Глава 3

После неожиданного ухода парней, я решила приступить к разборке вещей. Захожу в комнату и подхожу к тумбе, на которой лежит телефон. Нажимаю кнопку включения. Экран загорается, и я вижу sms из whatsApp. Открываю его: "Он ещё вчера его разбил". Отправитель: Катька. Печатаю ответ: "Как так можно?". Катька — моя подруга, которая осталась в России. Она сообщает мне все местные новости, касающиеся молодёжи. И эта новость была о том, что Гриша, брат Кати, разбил свой айфон. Ну что ж, если людям деньги девать некуда... Подхожу к окну и умещаюсь на подоконнике со своим Leagoo M9 pro. Да, мой телефон из Китая. Зато оригинальный. И ни у кого нет такого. Отросшая чёлка падает на мою щеку, щекоча её. Встаю с подоконника и лезу в рюкзак "Адидас". Со дна достаю расчёску. Пока листаю ленту "Вк", пытаюсь зачесать волосы обратно в косу, но ничего не получается и я просто расплетаю ее и заново заплетаю. Иду снова на подоконник. Завтра воскресенье и можно поспать до обеда. Хочется прогуляться. Мы живём на шумной улице Сидни стрит. Рядом есть небольшой парк, но в вечернее время там нечего делать. Выхожу из комнаты и запинаюсь об дверной косяк. – А-а-а, – гортанным голосом ору я.– Че орешь? – слышу из соседней комнаты. Попрыгав немного на одной ноге, выхожу на кухню. Чувствую вибрацию на жопе. Да, именно там. Просто телефон в заднем кармане джинсов. Открываю сообщение: "Это Валя сука виновата. Сказала ему, что он отморозок.". Да-а-а, дела. Просто Валя, лучшая подруга Гриши, а тут они что-то разругались. Но Катюха шутя сказала про неё "сука". Печатаю ответ: "Вот так всегда, накосячит один, а страдают оба. Они же с детства дружат и не могут друг без друга." Моментально приходит ответ: "Они встречаться начали!". Ого! А я всё думала: "Когда уже?". И пишу ответ: "Ну наконец-то! Хоть что-то стоящее." Решаю приготовить ужин. Незная что приготовить, ставлю греться воду на макароны. Чищу морковку и лук, затем обжариваю их на сковороде. Спускаю рожки в воду и режу болгарский перец, но тут приходит идея в голову. Замороженные шампиньоны вываливаю на вторую сковороду. В макароны, которые уже сварились, с луком и морковкой спускаю перчик. Сыр тру на терке. В шампиньоны добавляю кубик для грибов, после чего тоже скидываю в супер-макароны. Лью немного молочка, добавляю колбаски, сверху сыплю сыром. Готово. — Али-и-ина! Пошли кушать. — Что? Эх. Глухая. Это у нас семейное. — Жопу свою сюда тащи!Слышится топот ног. Ураганом сестра садится за стол. Накладываю ей в тарелку нечто. — Это мои супер-пупер-мега-огонь макароны. — Я надеюсь, что потом не побегу в туалет... — с подозрением ковыряется в еде Аля. — Ешь давай. Накладываю себе порцию. Пробую, ещё из сковороды. — М-м-м, как же вкусно. — Ну правильно, сам себя не похвалишь — никто не похвалит, — подколола сестра. Нагребаю еще одну ложку. И когда я уже поднесла ее ко рту, то еда упала на футболку.— Блять... Хлопок входной двери. — Чем так вкусно пахнет? — спрашивает, кажется, Марк. — Пиздюлями, — по-русски тихо отвечаю я.— А-а? — не услышал парень. — Не знаю как назвать, — уже громче говорю я. — А что там? — Захухрень. Хочешь отведать? — Не слышишь как живот урчит?— Нет. — Назар! — кричит сожитель. Из-за угла показывается голова:— Что? — Захухрень хочешь? — лицо Назара кривит гримасса отвращения. — Сначала ты попробуй, а потом я подумаю. — Не вопрос. Марк садится за стол. Подаю ему тарелку.