Глава 52.1. Сяньлэ. XIX Часть

Следующим днём Фэн Синь, Му Цин и принц отправились искать подработку, а Вэй Ин остался за главного в доме, так как настала его очередь дежурить. Дежурство включало в себя уборку дома, стирку вещей и готовку еды. Пока старшие товарищи трудились разнорабочими, Вэй Ин собрал вещи в лохань и отправился к мелководной реке стирать их. Он шёл с хитрой улыбкой на лице, зная, что за ним следует одна занимательная личность. Подойдя к реке, он поставил деревянный сосуд на берег, а сам залез в воду ногами. Погода была уже не тёплая, но, несмотря на лёгкий холодок, он намочил руки водой. Взяв первую рубашку, он окунул её в реку. Когда он закончил с ней и взялся за другую, то из-за дерева вышел Ци Жун, в два прыжка приблизившись к берегу. Он смотрел с опасением вниз, что-то решая про себя, и в конце концов ступил в воду.

- Вода ледяная! Руки решил обморозить? - вскрикнул Сяоцзин, почувствовав ногами холод.

- Не так уж и холодно.

- Ага, я чувствую! - саркастично ответил младший. - Быстрее заканчивай, иначе тётушка возьмётся за готовку.

- Как только до стираю, сразу примчу.

Вэй Ин отвечал спокойно, привыкнув к таким нападкам давным-давно. Таков нрав Ци Жуна, главное - он ничего плохого не желает.

Заметив, что на его слова тот никак не отреагировал, Ци Жун с тяжёлым вздохом взял одну из вещей, специально выбрав свою. Руки марать о чужую он точно не станет.

Окунув свою накидку, он почувствовал, как ткань становится тяжелее, впитывая воду. Она была длинной, отчего руки постепенно начали напрягаться, чтобы удержать её.

- Я, конечно, рад твоей помощи, но, может, не надо? - неуверенно сказал Вэй Ин в попытке отвадить младшего от взявшегося дела.

- Помолчи, я смогу! Ты это делаешь, а у меня не выйдет? Чушь, легкотня!

Уверенный в себе Ци Жун пытался терпеть холодную воду, в которой полоскал свою одежду. Время года было уже не тёплое, так что давалось это с трудом. Между его бровями появились складки из-за хмурости, он продолжал стирать через силу, не желая показывать слабости перед слугой. Постепенно пальцы, не привыкшие к такому виду холода, начали тяжело сгибаться, а кожа на подушечках стала затвердевать. Ещё немного, и у него точно затрясутся зубы.

Видя, что Сяоцзин явно не справляется, пришлось пойти против него и схитрить:

- Прекращай уже, всё сделал же. Так до дыр натрёшь.

- Всё? Уже?

- А ты думал, сутками стирать надо? Положи в лохань, я отнесу, когда достираю.

Подыгрывая его удивлённости, Вэй Ин уже мысленно делал заметку не забыть сполоснуть одежду Ци Жуна повторно, чтобы наверняка не было грязи. Правда, по итогу сделать этого не вышло, ведь младший всё время стоял на берегу, терпя промокшие ноги, и наблюдал за ним. Пришлось оставить его накидку нетронутой, ведь иначе бы тот завозмущался, почему он переделывает всё повторно.

- Закончил?

- Да, - с ноткой недосказанности сказал Вэй Ин.

Хотелось бы перестирать всё, но, видимо, придётся сделать это позже. Выплеснув воду со дна лоханя, Вэй Ин поднял его на руки. Одно из дел было выполнено, оставалось ещё несколько. Стирка заняла около шичэня, до прихода принца было ещё долго, обычно он с прислужниками возвращался к вечеру. Это значило, что у него ещё было время приготовить еду и прибрать дом. Начать он решил со второго, ведь у еды есть свойство остывать. Утром все немного перекусили, сейчас можно было отложить готовку.

- Думаешь, в этот раз смогут заработать? - спросил Ци Жун.

- Конечно, иначе я зря тут хлопотал.

Если товарищи ничего не принесут, в следующий раз он спихнёт очередь на Фэн Синя и сам пойдёт работать. Тот, конечно, будет ворчать, но кто его спросит?

- И почему меня отказываются взять помочь?.. - пробубнил младший.

