Когда ты болен чаю ли ты хочешь? - 2

Феликс очнулся в постели один. Головная боль прошла. События минувшей ночи – реальные и похожие на обрывки снов – смешались в его сознании, и единственно отчетливым было лишь воспоминание о том, как Джейни и Дедушка выгнали его из дома.

Или это ему тоже приснилось? Ведь он был здесь, в комнате для гостей Дедушкиного коттеджа. Так, может, ничего и не случилось? Но нет, они и вправду выгнали его – иначе мысль об этом не причиняла бы таких страданий.

Но что тогда делала рядом с ним Джейни? Он же видел ее, когда просыпался ночью.

Феликс оглядел комнату: если это действительно дом Литтлов, значит, и Джейни была настоящей.

Он сел на кровати, чувствуя себя словно с похмелья. К горлу подступила тошнота.

Как он попал сюда?

Кто-то положил его вещи и трость Клэр у двери, а одежду аккуратно повесил на спинку стула.

Феликс попытался напрячь память. После ссоры с Литтлами он заходил к Клэр. Потом играл на аккордеоне у моря. Потом под проливным дождем направился к Лине, чтобы передать ей трость. А потом... потом все смешалось. Сначала его вздернули на виселице, но затем веревку обрезали, и он упал в грязь, где...

Вот что было сном!

Феликс задрожал. Какая-то женщина занималась любовью с его трупом. И еще... Лина. Она делала то же самое, но только не на улице, а в постели в своем номере. Сходство между обеими женщинами было поразительным, равно как и полная беспомощность Феликса, который словно со стороны наблюдал за происходящим.

Неужели с Линой все было наяву?

Ночью Джейни говорила что-то насчет наркотиков, которыми его накачали.

Накачала Лина...

Как Феликс ни старался вспомнить, у него ничего не получалось, и лишь смутные обрывки ночных кошмаров мелькали в его сознании, когда он закрывал глаза.

Вздохнув, молодой человек встал, оделся и направился в ванную, но тут же почувствовал чудовищную слабость и новый приступ тошноты. В итоге Феликса хватило только на то, чтобы прополоскать рот, и тут же захотелось опять прилечь, однако желание услышать ответы на некоторые вопросы оказалось сильнее.

Феликс осторожно спустился вниз. Джейни и Дедушка завтракали на кухне. Заметив его, они замерли, и на их лицах отразились смущение и тревога. Не будь Феликсу так плохо, он непременно передразнил бы их, но все, на что он был способен сейчас, – это кое-как доковылять до дивана в гостиной и лечь на него, прежде чем силы оставят его. В течение какого-то времени Феликс старался не шевелиться, чтобы комната перестала наконец вращаться и тошнота отступила.

Джейни стремительно подбежала к нему и плюхнулась рядом так, что Феликса опять замутило.

– Феликс...

– Я... Со мной все в порядке.

– Что-то не похоже.

Феликс попытался улыбнуться, но получилось не слишком убедительно.

– Вообще-то мне паршиво, – признался он.

– Пожалуй, нам стоит отвезти тебя в Пензанс в больницу, – сказал Дедушка: он поспешил в гостиную вслед за Джейни и теперь стоял на пороге, явно не решаясь подойти ближе.

Феликс покачал головой и тут же пожалел об этом: его чуть не вывернуло наизнанку.

– Не надо, – простонал он.

Феликс ненавидел болеть, однако больницы он ненавидел еще сильнее: по его мнению, в них человеку становилось только хуже, хотя в данный момент он с трудом мог представить себе состояние отвратительнее своего нынешнего.

– Это неплохая идея, – возразила Джейни. – Мы ведь не знаем, что за наркотики подсыпала тебе та женщина.

– Она действительно это сделала?

Джейни кивнула.

– И ты привезла меня... сюда?

– Именно так, – подтвердил Дедушка.

Феликс перевел взгляд с Джейни на него.

– Сейчас вы оба верите мне? – спросил он. – Верите, что я не имею никакого отношения к этим людям и...

Джейни положила руку ему на плечо.

– Конечно, мы верим тебе. Мы поступили отвратительно, не дав тебе возможности объясниться.

– Мы словно обезумели, – добавил Дедушка. – Прости, Феликс. Я так виню себя за это...

Феликсу сразу стало гораздо лучше. Тяжесть в груди, которая так угнетала его, теперь исчезла, и на душе сделалось легко.

– Все нормально, – ответил он. – Я тоже был не прав.

– Не так, как мы, – вздохнула Джейни.

– Все нормально, Джейни, – повторил Феликс. – Правда, нормально.

– Насчет больницы... – попытался вставить Дедушка, однако Феликс решительно замотал головой, и его снова затошнило.

В течение нескольких минут Дедушка молча смотрел на него, и Феликс видел, как таяла боль в его глазах. Наконец старик расправил плечи и бодро кивнул.

– Ты, наверное, хочешь чаю? – поинтересовался он.

Феликс едва не расхохотался: настоящий Том Литтл! Все недуги на свете лечит чаем, считая это средство даже лучше традиционного корнуэльского куриного бульона.

– Чай – это здорово, – улыбнулся Феликс.

– Тебе нужно отдохнуть, – сказала Джейни, когда Дедушка отправился на кухню. Она хотела было встать, но Феликс поймал ее руку.

– Я так рад снова быть здесь, – прошептал он. Джейни улыбнулась и осталась сидеть возле Феликса.