Глава 27

Брюнетка ждет его ответа. По мере того, как секунды превращаются в минуты, она чувствует, что ее беспокойство и возбуждение постепенно становятся неистовыми. Каждая проходящая секунда — это агония. Она то  кладет телефон на стол, то берет его обратно, желая спросить, что он имеет в виду. Через тридцать минут у Бенджи в спортзале… И ни слова больше, а абонент вышел из сети четыре минуты назад. По основанию позвоночника девушки пробегают мурашки, предвещающие нечто приятное, и  ей уже не кажется, что это шутка. Она не уверена, ухудшает ли это ее нынешнюю паранойю или нет, но это срабатывает, как спусковой механизм. Ее сердце колотится в груди, и она быстро хватает сумку и обувает кроссовки. Шивонн не ожидала, что Хью сможет увидеться с ней на этой неделе, не говоря уже о сегодняшнем дне. Промчавшись по коридору, она запирает дверь и быстро бежит к своей машине, ее щеки пылают, а сердце бьется так неровно, что кажется, скоро раздробит ребра. Включив первую передачу, она резко выезжает с длинной подъездной дорожки. Превышая скорость, Форсайт добирается до зала в рекордно короткие сроки, почти бегом поднимаясь по лестнице, ведущей в главный вестибюль. Она прокручивает в голове все возможные сценарии, но после каждого из них возвращается к тому факту, что, вероятно, у нее просто паранойя. Она знает Хьюго. Он не создает проблем и не пугает. Он далек от всего этого. К тому времени, как ее ноги достигают входа в раздевалку, и рука толкает двери, девушка заменяет хмурое выражение лица улыбкой. Эта улыбка не исчезает, когда в поле  ее зрения появляется шатен, прислонившийся к ее шкафчику с телефоном, болтающимся в его пальцах. Форсайт бросает свою сумку возле шкафчика, пока ее взгляд прикован к Хьюго. Ее пальцы глубоко зарываются в волосы парня перед ней, когда она  стремительно кидается к нему и жадно целует его. Он ухмыляется, медленно расстегивает ее куртку и бросает ее на пол. Он явно хочет поиграть; но все в порядке - Шивонн тоже  будет играть. Обычно они не делают это на людях, но парень сейчас определенно в настроении проверить границы дозволенного. Очевидно, это шутка. Эта игра сейчас — его способ скрыть воющую пустоту в груди. Показная веселость и боль в душе. Никто, кроме нее, не знает, как смех отдается эхом внутри него. Потому что кроме нее у него ничего не осталось. — Скажи что-нибудь, Колючка. Она вздыхает, наклоняясь вперед и пронзая его ледяным взглядом. След от удара почти незаметен на его губах. И кто же разбил ему губу? За это я размозжу  обидчику голову, когда узнаю. — Ты же знаешь, что я не сдамся. Хью закатывает глаза. Но  почти сразу же выражение его лица серьезнеет, он вглядывается в глаза Шивонн, пытаясь прочесть ответ на вопрос, который не озвучен, но чрезвычайно важен. — Ты сейчас о чем? — Я им тебя не отдам! Вот и все! — Правда? — шатен спрашивает, приподняв брови. — Что? — рявкает она, ее льдистые глаза сужаются. — Ты знаешь, что это правда, Хью! Перестань накручивать себя. Что бы они ни делали, в конечном итоге мы все равно будем вместе. Хуже всего то, что пока придется видеться только тайно. Я просто, — она выдерживает его темнеющий взгляд, а затем опускает глаза, — я знала, что не смогу конкурировать с теми рычагами давления, что есть у них обоих, поэтому я предлагаю пока сделать вид, что мы смирились… Хью вздыхает, наблюдая, как теперь уже нежный взгляд ее льдистых глаз вновь поднимается, встречаясь с его глазами цвета виски. Для них двоих все вмиг исчезает, тревога спадает с ее плеч, и облегчение, как вода, омывает его спину. За  свою жизнь Хью ловил на себе разные взгляды, в основном презрительные, завистливые, злобные, с укором, с ненавистью. И он ценит, каково это, когда кто-то так смотрит на него. Как будто он больше, чем просто проблема. Не ошибка. Не сын сенатора Лоуренса. Не ненужный