Ци Жуна не брали по особым причинам, которые лучше не озвучивать при нём.

- Ваше лицо многие знают... И оно особо запоминающееся.

- Ещё бы, я ведь известная личность.

- Очень известная, - поддакнул Вэй Ин.

Ци Жуна помнили, но не за хорошее. Плохое лучше запоминается, чем хорошее, так что его узнают даже быстрее, чем принца. Такое им не было нужно, так что он всегда оставался дома под присмотром. Их дальнейший путь прошёл с весёлым разговором, болтая обо всём, чём захочется, они постепенно подошли к дому. Внутри их уже ждала императорская чета. Государыня хлопотала по дому, протирая пыль и ухаживая за приболевшим мужем. Император то и дело кашлял, задыхаясь. На лекарства денег не было, поэтому сейчас и старались работать чаще и больше. У Вэй Ина были сбережения, накопленные за все годы работы, но он не говорил о них никому, кроме Се Ляня в самом начале бегства. Принц наказал не тратить их и оставить, когда ситуация станет совсем плачевной.

- Ваше Величество, отложите же вы тряпку! Я ведь сказал, что приду и приберусь, - быстро поставив лохань на пол, Вэй Ин поспешил забрать у женщины тряпку.

- Да как же так, Вэй Ин. Вы трудитесь не покладая рук, а я сижу. Нельзя же так.

Женщина стояла на своём, крепко держа старую ткань в руках. Силу применять было нельзя, поэтому пришлось отпустить первым.

- Вы себе не изменяете. Согрейте лучше тёплой воды Его Величеству, я сам приберусь.

Пусть он и не мог её переубедить, но вполне мог надавить на нужный рычаг, чтобы та сама отказалась от затеи.

- Хорошо, - вздохнула государыня.

К здоровью мужа она подходила особенно внимательно, поэтому капитулировала после первого же наступления. Обрадовавшись, что императрица ушла, Вэй Ин отложил тряпку, вернувшись к мокрым вещам. Нужно было развесить их, чтобы они не стухли. Выйдя во двор, он подпёр деревянным сосудом дверь и начал отжимать излишки воды. Выжатую одежду он вешал на прибитые с двух сторон террасы верёвки. Терраса была создана для дров, но быстро стала и сушилкой в безветренную погоду. В доме сушить было не особо хорошим вариантом, он и так был старым, если ещё и сырости прибавить, станет хуже. Опустошив лохань, он зашёл в дом, закатал мокрые штанины, поправил рукава и принялся за преображение комнаты. Для начала начал с лёгкого мусора, пыли, крошек и паутины в углах, затем усложнил задачу. Взяв тряпку, которую уступила государыня, он начал протирать стол. Обтерев его хорошенько, он сменил тряпку на большую, бросил её в лохань и снова вышел. Вновь оказавшись на реке, Вэй Ин наполнил лохань водой. Она нужна была, чтобы помыть полы.

Это дело он честно не любил, приходилось всё время стоять крючком либо на коленях ползать. Обычно это занимало полшичэня. Тщательно оттирая пол от грязи, начинало становиться жарко, несмотря на прохладную погоду на улице. От мысли, что его идеально вычищенный пол уже сегодня вновь запачкается, становилось плохо. Вот так вот стараешься, а бестолку, всё равно вернётся к истоку.

Вынося грязную воду и тряпки, чтобы сполоснуть их, он не заметил, что позади шёл принц, но уже без одного слуги. Ни один из двоих не стал его окрикивать, а по возвращении сразу же получили в лоб вопрос:

- Где Му Цина потеряли? - зашёл в дом Вэй Ин, поставив лохань с грибами на дне.

На обратном пути не удержался и сорвал парочку не в первый раз маячивших перед глазами.

- Ты съедобные сорвал? - проигнорировал вопрос принц, будто намеренно избегая его.

- Наверное, на Фэн Сине проверим, - пожал плечами младший прислужник. - Так что с моим вопросом?

В комнате воцарилась тишина, Ци Жун замолк в своей комнате, точно прислонив ухо к стене, а императорская чета дремала. Се Лянь мялся, не зная, как дать ответ помягче. Своим молчанием он лишь больше напрягал. Внутри зародилось плохое предчувствие, невольно тело напряглось.