— У тебя пятно. Блин, я и забыла, что капнула. Подхожу к крану и застирываю одежду на себе. — Обла, ешь уже иди. Это вкусно. Я не поняла как пацан назвал друга, но точно не его именем. Друг же, садится с самым невозмутимым видом за стол. — Я сама-то поем сегодня, нет? И ставлю на стол тарелку, с тяжелым вздохом. Сажусь за стол. — Спасибо, — говорит Алина и ставит в раковину посуду. — Куда это ты пошла? — А че? — А посуду кто будет мыть. — Ты. — Да с какого это?..— Эй. Девчонки... У нас тут это... Машина посудомоечная стоит. — как бы невзначай говорит Назар. — Вот ты и запустишь, — не растерялась я. Зато растерялся он. — Ну ладно. После ужина я решила поработать. Включаю ноутбук, ищу USB флешку. Рыскаю в сумочке, в тумбе, в рюкзаке Алины. Где же она? У меня же там важные документы от ресторана. Как же так? Что же это за такое? Шарю по карманам куртки. И вот она! Радостная иду на кухню. Ставлю чайник и приступаю за работу. Достаю журнал из сумочки, в котором записаны все продажи. Так же достаю тетрадь с остатками блюд. Решаю включить музыку. — Где я там остановилась? — спрашиваю сама себя. — Увезите меня пьяного. Пьяного домой¹, — отвечает мне ноутбук. Захожу в "Microsoft Word Excel". Та-ак. Последнее число 23 августа. Сегодня 20 октября. Как так быстро? Вот вроде, кажется, догонишь, а уже снова пиши сиди. Ресторан "У сестёр" семейное наследство. Наш прадед построил его в 1894 году. И назывался он банально "Great" или Великий. Мои тетя Лера и тетя Марина, папины сестры, изменили название. Меня поставили бухгалтером. И мне же должно перейти руководство. Чайник выключается, и я наливаю себе кофе с молоком. — Лина - дура, — сестра забегает на кухню, хватает стакан и наливает воду. — Я знаю, — она выбегает обратно. В кухню выходит Марк. — Вы никого не узнаете? — спрашивает он меня. — Кого-то ты мне напоминаешь. Не могу вспомнить, — не отрываясь от экрана, говорю я. Делаю глоток кофе. — Ладно. Как вспомнишь, скажешь. — Говно вопрос. Парень выпадает в ржач. — Так... Раз, — веду пальцем по бумаге, нашла, кажется, ошибку в подсчете количества проданных борщей, — два, три, шесть, восемь... А тут семь... — исправляю ошибку. — Что ты там делаешь? — Тише... Тогда итог меньше, выручка меньше. Вот и минус нашелся из кассы. Работаю. — Ты даже по порядку не можешь сосчитать. — Там не по порядку надо считать, а складывать. — делаю еще один глоток кофе. — А-а. Кем работаешь? — Бухгалтером. — Сколько тебе лет? — Семнадцать. — И как тебя, такую мелкую, допустили?— Иди отсюда. Не мешай, — он просто разворачивается и уходит. Включается песня "Серпантин" и до меня доходит. Вот на кого Марк похож. Сам на себя. — Ма-а-арк. — Что? — слышится совсем рядом с дверью и выходит тот самый Маркул. — Не переживай, вспомнила я на кого ты похож. — И на кого же? — На французскую актрису, — на его лице была такая смесь эмоций. Просто не описать. Удивление смешаное с разочарованием и предвкушением. Картина маслом. Первый раз вижу такое выражение лица. Мне смешно, но я держу серьезное лицо, ради последней фразы:— На лошадь Д'артаньяна, — нет, то, что было до этого, полная фигня. Вот теперь реально зашкаливают эмоции. И я в самом прямом смысле валюсь на пол от смеха. Просто так сильно я уже давно не смеялась. На грохот от моего тела прибегают Алина с Назаром. А я ржу и не могу остановиться. Эти двое непонимающе смотрят на меня. А Марк сначала улыбается, а потом тоже хохочет. Смеялись мы долго. Минут двадцать точно. Только вроде чуть-чуть успокаиваться начну, как этот опять скажет "лошадь Д'артаньяна". — Хватит, а! Я лопну щас. — Птичка умерла, — пытается он меня успокоить. — От чего? — От... А хер его знает. Умерла и всё, — и на этой фразе мы стали ржать еще больше. Разговаривали мы уже на русском. Двое соседей смотрели на нас, смотрели, в итоге бросили все и разошлись. ________¹ — Гангвест – "Дурман".