Ночь перед бурей

Ночь выдалась странно тихой. Как будто сама земля затаила дыхание.

В лагере не спали. Кто-то точил клинок, кто-то молча сидел у костра, кто-то... просто смотрел в небо. Ни разговоров, ни песен — всё было пропитано ожиданием.

Часур вышел из шатра. Он прошёлся вдоль стражи, кивнул каждому бойцу, встретил взгляд Юсуфа, коротко обнял Мехроба. Те не спрашивали — они знали: он идёт к ней.

В шатре царил полумрак. Диля сидела, укрытая лёгким покрывалом, гладила котёнка, который свернулся рядом.

— Ты не спишь, — прошептал Часур.

— А ты? — улыбнулась она слабо.

Он сел рядом, взял её ладонь.

— Я боюсь, Диля. Не смерти. А не успеть. Не успеть прожить всё, что хотел — с тобой.

Она придвинулась ближе, прижалась к его груди:

— Ты уже успел. Я жива, потому что ты был рядом. И ребёнок будет жить… если ты вернёшься.

Они долго сидели в тишине. Потом он поцеловал её в висок и, не говоря больше ни слова, вышел — в темноту, что предшествует рассвету.