- Ваше Высочество, не молчите же. Где Му Цин?

Фэн Синь еле сдерживался. Он был так зол, что не мог и двух слов связать, поэтому пока молчал.

Наконец принц собрался с силами и сказал:

- Он ушёл.

Два коротких слова повергли в полный шок Вэй Ина. На миг подумалось, что он ослышался, но после понял, что точно нет.

- Как это ушёл?

Внутри он понимал смысл слов принца, но признавать не хотел. Му Цин говорил, что они со всем справятся, так что не мог покинуть их. Не мог...

- Сказал, что больше так не может. Ему нужно помогать матери, а он тратит время с нами впустую.

- Какого... - Вэй Ин схватился руками за волосы, крепко сжал локоны. - Серьёзно? Да даже если ушёл, чёрт с ним, но почему я узнаю это от вас?! - хотелось сорваться на крик, но приходилось выпускать гнев шёпотом. - Своего рта не имеется у него что ли? А руки? Мог бы хоть записку оставить!

- Насчёт неё, - прервал Се Лянь. - Он сказал, что оставил на столе.

- Не было ничего! Абсолютно! Там лишь крошки да пыль. Весь дом перерыл сегодня, и она даже не улетела никуда.

Резко послышался глубокий смех. Фэн Синь, слушая их разговор, не сдержался.

- Я всегда знал, что мы для него пустое место. Даже с запиской соврал, лишь бы мы поскорее оставили его. Сволочь неблагодарная!

- Именно, подонок! Столько лет вместе!

Они редко в чём соглашались, но прямо сейчас появилась ещё одна причина. Между ними Се Лянь чувствовал себя неловко, ведь даже не злился. Он был опустошён и капельку счастлив, от чего у самого себя появлялось чувство тошноты. Даже в такой момент неосознанно думает о плюсах ситуации.

Всё из-за пещеры, после неё он начал замечать у себя странные мысли. Раньше такого не было.

- Только увижу его ещё раз, так побью!

Из-за спящих в доме выругаться про всё, что хотелось, не выходило. Это была слишком шокирующая новость, пришлось выйти наружу. Взяв топор с террасы, Вэй Ин начал делать им взмахи и выпады, словно в руках держал меч, а затем метнул его со всей злостью прямо впереди стоящее дерево, попадая лезвием в ствол. Печаль, разочарование, гнев - все эти чувства смешались вместе сразу. Мысли Му Цина он понял, будь у него семья, возможно, тоже выбрал бы её. Однако не было ясно, почему он провернул всё по-тихому, без предупреждения, без намёков, взял просто и ушёл.

- Он ведь сказал, что мы справимся с трудностями, что всё забудется... - внезапно вспоминая их разговор, Вэй Ина осенило. - Это я сказал, что мы справимся, а не он... Чёрт.

Му Цин давно уже всё это задумал, поэтому перестал приплетать себя к ним, просто обходил эти слова плавно и изящно, так, что и не заметишь намёка. Ему даже не был дан шанс как-то всё исправить. Постепенно злость начала сходить на нет, уступая место смирению. Исправить он уже ничего не мог, а значит, нужно было принять такой поворот судьбы. Учитывая взбешённость Фэн Синя, то разговор прошёл примерно в городе, а значит, Му Цин уже вероятнее всего у матери. Как он и сказал, ему нужно было заботиться о матери, но не на что. С уходом его материальное положение не изменилось.

Тело ещё не остыло от злости, как пришлось связать себя по рукам и ждать следующего дня. В отличие от товарища, у него-то деньги были, и отложить часть он мог. Но нужно было дождаться ночи, когда все крепко спят, ведь тогда не придётся объяснять, зачем ему деньги. Принц ничего лишнего не скажет, а вот Фэн Синь... Хватало и его злости на Му Цина.

После пробуждения императрица спрашивала о нём, и, услышав, что случилось, спокойно приняла. Она не злилась, как он с Фэнем, а улыбнулась.

- Вам бы тоже пора думать о себе побольше.

За время бегства она не раз говорила, чтоб оставили её с императором, что они бесполезный груз.