пасынок. Кто-то, кто смотрит на него как на любимого человека. Во всех отношениях, кроме материального, они - противоположности. Дерзкая Колючка и старающийся держаться в тени родителей парень. Их семьи влиятельны и богаты, но на этом сходство заканчивается. Когда вы отравлены на протяжении всей своей жизни, ваше тело начинает приспосабливаться, пока не станет единым целым с ядом, который пытался убить вас. Яд безжалостности у Хью в костях, но он не лишил его способности любить. Есть только два типа людей, которые могут смотреть в бездну Ада и не вздрагивать. Те, кто в аду, и те, кто уже выбрался оттуда. Шивонн прошла через свой личный ад, боль утраты и фактически распад семьи, но готова тянуть Хью из его ада, пока хватит сил. Любовь Шивонн и Хьюго – мишень для четы Лоуренс, где каждый в семье играет свою роль. И никто не сыграет свою роль лучше, чем обманчиво податливый наследник политика и его дорогая маленькая принцесса-воин. Ее ледяной взгляд замораживает парня до кончиков пальцев на ногах, прежде чем медленно проследовать обратно по  его длинному худому телу, мысленно обнажая каждый дюйм на этом пути. — Или нет. Он не утруждает себя тем, чтобы скрыть ухмылку, когда слышит это. — Даже не начинай, Шивонн. — Ни хрена. Ты же понимаешь, что сегодня я проведу твою тренировку здесь? — самодовольно спрашивает она, закидывая ногу  на его бедро и не сводя с него глаз. Он быстрым движением подсаживает ее, подхватывая под задницу, и брюнетка сжимает его крепче, ее ноги обвиваются вокруг его бедер, а в голове крутятся воспоминания, которые хочется заново пережить прямо сейчас... - Фууу….снимите номер, - раздается насмешливый голос позади, чуть отрезвляя обоих. - Рад тебя видеть, Бенджамин, - только чуть прерывистый от сбившегося дыхания голос выдает Хью, когда он, медленно опустив Шивонн на пол, поворачивается к тренеру лицом. - Это не взаимно, - отрезает пуэрториканец, но все же протягивает шатену руку для приветствия. — Да? И что ты собираешься с этим делать, качок? – Шивонн смеется, обнажая белые клыки зубов, подначивая тренера. - Планирую предоставить вам подсобку, чтобы не пришлось перепрофилировать клуб в дом тайных  свиданий, - парирует он, смеряя по очереди взглядом застигнутую врасплох парочку. Гнев полыхает в ее ледяных глазах, и полуулыбка-полуухмылка Бенджи только усиливается. Она пылает от ярости в ответ на безобидную реплику-шутку, но борется за сохранение своей холодной, невозмутимой внешности, хотя ее белоснежная кожа начинает краснеть под давлением его шутливых слов. Эта ярость сейчас направлена не на Бенджи, а на родителей Хьюго, лишивших их возможности видеться, но она планирует сорвать на тренере всю накопившуюся злость. В Хью вновь просыпается желание, которое обычно возникает только тогда, когда он знает, что разжег пламя в ее животе. — И это я похожа на ту, кто отдается в кладовке по-быстрому? — она вскидывает бровь, готовая уже начать ссору. — Если другого выбора нет, принцесса, - не уступает Бенджи. Что-то внутри нее ломается — Хью видит это, пламя превращается в дикий пожар эмоций. Ее рот открывается, готовый выплеснуть все резкие слова, которые она только может придумать. Тренер вряд ли заслужил испытать, как она вспыхивает и взрывается, поэтому Хью приходит ему на помощь. — Ладно, Бенджамин, хватит. Ты заходишь слишком далеко, — негромко произносит шатен. Тренер просто оглядывается через плечо, рассматривая его с ног до головы, проводя языком по внутренней стороне щеки. - Остановишь меня? – вкрадчиво уточняет он у Лоуренса. — Не здесь, — бормочет Хьюго близко к его уху. — Позже. Во время тренировки, если ты захочешь. Хотя первый спарринг уже забила Ши. За драку здесь тебя просто уволят из клуба, а мы с Шивонн хотим тренироваться только у тебя, Бенджамин. Оставить сейчас все как есть, оставить последнее