Мягкие лапки шепчут о буре

В доме, где ещё недавно витали тени тревоги и предательства, воцарился редкий миг тишины. За окнами шелестела листва, а в сердце Часура нарастала странная тревога — предчувствие чего-то великого… и ужасного.

Но внутри всё затмевала она — Диля.

Она склонилась над маленьким серым комочком на ладони, бережно гладя его по спинке.

— Посмотри на него, — улыбнулась она. — Он точно как ты… Упрямый, пушистый и с глазами, будто знает все тайны мира.

Часур присел рядом и коснулся её плеча, притягивая к себе.

— Нет, ты ошибаешься, — прошептал он, глядя на неё. — Это ты — мой котёнок. Слишком добрая для этого мира, слишком красивая, чтобы быть рядом с кем-то вроде меня. Но я благодарен каждой судьбе, что ты здесь.

Она подняла взгляд, и в нём была вся вселенная.

— Я с тобой. Пока сердце бьётся.

И в этот миг, за дверью — лёгкий щелчок.

Скрытая за углом, затаив дыхание, Ариша услышала всё. Эти слова. Это дыхание между ними. Их любовь. И в груди её — как ножом. Она стиснула кулаки, не в силах отвести взгляд от щели в двери.

"Почему не я?.." — пронеслось в её голове.

Но за этой сценой, столь человеческой и живой, зреет буря.

Позднее той же ночью, Часур резко открыл глаза. Лоб в поту, сердце колотится.

— Война… она близко, — выдохнул он, глядя в темноту.

Он встал, взял амулет, зажёг свечу — и начал писать. Письма кентам, отцу Дили, всем, кто ещё может сражаться.

"Замира нужно остановить, пока он один..."

...он не знал, что далеко на севере, Замир уже вёл тайные переговоры. Там были другие, куда более жестокие правители. С жаждой крови и власти в глазах.

Они смотрели на карту мира и чертили на ней новые границы.

— Сначала сердце, — прошептал один из них, указывая на точку, где жили Часур и Диля. — Потом — остальное.