Глава 59 Карина Чон

Пару дней спустя…

Нет, мне совершенно точно не нравится, что меня обвели вокруг пальца, как глупую школьницу! Подставили так, что я в своей семье стала чуть ли не персоной нон-грата.Поднимаюсь из-за рабочего стола и начинаю нервно мельтешить, прогуливаясь вдоль своего временного питерского кабинета, покручивая в руке ручку.Ужасная ситуация. Отвратительная! Это же какой сукой я сейчас оказалась в глазах Чона? Ведь не виновата! Правда, оказалась глупой идиоткой, попавшейся на увещевания большого дяди инвестора.Кончено, я уже давно привыкла, что в бизнесе примерно половина “игр” проходит за твоей спиной, но… от Сона  я такого хода, как продажа информации журналистам, совершенно не ожидала! Серьезный мужик, один из самых ответственных и бескомпромиссных в наших кругах, и на тебе! Такую змею подбросить.Нет. Я докопаюсь все-таки до сути. Не уверена я, что это сделано просто из чистой финансовой выгоды. Незачем ему, у него денег и так “куры не клюют”.Резко возвращаюсь к столу и вызываю секретаря, который уже через пару минут заскакивает в кабинет, как всегда, с улыбкой от уха до уха. Этакая девочка-дружелюбие.— Айю, мне нужно поговорить с начальником службы безопасности. Он на месте, не в курсе?— Нет, Карина , но я выясню.— Отлично. И как только освободится, пусть зайдет ко мне.— Хорошо, поняла, — кивает Айю и уходит, оставляя меня снова наедине со своими мыслями.Ноль. Ноль продуктивности от меня в эти дни. Такое ощущение, что моя личная жизнь разваливается, а не бывшего мужа! Нет. Нельзя принимать так близко к сердцу чужие проблемы, однажды оно может просто не выдержать. Хотя… Чон — отец моей дочери, и нет, совершенно точно не чужой человек. И раз уж я эту кашу заварила, хоть и не преднамеренно, но теперь должна все исправить.Пытаюсь еще раз набрать Чонгуку, но он не берет трубку. Видимо, все еще на меня зол и просто не хочет разговаривать. И положа руку на сердце, я его понимаю.Как рассказала мне Ая, мой с Лисой разговор мало чем помог. Они до сих пор не то, что не помирились, но даже и не поговорили. И это удручает.Попытаться поговорить с его Лалисой еще раз? Нет. Плохая мысль. Теперь было бы неплохо поговорить тет-а-тет самим возлюбленным. А как я могу это сделать? Не потащу же я их силой друг к другу на встречу?— Хотя… — бубню себе под нос, когда в голове проскакивает шальная мысль. — Из этого может что-то да и выйти, — пожимаю плечами, усаживаясь обратно в кресло и открывая рабочий ноутбук.Силой — нет, в джипы заталкивать с мешком на голове не буду, но обманом — вполне себе неплохая мысль.Пока начальник СБ слишком медленно поднимается на мой этаж, я, прошерстив интернет, нахожу неплохой ресторанчик в центре столицы и буквально в пару звонков организую встречу с директором на завтра. Осталось еще организовать себе рабочее окно и съездить проконтролировать весь процесс организации мною задуманного. О чем тут же и сообщая Айю, прося перенести встречи и совещания на вечер.— Карина , вызывали? — появляется на пороге приемной Сокджин, тот самый начальник службы безопасности. Рослый, высокий, спортивный, серьезный мужчина примерно сорока лет, с убийственно спокойным взглядом и полным решимости выражением на лице. Легкая щетина украшает по-мужски суровое, красивое лицо, а мои глаза сами собой залипают на накачанных, я бы даже сказала, чересчур, руках и мышцах, что бугрятся под кожей.Буду вруньей, если скажу, что не обратила на него никакого внимания, когда этот титан впервые появился на пороге моего кабинета.Обратила.Еще как.И вот, два года рука об руку, и хоть я именно в этом филиале бываю редко, но Сокджин, пожалуй, первый, кому я буду звонить в случае проблем на фирме. Будь это Пусан, Сеул или любой другой офис в Корее и за ее пределами.Этот мужчина одним молчаливым яростным сопением может поставить всех по струнке.— Да, Сокджин, пройдемте в мой кабинет, — поворю, а у самой, кажется, дрогнул голос. Да ладно? Карина, сдаешь позиции.— Как скажете, — бросает мужчина и проходит мимо меня в кабинет, задерживая свой взгляд на моем лице чуть дольше положенного.— Так, — откашливаюсь, спуская себя с небес на землю. — Все поняла, Айю? Утром уеду, буду к вечеру. На шесть можешь переносить совещание.— Но в шесть заканчивается рабочий день, я боюсь, что многие работники…— Я сказала, в шесть! — перебиваю, не имея терпения выслушивать, когда кто-то начинает бубнить себе под нос. И разворачиваясь, возвращаюсь в кабинет, где уже стоит по стойке смирно и ждет меня Сокджин.Нет, почему я не могу перестать глазеть на этот огромный разворот плеч?!Ой-ей, Чон, кажется, пора тебе найти мужика. А то уже на коллег заглядываешься! Хотя…И, тем не менее, почему он так соблазнительно смотрится в этой серой футболке?! И вообще! Кстати говоря, почему он в футболке, а не в форме?!— У нас на фирме разве отменили дресс-код?— Нет, — все, что мне говорят, когда я огибаю рабочий стол и замираю напротив исполина Джина.— Тогда почему вы в таком виде?— А вам нужно, чтобы я галстуки с рубашками носил или чтобы преступников и жуликов ловил, Карина?Черт. И не поспоришь.