слово за мажором — это последнее, что тренер  хочет сделать. Он не хочет отступать, не хочет уходить, пока на лице шатена все еще красуется эта самодовольная ухмылка. Но мажор не знает, что с ним может случиться. Чуть позже, на спарринге. Мы всегда получаем свою расплату. Улыбка скрывает ярость тренера. Напряжение здесь возрастает так, что становится трудно дышать. — Мне нужно ругаться с тобой, чтобы ты продолжила, или ты собираешься выслушать на этот раз? Черные глаза Бенджи  переместились на Форсайт, игнорируя ее парня, который бесил пуэрториканца одним своим невозмутимым видом, не говоря уже о словах. - Говори, Бенджи, я слушаю, - льдистые глаза испытующе смотрят на тренера, а кожа лица девушки приобретает привычный бледный оттенок, контрастируя с волосами цвета воронова крыла. Если у Хью темно-русые волосы и янтарные глаза, то Бенджи — сама тьма. Темные волосы, смуглая кожа, покрытая чернилами татуировок, темно-карие глаза и такой злобный взгляд, будто он не прочь бросить любого в бассейн и держать его голову под водой, пока  не перестанет дергаться. Но Шивонн уверена, что с ней он никогда так не поступит. И все же  тонуть от рук пуэрториканца в бассейне лучше, чем встречаться с родными Хью.  Бенджи улыбается, смотрит на пустой коридор и кивком предлагает им пройти в его личную тренерскую. Шивонн  колеблется. Бенджи далеко не джентльмен, к тому же испытывает к ней влечение. Но он единственный, кто может протянуть им с Хью руку помощи сейчас. И хотя Форсайт кажется, что за все это он попросит свой кусок плоти, хотя это, скорее всего, не так, а она стала слишком мнительной, они соглашаются. Вокруг них царит полная тишина. Кто-то будто нарочно даже убавил громкость музыки в зале. Брюнетка встречается взглядом с Бенджи, и у нее вновь краснеет лицо. — Итак, — начинает он. — Это будет весело, куколка. Но вам нужно поспешить, среднее время тренировки – сорок минут, — он подмигивает ей, прежде чем повернуться к Хьюго. — Вы оба были неправы, считая, что я вам не помощник. - Шивонн не куколка, - раздается позади тренера тихий голос шатена. Бенджи переводит взгляд с лица девушки  наХью, который стоит у него за спиной. Бенджи улыбается. — Она горячая, — говорит он, не глядя на парня, — но ты и сам это знаешь. Волосы у Форсайт на затылке встают дыбом, и вокруг них по-прежнему тишина, пока она не слышит, как Хью все так же негромко произносит: -Хочешь остаться и посмотреть, Бенджамин? Где же твои манеры? И тут Бенджи смеется, тихо и мрачно, и Хью встречается с брюнеткой взглядом — всего на долю секунды. Всего на долю секунды, потому что она не может смотреть на него дольше, чтобы не кинуться ему на шею.  А затем льдистые глаза переходят на тренера, буквально прожигая его взглядом. — Прости, — говорит он, притворно смутившись, но втайне радуясь, что кто-то в зале наконец снова  включил музыку погромче. — Я просто… — он пожимает литыми плечами, пытаясь изобразить безразличие, которого на самом деле не испытывает. — Просто вырвалось. Хьюго все еще смотрит на девушку, но она отказывается на него смотреть. Пуэрториканец снова улыбается и качает головой. - Всё в порядке, куколка, правда, я уже ухожу. Шивонн  морщится от этого прозвища, а Бенджи усмехается. - Наслаждайтесь, — хмыкает он и протискивается мимо Хьюго, чуть задевая его. Шивонн  чувствует лишь дуновение воздуха между ними. Бенджи снова смеется и уходит, его голос слышится уже в зале, а другие люди вокруг  него отвечают ему. Дверь за ним закрывается, и  Хьюго оглядывает комнату. Стены, выкрашенные в серый цвет, с потолком почти такого же цвета. Пол застелен толстым ковролином, ни единого луча света не пробивается из окна от плотно закрытых жалюзи. Мебели почти нет, узкий шкаф, стол с ноутбуком на нем и пара мягких офисных стульев рядом. — Это что, какая-то комната вампира? Когда