Глава 2

Я подхожу к двери дома. Нового дома. Нажимаю на звонок, ведь ключей в наличии, пока что, нет. Через какое-то время дверь открывается и я вижу парня со светлыми волосами в спортивных штанах и футболке с надписью "Трешер" черного цвета. В голове всплывает песня Фараона "Black Siemens".– На мне черный Трешер. – Че за фигня? – спрашивает Чукча. – Фараон "В мертвых найках", – отвечаю я. – А-а, понятно. – Привет, – говорю я на русском, но Билл толкает меня в бок, а я с размаху закрываю рот ладошкой, – Эм... Хай. – Привет, – отвечает он мне, осматривая рядом со мной Алину и хмурясь. Преводит взгляд на Билла. – Мы поселенцы... Ой, нет... Переселенцы... Опять не то... Мы новоприбывшие... – сестра выпадает в хохот, – короче, мы новосельцы. Нет. Новожильцы, – говорю я на английском. Вопросительно смотрю на Алину. Та цокает. – Мы к вам с миром, – говорит та. – Что? – только и может спросить наш будущий сосед. – Это твои соседи, – помогает Билли. – Ах, да, – спохватился парень, – заходите. – Мда. Умеешь ты первое впечатление создать, – говорит Алина, переступая порог. – А что в этом такого? – Он по-любому думает, что ты чокнутая. – Пусть хоть что думает, мне пофиг. – Вита, некрасиво разговаривать на другом языке в присутствии двух человек, так что, переводи, – просит он. – Ну, она сказала, – тыкаю в плечо рядом стоящей дамочки, – что я умею создать первое впечатление. Все начинают смеяться. – Это ты можешь, – говорит друг, – ну всё, я вас доставил, мне пора. – Ага, давай, – говорим синхронно мы с Алей. – Что? – Пока, говорю, – снова в унисон говорим. – Я просто не привык еще к вашим диалектам за два месяца. Подхожу к пластиковому окну, в углу пыль, черная резинка облепляет стекло. За Биллом закрывается дверь. Он отъехал от дома и слился с потоком машин. – Бли-и-ин! – начинаем с Алиной орать, – вещи! Дело в том... Нет, мы не забыли их забрать из квартиры, мы забыли из в багажнике. – Вот блять, – говорю я. А парень грозно смотрит на меня. – По вам психушка плачет, – только и говорит он, качая головой. – Хоть кто-то, – спохватилась та, которая зовется моей сестрой. Тот только и пучит глаза. Ох, чувствую, что он скоро и вправду отправит нас в дурдом.– Меня Алина зовут, – говорит сестра.– А меня Виталина.– Я — Марк. Со мной будет жить друг — Назар. – Понятно. Сильно не шуметь, разных женщин странных не водить, – намекая на путан, говорю я. Я знаю, что некрасиво ставить свои правила, но что поделаешь... – Что за странные женщины, – явно не вникая, спрашивает сестра на русском.– Проститутки.– А-а-а.– А тусы? – с надеждой спрашивает Марк.– По обстоятельствам смотреть будем.– Окей. А сегодня можно?Тяжело вздыхаю. Припоминаю планы на сегодня.– Нет. Мне сегодня надо работать.– Ну ладно. Ваши комнаты напротив друг друга в конце коридора, – он показывает большим пальцем себе за спину. Мы заходим из прихожей в кухню. Осматриваем её. Алина идет по коридору выбирать себе комнату, а я ставлю пакет с продуктами на кухонный гарнитур. Поворачиваюсь и вижу... Да ладно, ничего я не вижу.– Алина-а-а.– А-а-а, – слышу в ответ.– Ты где? Жопа волосатая! – ору на русском.– В комнате.– А-а, ну ладно.Хм... Я предупредила не шуметь, а сама ору как блажная. Слышу хохот и вываливающегося из дверей парня. Наверное, Назара. Затем из комнаты Али:– Я похож на птицу. На принца? На принца. Или на орла. Я беру вторую бутылку розового вина.Парень, движущийся по направлению к кухне, презрительно фыркает. Проходит мимо меня к холодильнику. А я дальше слушаю сестру:– Фиолетовая вата... Или платье... Неважно, – наверное, она в наушниках и переделывает песни на свой лад. А я не сдерживаюсь и смеюсь.