— Так, ладно. Я, конечно, недовольна, что вы являетесь на работу вот так… — говорю, а самой впервые в жизни становится неловко под пристальным мужским взглядом.Слон и моська, ей богу!— Но?— Но мне нужна ваша помощь, Сокджин.— Слушаю вас, Карина.И почему так режет слух это его «Карина»?— Мне нужно, чтобы ты нашел информацию о Сон Джунки. Помнишь, в прошлом месяце фирма собиралась выходить на сделку?— Помню, — выгибается мужская бровь, — но моя служба тогда проверила и его, и его фирму. Стандартная процедура перед заключением сделки. Досье было у вас, — соединяет руки за спиной и пожимает своими внушительными плечищами Джин.— И все бы замечательно…— Чувствую, тут снова будет “но”.— Именно, — сверкаю глазами, злясь на такой саркастичный тон мужчины. — Но именно Смольнов слил информацию обо мне и муже. Бывшем муже, — зачем-то добавляю, — в прессу. С его подачи нарисовалась та самая статья в журнале, и я, хоть убей, не могу понять, какая ему-то была от этого выгода? Это не дает мне покоя. Да и… — ух, чувствую, как меня понесло откровенничать и резко прикусываю язык, замолкая.— Да и… — тянет Сокджин, медленно под моим ошарашенным взглядом огибая рабочий стол и приближаясь. С каждым шагом все стремительней сокращая между нами расстояние так, что сердце уже бьется где-то в пятках. Что это за буйство гормонов? Чтобы я терялась и растекалась лужицей перед мужчиной?Чон, возьми себя в руки!— Да и благодаря этой статье я разрушила личную жизнь бывшего мужа, — договариваю, все же беря себя в руки и останавливая мужчину, упираясь ладонями в его гранитную грудь. — Я чувствую себя виноватой, — говорю уже тише, и глаза сами собой опускаются на недовольно поджатые в тонкую линию губы Сокджин. В горле слишком стремительно пересыхает, а дыхание перехватывает.Я вижу, как дернулся кадык, и тяжело сглатывает Сокджин. Вижу, как стремительно заволакивает безумной дымкой взгляд, и каких усилий ему стоит замереть.— Так… ты поможешь мне?— Карина…. — начинает Сокджин, но тут, словно ураган, в кабинет врывается Айю и с визгливым “ой!” замирает на пороге, заставляя меня чуть ли не отскочить от начальника службы безопасности.— Простите, пожалуйста, что помешала, но это очень срочно!— Что… — непроизвольно тянется рука к волосам, которые я нервно поправляю, — что… случилось, Айю?— Раз вы завтра уезжаете утром, то необходимо сегодня провести конференцию с рекламщиками. У них сроки горят, Карина.— Да, я…— Уезжаешь? — вклинивается неожиданно резкий возглас Сокджина, и мы, как по команде, с секретаршей оборачиваемся.— Днем. Верней, утром. Мне нужно быть в столице, — отчитываюсь, как провинившаяся девчонка.— Я отвезу вас, — снова переходит на “вы” Сокджин, заставляя меня смотреть на себя ошалевшими глазами.— Правда?— Да. Только выезжать тогда нужно в ночь.— Эм… — растерялась. Я впервые за очень и очень долгое время растерялась. Даже не зная, что ответить-то. А самой и страшно, и волнительно от того, что еду в Сеул не одна. И что-то пятой точкой чую, окончание этой поездки будет очень неожиданным для нас двоих. Потому что даже тут, в кабинете, воздух буквально искрится от напряжения, а меня едва ли не потряхивает от гуляющего внутри голода.— Так что делаем с рекламщиками? — снова напоминает о себе секретарша, выводя меня из забытья.— Организовывай. Через час устроим встречу.— Поняла, — кивает Айю, но уходить не торопится.— А ты… — поворачиваюсь к Джину, который все это время прожигает взглядом, — вы. То есть, вы, — чувствую себя дурнее дуры. — Вы займитесь вопросом, который я озвучила ранее. Все контакты, включая “третьих лиц”, скину на почту. Очень надеюсь на твою… вашу помощь, — и добавляю:— Пожалуйста.Вот последнего от себя совершенно не ожидала. Чон любил говорить: Карина, у тебя не отсохнет язык, если ты скажешь элементарное “пожалуйста” и “спасибо”. Или бывший муж воспитал, или нынешний… охранник так влияет?— Все сделаю, к поездке все подготовлю. Могу идти?— Можешь, — выходит хрипло и сдавленно, а мозг уже рисует в красках всю десятичасовую поездку на машине. Да так рисует, что пальчики на ногах в предвкушении подгибаются…День на работе проходит в суете, а вечером в отеле поспать и пару часов не удается. Нервный мандраж не отпускает.Снова пытаюсь дозвониться Чону, но тот не берет трубку, и тогда решаюсь позвонить его матери.В моем плане мне пригодятся сообщники, и свекровь с дочуркой могли бы мне неплохо помочь.Почти два часа провисев на телефоне, узнаю, что Чонгук снова в рейсе и будет только завтра к вечеру, и это же просто замечательно! Значит, долго с ужином тянуть не нужно, и планируем их с Лисой встречу на завтрашний вечер.Кстати говоря, и мать Чонгука, и Ая были просто в восторге от моего предложения и даже хотели взять все обязанности по подготовке “праздника” на себя. Но стоило только представить, что тогда у меня не останется повода мчать в столицу, и я не проведу десять часов в машине с Сокджином… в общем, тело мое явно взбунтовалось. И уверив “женщин” семьи Чон, что все сделаю сама, на них только задача завлечь наших голубков на ужин, распрощавшись, кладу трубку и почти до двух часов ночи тупо пялюсь в потолок в ожидании приезда своего… провожатого.