужнику.

— Помолчи, иначе без завтрака останешься, — шикнул раздражённо Фэн Синь.

— Твою стряпню тяжело съедобной назвать! Даже свиней лучше кормят.

— Угомонись, пока ложкой по лбу не получил! — развернулся Фэн Синь к ним лицом, оторвавшись от котла. У него в руках была большая ложка, так что угроза не казалась пустой.

— Боюсь, боюсь, — закатил князь глаза, высунув язык.

Слова на ветер прислужник не бросает, отряхнув ложку от еды, он замахнулся ею, но промазал, так как Ци Жун вовремя уклонился.

— Сдурел?!

— Я тебя предупреждал!

Даже в такой ситуации они умудрялись цапаться, хоть что-то оставалось неизменным в этом несправедливом мире. Императорская чета перестала выходить из комнаты, так как государю становилось только хуже. Женщина лишь выходила забрать еду, пожелать хорошего дня и сразу же скрывалась за дверью спальни.

— Прекращайте, еда остынет, давайте уже есть.

Присев за стол, Се Лянь поблагодарил за еду и через силу съел свою тарелку. Как и сказал Ци Жун, еду было тяжело назвать съедобной. Наверное, они привыкли к готовке Му Цина и Вэй Ина, вот теперь и привередничали. Даже Фэн Синь не был рад своему творению, еле пережёвывая.

Теперь, когда он вернулся, Фэн Синь возобновил походы в город, да в один из вечеров завёл серьёзный разговор.

— Ваше Высочество, у вас не найдётся денег?

— Мы многое заложили уже… Зачем они тебе?

— Я не могу сказать, — промолвил с сожалением прислужник. — Нельзя ли взять немного из тех с террасы?

По лицу Се Ляня он понял, что зря спросил. Сжав зубы, Фэн Синь вздохнул.

— Раз нет, то заработаю, ничего страшного.

— Погоди, мы не можем оттуда взять, но я не говорил, что не дам тебе денег. У меня есть кое-что.

Подойдя к сундуку, Се Лянь достал оттуда свой пояс, полученный, пока он был богом. Это последняя вещь, которую можно было заложить. Фэн Синь многое сделал, он заслуживает этого.

— Держи, продай его.

— Вы уверены? Это ведь последняя ваша вещь.

— Толку от неё? Меня больше ничего не связывает с Небесами, деньги на еду пока имеются, я не собираюсь жить свесив ноги, выздоровею, отыщу Вэй Ина и вновь возьмусь за работу. Не знаю, что у тебя случилось, но потрать их с умом.

— Благодарю, Ваше Высочество! — поклонился слуга. — Спасибо, огромное спасибо!

Пожалуй, он впервые так радовался на его памяти. Вроде аж цвет лица стал лучше, за считанные мгновения. Видимо, ситуация и правда была срочная.

Все дни, пока Се Лянь лечился, не было ни дня, когда Ци Жун не спрашивал, нет ли от Вэй Ина новостей. Приходилось лгать, что тот слишком занят. Даже не верилось, что эти двое так сдружились. Скажи ему это кто-то года четыре назад, он бы ни за что не поверил. Ци Жун всегда ставил его выше других, но теперь даже поговорить не решался лишний раз. Видимо, осознал, что всё было бестолку, и только он был заинтересован в беседах и совместном времяпровождении.