– И часто такое бывает? – спрашивает сосед, на что я лишь пожимаю плечами и направляюсь в свою комнату. Комната среднего размера. Голубые обои. По правую руку от меня окно, у которого стоит кровать, а у изголовья розетка. В левом дальнем углу компьютерный стол. Напротив двери, у которой я стою, у стены, шкаф для одежды. Плюхаюсь на заправленную кровать, без постельного белья. Потолок навесной. Посередине люстра с тремя лампами. Отмечаю у себя в голове, что надо забрать у Мэта свою плазму. Она хоть и небольшая, размером немного больше монитора, но зато я сама на неё накопила. Так же отмечаю, что кровать довольно-таки мягкая.*Долби мой лёд, но не замерзай...*– Алло? – отвечаю на телефонный звонок я.– Привет, – это Мэт. Вспомнишь про г... Кхм... Вспомни солнышко, вот и лучик.– Привет.– Я забыл, зачем позвонил.– Ты тупой.– Это ты тупая.– Я знаю, – он смеётся.– Ну ладно. Вспомню, еще раз позвоню. Все я пошёл.– Ага, давай, иди. Сбрасываю. Иду на кухню, чего-нибудь перекусить. Как только я зашла в обеденную зону, я не поверила своим глазам. Потерла их руками.– Это правда печка? – парни посмотрели на меня как на полоумную, и Марк сказал:– Камин.Пожимаю плечами и наливаю себе растворимый кофе. И тут назревает вопрос. А если бы Дед Мороз лазил через печку... или Санта был и в России, не суть... Как бы они через дымоход лазили? Они же заблудились бы там бедные... Я настолько задалась этим вопросом, что забыла, что у меня в руке чайник.  Видимо, моё лицо было настолько озадаченным, что Марк спросил:— Что-то не так? — Да я о печке задумалась.— О камине?— Нет-нет, о печке.— Ты хочешь из камина сделать печку?— Нет. Просто, если бы в России Дед Мороз или Санта через печку лазили и оставляли подарки под ёлкой, они же заблудились бы в печке.— Ты нормальная?— Нет, но тебе об этом знать необязательно.— Пошёл-ка я отсюда...— Иди-иди, — а я тем временем налила себе кофе. – Блять! – ударяю ложечкой об дно кружки. Чайник был холодный. Щёлкаю выключателем и прибор начинает шуметь, говоря о том, что тот греется. Выливаю всё из кружки в раковину. *На ногах Витон...* – Да, – как-то резко отвечаю я.– Привет, – в этот раз это был Саня. Мой друг, который тоже приехал сюда учиться и взял с собой свою девушку Настю.– Привет.– Я хотел у тебя совет спросить, – о, да. Он всегда прямолинеен. Но я, не дав ему договорить:– Совет вам да любовь.– Во-о-от. Это я и хотел спросить. Ты как девушка, должна знать. Почему Настя мне уже неделю не даёт? – вопрос застал меня врасплох.– А мне откуда знать?– Ну вы там вроде поружки...– Алина-а-а!– А-а-а?– Иди сюда!Она выбегает из комнаты.– Почему Настя Сане не даёт?– Откуда я знаю?– Алина тоже не знает. – Бли-и-ин. Я думал вы поможете. Чайник выключается и Назар подходит к нему.– Щас я у неё спрошу. Не дожидаясь ответа скидываю. Набираю Настю. Через какое-то время она отвечает:– Алло?– Привет.– Привет. Ты почему мужику не даёшь?– Всмысле.– В чём ты ищешь смысл?– В твоих словах.– В них нет смысла. Просто ответь, почему ты не даёшь мужику?– Что я ему не даю? И кому?– Блять, Настя не тупи.– А-а, вот ты о чём.– Наконец-то.– Мне кажется, он изменяет.– С чего бы это?– Он постоянно с кем-то разговаривает по телефону, а как только я появляюсь в поле зрения, делает вид, что по работе, а сам пошлые намеки делает, – я поморщилась от представления картины и налила в кружку горячей воды.– Нет Насть, это все равно не дело. Он дома?– Да.– А ты чуть ли не орешь. Он сейчас по-любому стоит за дверью и все слышит, – она что-то проворчала. Потом шепотом сказала:– Ну, что ты думаешь по данному делу?