Форсайт не отвечает, шатен  поворачивается и видит, что она прислонилась к двери, не сводя с него глаз. — Вроде того. Только важно не то, что ты видишь вокруг, а то, что здеь сейчас происходит, — она двигается прямо к парню, медленно сокращая расстояние между ними. Хью садится на стул возле тренерского стола. Шивонн усаживается верхом на его колени, лицом к парню. Он почти перестает дышать, когда ее палец начинает обводить изгиб его ключицы. Глаза цвета виски закрываются. Тишина. Тепло ее дыхания касается его уха. Ее губы касаются его, и внутренности парня тают, превращаясь в горячую лужицу. Он мягко улыбается и медленно открывает глаза. Темно-каштановые волосы по-мальчишески падают ему на лоб, и Форсайт ловит себя на том, что тянется вперед, проводя пальцем по его теплой коже, когда убирает их с его лица, позволяя тому же пальцу медленно провести обратно по его лбу. Он невероятно очарователен сейчас. Внезапный звук срывается с ее губ, когда его рука поднимается и обхватывает ее запястье, достаточно сильно, но затем он целует то место, где бьется пульс, и отпускает руку. Его рот прижимается к ее губам, и в тот момент, когда его губы встречают ее мягкость, он чуть стонет, ощущая ее вкус гораздо сильнее, чем  когда-либо думал, что это возможно. Поцелуй с ней ощущался как дом после долгого отсутствия, как тот первый глоток воздуха, когда ты слишком долго пробыл под водой. Это было единственное, в чем он нуждался. Как будто Колючка владела самой его душой. У нее вырывается тихий вздох, и Хьюго не может удержаться, чтобы не поглотить его, его пальцы впиваются в шелковистые пряди ее смоляных волос, чуть потянув, чтобы откинуть ее голову назад, открывая ее лицо. Раздраженный стон вырывается из горла девушки, когда ничего дальше не происходит. Брюнетка зарывается пальцами в его короткую гриву, приближая его лицо к своему. - Что случилось? — тихо спрашивает она. Мягко. – Ты больше меня не хочешь? Он медленно качает головой. — Все в порядке, Ши. Я так рад, что ты пришла. Я очень тебя хочу. Он чуть приподнимается, потираясь об нее, и девушка ощущает, насколько он тверд под ней. - Я просто не хочу, чтобы это было здесь, на его территории, Колючка. Не хочу, чтобы это было так. Это словно я делю тебя с ним, понимаешь? - Черт, Хью, кто знает, когда мы теперь увидимся! Я не могу мчаться сломя голову каждый раз, когда ты неожиданно пришлешь сообщение! Как раз в тот момент, когда она собирается ткнуть  его пальцем, он хватает его в ладонь и притягивает девушку ближе к своей груди. Она ненадолго замолкает, прекращая любые споры, и смотрит на него в легком шоке. Когда ее глаза встречаются с его, они не те, к которым она так привыкла. Эти более темные, даже зловещие — как будто они были такими все это время, но были скрыты. Черты его лица меняются, очертания челюсти и скул почему-то кажутся грубее. Его непривычно мрачный взгляд останавливается на Шивонн, будто захватывая в ловушку. На долю секунды ей кажется, что он сейчас резко ответит ей. Вместо этого он улыбается так широко, что она не может не ответить тем же. Вот только ее улыбка превращается в нечто… печальное. Будто ей жаль. Или она расстроена. Невозможно сразу понять, но этот взгляд исчезает, а внимание Хью снова отвлекает голос Бенджи в зале. Хью чуть наклоняет голову, и Форсайт видит, как изгибается уголок его губ. Она никогда не видела, чтобы шатен смотрел на нее так, как сейчас. Печаль охватывает девушку на секунду. Тоска, которая поглощает любую надежду, которая у нее была на то, что все будет как раньше. Бенджи закончил тренировку пару минут назад и вернулся в свою тренерскую. Он отпил воды из бутылки и взял себе на перекус яблоко из рюкзака. Шивонн и Хью просто сидели на стульях друг напротив друга. Ее ладони покоились в его, он нежно поглаживал ее запястье большим