Когда ты болен чаю ли ты хочешь? - 3

Рано утром Вилли Кил постучался в дверь гостиничного номера Лины Грант.

– Работа выполнена, – доложил он, как только она открыла ему. – Все как вы приказывали.

Проведя бессонную ночь, Лина пребывала в крайнем раздражении, но решила не срывать его на Вилли: не исключено, что он ей еще пригодится.

– У меня нет наличных, – сказала она. – Возьмешь дорожные чеки?

– А я смогу получить по ним английские фунты?

– Конечно.

Лина заглянула в сумочку и обнаружила, что чеков У нее осталось чуть меньше, чем на шестьсот фунтов стерлингов.

– Ничего, если я дам тебе пятьсот фунтов сейчас, а за остальными мы сходим в банк завтра?

Кил заколебался.

– Ну... – протянул он, нахмурившись. – Вообще-то мы договаривались о другом. Вы разбудили меня посреди ночи и...

– У вас проблемы, мисс? – раздался вдруг чей-то голос.

Лина подняла взгляд и увидела Джима Гейзо, стоявшего в дверях. Телохранитель семьи Грант подошел так тихо, что ни она сама, ни Вилли не слышали.

Если Кил ассоциировался у Лины с общипанной курицей, то Гейзо – с диким быком. Высокий и широкоплечий, атлетического телосложения, с темными, аккуратно подстриженными волосами и приятными чертами лица, он выглядел весьма привлекательно. Впечатление немного портил только сломанный нос. Гейзо был идеальным телохранителем, ненавязчивым и молчаливым, внушающим страх одним своим видом. Он умел держаться в тени и появляться в самый нужный момент.

Лина взглянула на съежившегося Кила.

– Я... – начала было она.

– У мисс нет никаких проблем, – поспешил ответить за нее Вилли. – Дорожные чеки – моя любимая форма оплаты.

Он повернулся к Гейзо спиной, и тот позволил себе легкую улыбку, после чего поклонился Лине и ушел. Кил просеменил за Линой в ее комнату, где получил подписанные чеки.

– Так я позвоню вам завтра утром, – сказал он, торопливо пряча награду в карман. – Если, конечно, не понадоблюсь сегодня...

– До завтра, Вилли, – устало попрощалась Лина.

Она закрыла за ним дверь и тут же вспомнила, что не поинтересовалась подробностями спасения Клэр Мэбли. Хотя какое это имело значение, если Бетт в любом случае будет в бешенстве? Убедившись, что в коридоре никого нет, Лина заковыляла к номеру Джима Гейзо. Он открыл, едва она постучала, и быстро огляделся по сторонам.

– Этот человек досаждал вам? – спросил он.

– Нет-нет, он работает на меня.

Гейзо покосился на ее опухшую лодыжку:

– Бетт?

Лина покачала головой:

– Не поверишь, но я упала с велосипеда.

– Почему? Зная вас, поверю. Желаете войти?

Лина кивнула.

– Этой ночью я помешала Бетту кое-что сделать. Не знаю, догадался ли он, кто спутал ему карты, однако сейчас я предпочла бы находиться там, где он не сможет меня найти.

Гейзо подал Лине руку, и в памяти девушки тотчас всплыл образ Феликса. Такой же любезный... Глаза ее наполнились слезами.

Проклятие!

Будь проклята вся эта история!

Заметив удивленный взгляд Гейзо, Лина легонько застонала в надежде списать предательские слезы на боль в травмированной ноге.

– Папа прилетает сегодня, – сообщила она, усаживаясь на диван в гостиной. – Вместе с Джоном Мэдденом.

Гейзо, несмотря на свои размеры двигавшийся с грацией пантеры, присел рядом.

– Что здесь происходит? – поинтересовался он. – Или мне не следует знать?

Лина вздохнула:

– Не следует, Джим.

«Вот что такое не иметь друзей!» – ужаснулась Лина, изумленная своим запоздалым прозрением.

Она никогда не задумывалась об этом. В ее распоряжении находилась целая армия наемных работников – от телохранителей до горничных и садовников – и куча знакомых, жаждущих общения с ней, но друзей у нее не было. Ни одного.

А ведь в эту минуту она отдала бы все на свете за возможность поделиться с кем-нибудь своими переживаниями. Обратиться к кому-то, кто по-настоящему понял бы ее... Феликс Гэйвин был способен на это, но после случившегося...

События минувшей ночи опять закружились у Лины в голове.

«Забудь об этом, – приказала она себе. – Забудь! Считай, что ты просто хорошо провела время. Надень маску и не снимай ее, если не хочешь, чтобы о твоей слабости пронюхал Бетт...»

– Расскажи мне, что нового в Бостоне, Джим, – вслух попросила она.