Настроение и так было не к чёрту, и тут снова та же песня. Не выдержав, Фэн Синь встал из-за стола, поклонился, поблагодарив за ужин, и вышел освежиться. Вероятнее всего, теперь вернётся только через день. Впервые Вэй Ин понимал его и впервые сидел за столом как привидение, чтобы на него не обращали внимание. Всю трапезу Ци Жун то довольно улыбался, то хихикал своим тараканам в голове.

Когда наступила ночь, и все уснули в своих комнатах, Вэй Ин осторожно встал, стараясь не скрипеть досками. Он на носочках подошёл к двери, а как только убедился, что младший спит, вышел. Везде царила тьма, не было ни одной зажжённой свечи, только свет луны проглядывал через окно. На столе всё ещё лежала мокрая тряпка после еды, на ней было немного крошек, но это не помешало ему взять её. Другое брать для защиты было жаль, вдруг ещё сломает. И так концы с концами еле сводят, а тряпку не жаль, да и она вряд ли порвётся.

Медленно он приоткрыл дверь на улицу, а затем вышел на холодный ночной воздух. Возможно, сейчас он поступает неправильно, но бросить друга в беде не мог. Отправившись к террасе, он накинул тряпку на плечо, освободив руки, и принялся вытаскивать дрова прямо из середины постройки. Нижние, посередине, были специально сложены так, что легко вынимались и не вредили конструкции. Под ними была небольшая дверца в полу, доски отрывались от земли всего на цунь, поэтому между ними ничего бы не вышло спрятать, а вот в самой земле - другое дело. Помимо этой маленькой дверцы, в земле была вырыта яма чи на чи, в которой и хранились его сбережения. Все он, естественно, не взял, ровно половины было достаточно. Остальное, как и планировалось, продолжило лежать до худших времён.

- Воруешь? - раздался тихий голос над ухом.

По спине пробежала дрожь, тело моментально напряглось, машинально схватившись за тряпку, Вэй Ин, по велению обострившихся чувств, кинул ткань, смачно ударяя ею о что-то твёрдое. Он не знал, кто стоял за ним, но рефлекс сработал быстрее, и, честно говоря, вышло недурно, ведь залепил он тряпкой прямо по маске твари.

- Ты что здесь забыл?! - шёпотом кричал Вэй, подскочив на ноги,и как испуганный кот на лапы, чтобы поравняться с врагом.

- Просто прогуливался, - ответил демон, терпеливо убирая мокрую ткань с лица.

- Ври кому-то другому! Ты не мог появиться без причины, даже не думай, что я куплюсь на твои речи!

- Какой громкий... - цокнул двуликий.

Атмосфера становилась тяжёлой, он чувствовал раздражение демона и не смел отступать.

- Говори, зачем явился. Принца ты и пальцем не тронешь, как и остальных в этом доме.

- Смелость часто граничит с глупостью, так что на этот раз прощаю выходку, - игнорируя его слова, промолвил демон.

Голос был пропитан пренебрежением, что начинало злить. В голове он уже давно копил всю брань в сторону твари, обещая себе когда-нибудь непременно произнести каждую вслух.

- Уходи.

- И так собирался. Сказал же, что вы сейчас мне не нужны, просто проходил мимо. Бесполезно говорить с таким отбросом, думаю, я откланяюсь первым, воришка.

- Засунь свои глаза себе в задницу, чтобы ничего не видеть, и свали, - прошипел Вэй Ин.

- Какой ужасный ребёнок.

Это были последние слова нечисти, прежде чем та скрылась из виду. Не будь на дворе ночь, не стой они вблизи дома, он бы не побоялся рискнуть высказать все свои мысли, но пришлось оставить это на следующий раз. Они точно встретятся вновь. Сейчас спящий за стеной принц и ушедший Му Цин были важнее личной ненависти.

Тряпка теперь валялась на земле в грязи, пришлось перенести её на террасу и положить около дров. В дом уже заносить было нельзя - отстирыванием займётся завтра. Вернувшись к своему делу, Вэй Ин достал не маленький мешочек с бренчащими монетами. За много лет работы у принца он смог накопить достаточно денег. Девать их ему было некуда, поэтому он начал откладывать, постепенно накопив приличную сумму. Не будь они в бегстве, могли бы жить на эти деньги припеваючи. Но в данной ситуации было лучшим решением оставить их на крайний случай, когда станет всё совсем плохо. Конечно, сейчас ситуация была не из худших, но он не мог не помочь близкому человеку. Он знал о болезни матери Му Цина, знал, как тому тяжело находиться вдали от неё, но старался закрывать на это глаза. Теперь же было стыдно.