пальцем. Не было похоже, чтобы у них был секс или даже хотя бы просто ласки. Пуэрториканец  размеренно жевал сладкий плод, наблюдая, как напрягается челюсть девушки, когда она смотрит на мажора. Гнев почти заставил ее маску треснуть сегодня, она была в секунде от его вспышки в раздевалке, когда он ее провоцировал, и Бенджи соврал бы, если сказал, что не готов наблюдать за последствиями. На несколько секунд льдистые глаза перемещаются на его губы, наблюдая, как он облизывает с них сок яблока. В голове тренера крутятся навязчивые, неотступные мысли. Он знает, что не должен. Ему следует оставить Форсайт в покое. Она единственная девушка, с которой у него не может быть ничего, но это делает ее еще более соблазнительной и желанной. Шивонн — это ядовитое яблоко. Слишком красива для своей собственной пользы, но может отравить тебя насмерть, если откусишь лишь единожды. Даже при мысли об этом он все равно готов впиться в нее зубами. По своей природе она сделана безупречно. Создана для обмана. Этот хлюпик Хью уже вкусил ее яд, но, как ни странно, это не убило его, а словно оживило, будто в его крови есть противоядие. А он, Бенджи, выжидает, пока ее яд иссякнет, чтобы приблизиться. Всех учат держаться подальше от красоты в дикой природе. Изящно окрашенные лягушки с неоновыми узорами, потрясающие медузы, светящиеся своей биолюминесценцией, экзотические змеи, которые кажутся достаточно дружелюбными, чтобы их можно было погладить, — все они созданы для того, чтобы привлекать внимание и не задумываться об опасности. А они ждут этого момента, чтобы нанести удар и убить. Другие существа умеют держаться подальше от красивых вещей этого мира. Люди же чувствуют необходимость игнорировать эти предупреждения, чувствуют необходимость прикоснуться, даже если этого не следует делать. Форсайт ощущает кожей, как глаза  Бенджи сканируют ее лицо, его взгляд пытается проникать внутрь, когда он смотрит на нее сверху вниз, но  притворяется, что не замечает, и продолжает смотреть на темные воды в глазах Хьюго. - Так уж получилось, — говорит Барроса низким голосом, грохочущим в небольшой комнатке и вызывающим мурашки по коже, — что вам двоим не обойтись теперь без посторонней помощи, но я обнаруживаю, что не очень-то этого хочу. — Нам нравится притворяться, что это не так, — Шивонн переводит взгляд на окно. — Жить во лжи сейчас лучше, чем смотреть правде в глаза. Его смешок неожиданный, и звук такой... Мужественный и грубый, звучащий из глубины его груди, и сопровождающая его улыбка — у него были ямочки на щеках и широкая улыбка, которая поднимала его глаза и придавала ему почти юношеский, игривый вид. Она полностью изменяла его. Любая другая давно бы уже была покорена, но Форсайт замечает только Хью. — Тогда чего же ты хочешь? – тихо интересуется Хьюго у тренера. – Теперь ты решил, что тебе не все равно, сможем ли мы видеться с Шивонн или нет? Секунды проходят в тишине, но, должно быть, пуэрториканец что-то видит в лице шатена, потому что кивает ему. И хотя казалось, что они больше враги, чем пребывают в мире, было какое-то странное чувство сплоченности. Он не был человеком, который казался бы по своей сути безопасным, и в то же время он помогал. Это было странно? Бенджи не был сочувствующим. Бенджи не знал границ. Брюнетка нахмурилась и покачала головой: - Ты что, теперь притворяешься, что тебе не все равно? Он не отступил, его темные глаза смотрели на нее. — Не заканчивайте на этом. Должно быть, он что-то увидел на ее лице, потому что не стал спорить. Бенджи не из тех, кто отступает, но он лишь снова кивнул и отступил.  Он бы хотел, чтобы она ничего для него не значила. Чтобы значила меньше, чем ничего. Но сердцу нельзя приказать перестать тянуться к кому-то. Поэтому лучше было позволить ей продолжать его недолюбливать, так было проще, ну, почти во всем.