– Ну-у-у, – протягиваю я, – думаю, что чувствую себя семейным психологом. – А если серьёзно?– А я че? Не серьёзно что ли?– Ну Лина, не тупи, – на экране высвечивается "Саня" и я говорю:– Я перезвоню.– А? – не поняла она.– Я перезвоню!И принимаю второй входящий звонок:– Да.– Ты узнала?– Ты прервал.– А-а. И что она сказала?– Она думает, что ты ей изменяешь.– С чего такие выводы?– Иди сам разбирайся!– Ладно.– Всё, пока. Вали.– Спасибо. Пока.Качаю головой и цокаю. И всё-таки они стоят друг друга. У меня всегда так: переживаю за чужие отношения больше, чем за свои. – Что он говорит? – всё так же на русском спрашивает Алина.На кухню снова вышел Марк.– Да ничего не говорит. Разбираться пошёл, – я делаю в кружку смесь кофе и сахара и заливаю кипятком. – Эх, если я узнаю, что он ей изменяет, то яйца вырву! Парень, которого вроде как зовут Марк, издает тихий смешок. Кидаю на него беглый взгляд, он сидит в телефоне.Нет... Вообще моя сестра добрая, милая и гуманная... – Как думаешь, нас сегодня ждут? – говорит Назар.– Мне кажется нет, – отвечает Марк.– Где мой чай? – спрашивает Алина.– В пакете.Она подходит к мягкому уголку и начинает рыться в пакете. – Я, кстати, песню клёвую нашла.– Включай.Я нажимаю на воспроизведение:– В коротких шортах, майка "Адидас". Во рту резинка "HUBA BUBA class". Тамагочи панда...– Скинь мне.Делаю как она просит.– Я тут песню услышала, – шарит в смартфоне, – во-от. "Слышишь, дружище, не волнуйся, если, вдруг, пропаду безвести, допустим, вы лучше не ищите. Да и хуй с ним. По тихой грусти прихватило и никак не отпустит. Слышишь, брат, слышишь, родненький, не волнуйся. Будь лишь рад, если найдёте с щелью в пузе, улыбайся, если найдусь где-то на трассе, значит, меня переехал этот четкий крузер. Знаешь, родная..."– Я её ещё летом слышала. Её Влад включал, когда в футбол играли. – А-а. Ну пофиг.– Мы тогда ещё Лехе жопу распинывали, когда в одно касало играли, – мы взрываемся хохотом, – А потом...– У тебя кофе льдом покрылся, – перебила меня Алина.– Ага... Ксюша идёт такая и орёт: "Вы чё там делаете?". Мы такие: "Лехе жопу распинываем". Она: "Дайте я пну". Всё, короче, мы ей мячик поставили, а она подошла к Лехе и ногой ка-а-ак зарядила ему поджопник. Он долго орал, – сестра чуть ли не на полу валяется от смеха. Делаю глоток кофе, а Алина пытается сделать что-нибудь смешное, чтобы всё содержимое моего рта вышло обратно, только носом. И у неё, конечно же, не получается.– Блин, молоко забыла налить.Девушка уходит в свою комнату с кружкой чая. А я начинаю разбирать пакет с продуктами.– Писька тараканья, – ворчу я на русоволосую, а парни, до сих пор находящиеся на кухне, выпадают в ржач. Недоумённо смотрю на них. Может они понимают русский? Да-а не. Вытаскивают из пакета два десятка яиц, молоко, фарш куриный, масло сливочное и кости на суп убираю в холодильник, а хлеб, манку, рис, рожки и печенье убираю в шкаф над кухонным гарнитуром. Достаю пакет молока, открываю его зубами и наливаю в кофе. – Я забыла тебе сказать! – выскакивает Алина из коридора, от чего я подпрыгиваю, – В понедельник Ксюша прилетает. – Со всей оравой?– Да. Ксюша — наша тётя по маме. Мы не обращаемся к ней "Тётя", потому что с детства называем её "Ксюша". А под всей оравой подразумевались: Дядя Сережа, Семён, Максим и Арина. Но вообще я рада, что они прилетают. Давно их не видела. Как раз у них каникулы в школе. Марк подрывается со своего места и быстро говорит Назару:– Нас ждут возле проулка на Нижней улице.– Всё-таки ждут? – спрашивает Назар, вставая с табурета.– Толпой.– Сколько?– Пятеро.После этого они выходят в прихожую, а следом хлопает входная дверь.