Му Цин не любил чужие подачки, поэтому и решиться на помощь было тяжело, боясь задеть его чувства. Стоило наплевать на них, пережил бы, ничего страшного. Тогда, может быть, он бы не ушёл.

Заныкав остатки денег назад, чтобы никто ничего не заметил, Вэй Ин тихо вернулся в дом, на всякий случай проверяя, не проснулся ли никто. К счастью, все спали как убитые. Он не знал, который сейчас час, но, по ощущениям, только наступил час Цзы. Если отправиться сейчас, то он успеет вернуться к рассвету, и даже раньше. Оставит деньги у порога и убежит. Схватив пояс, он выбежал на улицу, на ходу затягивая вещь ниже талии и вешая на него мешочек с деньгами. Фэн Синь вернётся не скоро, что радовало, но оставлять императорскую семью без присмотра было страшно. Именно поэтому его шаг постепенно начал ускоряться, а вскоре и вовсе сменился бегом.

Преодолевая рынок и жилые дома, он быстро добрался до нужного пункта. На особо нужную информацию его память всегда хороша, после одного упоминания и указания запомнил местонахождение дома. Честно, выглядел он гораздо хуже и меньше прежнего. Должно быть, Му Цин каждый день волновался, находясь вдали от матери, что в конце концов не выдержал. Он был примерным сыном, в отличие от него.

Мысли начали идти не в ту сторону. Отбросив плохое, он положил деньги у порога, быстро постучал в дверь и спрятался за угол дома. Да, поздновато уже, но мало ли кто мимо пройдёт и сворует. Никакой реакции не последовало, видимо, он куда-то вышел. Надолго точно бы не ушёл, а значит, скоро вернётся. Сейчас, пока ночь, людей на улице нет, так что мешочек никто не сворует.

Дело было сделано, теперь предстояло вернуться назад к императорской семье. Вэй Ин был в полном неведении, как теперь будут проходить их дни, но надеялся, подобная тряска была последней, дальнейшие пережить уже будет тяжело, а того гляди и вообще невозможно.

Утро следующего дня началось тише, чем обычно. Фэн Синь и Му Цин не спорили, ведь их обоих не было. Первой встала государыня, а затем принц, и самыми последними Ци Жун с Вэй Ином. Придётся привыкать вставать раньше императрицы, ведь есть каждый день её похлёбку будет мазохизмом.

Никто и пары ложек не осилил, к счастью, она вышла из кухни, услышав болезненные стоны мужа, и они, быстро среагировав, вылили странную жидкость снова. Сварив небольшие порции риса с овощами, Вэй Ин расставил последние чистые тарелки с едой, не забыв отнести две в спальню императорской четы. Оставшись втроём, он почувствовал неловкость, сидя напротив принца. Тот молчал, исподлобья иногда поглядывая, ситуацию спас Ци Жун, решивший поболтать.

- Всегда бы так день начинать, - намекнул он на состав компании.

Хотя на Се Ляня он и был в обиде, но чувство братства никуда не делось. Ему было по душе находиться вот так втроём, без посторонних. Раньше не выходило есть за одним столом из-за нехватки мест, а сейчас даже осталось одно свободно.

- Спасибо за еду, было вкусно, - поблагодарил Се Лянь, доев рис.

- Да, спасибо, - Ци Жун быстро последовал примеру старшего, зачерпнув две последние ложки за раз.

Такие слова редко услышишь от Сяоцзина, что Вэй Ин усмехнулся без негатива, поняв, на кого он пытается произвести впечатление. Эх, детская невинность всё ещё бурлила в нём, несмотря на то что через несколько лет он станет взрослым. На это было приятно смотреть. Ещё бы принц замечал старания младшего брата, тогда и на покой не жаль отправиться.

О прошедшей ночи никто ничего не говорил, отчего можно сделать вывод, что его с демоном не услышали и отход тоже не заметили. Повезло, что Ци Жун не проснулся в то время.