глава 23

Гриф сидел на кухне. В окно светила яркая луна на расчистившемся к ночи от туч небе, Ветер завывал в трубе, напоминая загробный вой мертвецов. А два маленьких духа расстилали на скатерти мятый кусочек заляпанного вареньем объявления о награде за поимку пятнадцати призраков в замке с НАСТОЯЩИМИ (это слово было выделено особо) привидениями, превратившимися в монстров, терроризирующих все живое в радиусе пяти километров.   По словам заказчика (анрел утром успел к нему слетать и кое-чего наслушался), каждый, кто проводил ночь в замке, — к утру седел или же просто оставался немым на всю жизнь, а то и вовсе умирал. И это в век магии и волшебства. Немыслимо! Но, кажется, призраки смогли соткать что-то вроде своего узора в ткани реальности внутри замка. Вследствие чего теперь в каменной громаде могут оживать самые большие страхи любого из проникающих внутрь живых существ. И эти страхи уже вполне способны убивать…   Короче, за задание никто не брался, что сильно увеличило гонорар. В замке же требовалось провести всего три ночи подряд, и тогда "мрак рассеется и деньги будут выплачены".   В этот момент духи подумали о Буре, которую срочно надо было возвращать к жизни — а это задание сулило немало острых ощущений и могло послужить хорошим допингом для ее "оживления".   — Только пойти вы должны вдвоем! Иначе не будет так страшно, — напутствовал Грифа Феф.   — …а вы уверены, что это поможет? — парень явно сомневался.   — Да, — хором.   Рёва вообще хотел побыстрей с этим покончить и начать свои методы лечения, на которые анрел дал добро, если замок с его ужасами не поможет.   — Хорошо. — Гриф встал, потянулся и направился к выходу, — Выходим сейчас. Я поднимусь за Или.   — За Или? — немного офигел Рёва.   — Ему можно, он — ее будущий муж.   Нечистик перевел ошарашенный взгляд на спокойного анрела, стоящего на столе со скрещенными на груди руками.   — Да? — все, что он смог из себя выдавить.   После чего его схватили за руку и поволокли по воздуху на четвертый этаж, откуда уже спускались по темной лестнице сонная девушка и Гриф. К счастью, на пути к выходу им так никто и не встретился. Все спали.   Замок находился далеко. И даже очень. Но в объявление был встроен порт-контракт. То есть при использовании телепорта к дверям замка вы автоматически подписывали контракт и соглашались принять все условия, описанные в нем, безоговорочно.   Феф очень волновался, что на духов это не распространяется и придется лететь самим. Но все прошло хорошо, и вскоре все четверо уже стояли перед распахнутыми настежь дверями маленького неказистого домика, затаившегося в глубоком лесу.   Гриф пожал плечами и грохнул по двери кулаком. На замок это не тянуло. Но… все же телепортировало их именно сюда.   Внутри завозились, мужской голос пьяно всех послал, и все стихло.   Гриф вздохнул и врезал еще раз. Дверь вогнулась внутрь и треснула посередине. И это при том, что была новой и довольно массивной. Рёва присвистнул и улыбнулся.   А в доме раздалась ругань пополам с рычанием, дверь резко отворили, на пороге появился лысый высокий мужик, чем-то смахивающий на медведя и держащий в руке здоровенную дубину.   — Ну все, гады, — сообщил он и шагнул вперед.   Илия молча удержала Грифа за рукав и шагнула вперед сама. Парень не возражал и покорно пронаблюдал, как разъяренному хозяину дали в челюсть с каменным выражением лица.   И даже Феф промолчал, вздохнув и подумав, что машине разрешено чуть больше, а вразумит он девушку потом… когда она отойдет.   Полчаса спустя.   В печке горели дрова, тепло распространялось по небольшой комнатке, а при свете двух неказистых свечей хозяин, хромая от стола к печи и обратно, уставлял стол вчерашней снедью, одновременно объясняя прибывшим суть их нового задания:   — Фамок фтоит на гофе.   — Я сейчас, подождите. — Сердобольный Феф силой мысли поднял аккуратно сложенную на столе горсточку зубов и разом вставил их все в приоткрытый рот хозяина дома.   Раздался вскрик, вой и тихий мат облагодетельствованного. Иревиль хмыкнул и щелчком пальцев снял боль. Мужик потрогал языком старые зубы, немного успокоился и продолжил, уже с большей опаской поглядывая на двоих "людей": духов он не замечал.   — Ну так вот. Замок — на горе. Заходи кто хошь. Провести надо три ночи, так хозяин договорился с духами. Если выйдете в итоге живые и вменяемые — призраки уйдут навсегда, так как подписали тако-ое… мошенничать, короче, больше не будут.   — А далеко идти до горы? — Гриф рассматривал нацепленную на вилку картошку, слушая вышагивающего по комнате мужика.   — Да не. Вон она-то. Полмысли, и вы там. Только идти в лучше завтра вечером, а то ночь не засчитают.   — Отлично. — Гриф все же проглотил картошку и потянулся за следующей. — Тогда мы останемся тут на ночь.   Кровать одна?   — Да, — скрипнув зубами.   — Жаль. Тогда мы с тобой спим вместе.   Шок в глазах, от него отошли.   — На полу. Адама — на лежанке. Ты против?   Мужик вздрогнул и отрицательно качнул головой. О том, чтобы утром незваные гости ушли, — он уже просто мечтал. Да и не заснет все равно… А еще они его объели. Сильно… Сво-олочи.   Кровать выдержала вес девушки, и она спокойно проспала до утра.   А утром… петухи не кукарекали, птицы… пели, но тихо. А вот один надоедливый анрел — упрямо тыкал иголкой в ухо, уговаривая открыть глазки и прекратить симулировать здоровый сон. Пришлось встать, умыться и почистить зубы.   Потом гости не спеша поели, расспросили про дорогу и попросили проводить. Долго выламывали застрявшую в проеме дверь и… наконец-то ушли: сытые, довольные и наглые, по мнению угрюмого хозяина.   Итог: дверь лежала в комнате, мужик со вздохом убирал со стола, ругаясь под нос, а Рёва записывал в блокнотик все то, что успела натворить Илия, стараясь ничего не забыть.   Анрел морщился, пытался вспомнить, что девушка сделал хорошего, и смотрел на белый лист своего блокнота. Карандаш — нетронутый — висел сбоку. Н-да.   — Замок! — Феофан радостно взлетел вверх и полюбовался на грязно-серое обшарпанное мрачное строение со шпилями, полуобрушившимися башенками и горгульями на стенах.   Он гордо возвышался на холме, окруженный мрачными деревьями подступающего все ближе леса, и невозмутимо смотрел на пришельцев черными проемами бойниц.   — Готично, — Рёва огляделся и сощурился. — Я бы тут пожил.   — Не говори ерунды. Гриф, ты его видишь? — подлетая к уху парня.   — Да. Минут через десять будем рядом.   Духи загалдели, обсуждая план действий, и опустились на плечо девушки. Правое. (Рёва опять забылся.) А солнце, только-только забираясь на чистый небосклон, освещало лес, замок и окрестности ярким довольным светом проснувшейся звезды.  

   Итак. Если пропустить утро, посещение замка, выкрики Рёвы: "Ау, здесь есть еще придурки?" — и стрельбу Или по крысам из оружия массового поражения (прорех в стенах и потолке стало много больше, крысы мигрировали в лес, решив, что оно того не стоит), то мы перейдем сразу к тому моменту, когда ночь опускалась на мир и луна робко карабкалась на небосвод, унылым серпиком заглядывая в окна и освещая тусклую картину запустения и упадка, Гриф — давно проверивший все и везде и успевший облазать замок сверху донизу — теперь стоял рядом с девушкой и спокойно ждал, прислонившись спиной к стене и сложив руки на груди. Анрел уговорил его не предпринимать ничего, пока Илия не испугается, и парень согласился. За себя он не боялся. Его напугать было, мягко говоря, непросто.   За девушкой же он пристально следил, приготовившись ждать столько, сколько нужно, прикрыв ресницами черные отблески в глазах.   Пусть даже ждать придется все три ночи.