Часть 4: 2.Блудный сын. глава 2

Регина вздохнула, возвращаясь в настоящее, взглянула на часы — пора собираться. Строгое пыльно-розовое платье с крупными цветами, прямой серый жакет в тон принту, классические лодочки. Для Кхамера она подготовила черную рубашку-поло, темно-серый костюм. Раз предстояла головомойка по поведению сына — выглядеть надо безукоризненно.

После двух часов пополудни вернулся Кхамер, Рена уже заканчивала приводить себя в порядок.

— Ты как на официальный приём собралась! — бросил он, окинув её взглядом.

— Наш младший отпрыск и так старается подмочить репутацию семьи, нам с тобой отмазываться. Выглядеть надо соответствующе. Я и тебе подготовила! — Регина кивнула в сторону открытой двери в гардеробную. Такой портал она делала в каждом своём жилище.

Кхамер состроил страшную гримасу, но возражать не стал, ушёл в душ. Он давно уже смирился, что спорить с женой по вопросам внешнего вида на Земле бесполезно и опасно для жизни.

Регина же беспокойно поглядывала на телефон, ожидая звонка от старшего сына. К любым переговорам надо готовиться! Особенно к тем, где тебя собираются песочить, чтобы знать, что противопоставить.

Хлопнула входная дверь: Амин!

Регина вышла в гостиную.

— Ты так не наряжалась, когда мы кубок взяли! — присвистнул сын. Амин играл в футбольной команде, и несколько месяцев назад они выиграли в серии матчей между школами Стамбула.

— Встречают по одёжке, сын, всегда и везде, запомни! — менторским тоном произнесла Рена, застегивая любимые серёжки-гвоздики с танзанитами. — А когда у тебя на переговорах ещё и заведомо слабая позиция, то надо усиливать. И внешним видом в том числе!

— Явилась бы в облике дракона! — хохотнул Амин, наливая воду. — Сразу все претензии отпадут!

— Смешно, — скривилась Регина.

— Ну, кстати, я бы не сказал, что ваша позиция с малым прямо такая слабая! — Амин развернул кресло в сторону матери и плюхнулся в него, сладко потянувшись. — Там всё очень интересно! Но есть нюанс...

— Погоди, отец твой придёт, чтобы два раза не повторять. — Регина глянула на часы. — Минут тридцать у нас есть.

Хотя Кхамер не любил земной стиль одежды, когда он вышел к ним с Амином в гостиную, Регина про себя отметила, что ему очень шло. Внешнее впечатление они точно произведут.

— В классе Рэя есть тип, — начал рассказ Амин, как только пришёл отец. — Федя, фамилию не помню. Но у него папаша к дипмиссии как-то примазан. Этот мудак жирный мелкого достаёт.

— Амин! — включила воспитателя Регина. — Я все понимаю, но что за выражения?

— Мать, да ты бы видела! — Сын возмущённо всплеснул руками. — Там поросячьи глазки, щеки на плечах лежат, пухлый, только хвоста не хватает!

— И всё же!

— Твоя политкорректность ну вот вообще не по делу! Этот козёл Рэю прохода не даёт! Я их в прошлом месяце в раздевалке спортзала разнимал, они сцепились.

— А почему нам не сказал?!

— Ну ты серьёзно?! Бежать и мамочке-папочке жаловаться, что в школе обижают?! Ма, ты чего?! — Амин ударил по подлокотнику кресла и уставился на мать так, словно та произнесла очевиднейшую чушь.

— За что сцепились-то? — спросил молчавший до этого Кхамер.

— Рэй же умный, и срать хотел на всю эту ораву, по-хорошему. Их это бесит.

— Амин! Ты за языком-то последи! — хмуря брови, Регина перешла на строгий, «учительский» тон.

— Ага! Ты давно со стороны слышала, как со своей Катюхой общаешься? — съехидничал подросток, косо поглядывая на мать.

Сдавленно кашлянул, скрывая смешок, Кхамер.«сожгу», — мысленно бросила ему Регина.«педагогично», — ответил тот, продолжая усмехаться.

— Но с нами, будь добр, следи за лексикой! Могу и рот с мылом помыть! — пригрозила она пальцем сыну. — Я тебе не дружки по команде!

— Тогда с тренером моим лучше не встречайся! — захихикал Амин.

— Сын, — одёрнул его Кхамер, — время!

— Да, короче! — Амин тут же сел ровнее, сцепив руки в замок. — Их бесит надменность Рэя и что... — Подросток покосился на мать и, тщательно проговаривая каждый звук, добавил: — Он игнорирует их авторитет. И, мол, не от мира сего, странный! К тому же у этого Феди дружок из параллели, девчонка, с которой он то ли встречался, то ли хотел встречаться, решила сохнуть по нашему мелкому. Но ему и это до фонаря! А пацаны сильно огорчились по этому поводу. Кстати, вы бы сократили его общение с нашим «другом семьи», а? А то малой, кроме своих книжек да шахмат с Доном, на всё забивает! Вот и выглядит в классе белой вороной!

Регина и Кхамер переглянулись.

— Нормальность — это не про него, — задумчиво протянула Рена. — Что до Дона, то... Это миллионы лет. Белый связан с ним эпохами. Их нельзя разделять. Если что и пробудит его память, то Дон точно один из факторов!

— А вот теперь самое интересное, родители. Вопрос, кого мы там будить будем, и надо ли нам это! — Улыбка вмиг сошла с лица Амина. Он нахмурился, наклонился вперёд, упираясь локтями в колени. — Я видел это сам, мам! Это сразу говорю, чтоб ты не спрашивала. Федя с дружками отловили Рэя на заднем дворе. Я хотел приглядеть на всякий. Так вот, когда я пришёл, наш хрупкий ангелочек держал тушку Федора за шею над землей. А там живого веса под центнер! Он не просто душил, он пригрозил вырвать сердце, выпить кровь до капли, и цитирую: «От твоей души и следа не останется, я её сожру». — Амин откинулся на спинку кресла, сделал многозначительную паузу, наблюдая за родителями. После продолжил: — А апофеоз всего, что потом Федя заверещал от страха, как поросенок, и обмочился. Там ещё двое было, дружки его, те за головы похватались и орали. Рэй потом швырнул Федю об стену и сбежал. Я не успел его перехватить. Мамаша через полчаса примчалась, ор на весь этаж стоял.

Повисло напряженное молчание. Регина и Кхамер обменялись тяжёлыми взглядами. На их памяти Страйф никогда не терял самообладания, вспышкам гнева подвержен не был. Но... Он был и оставался созданием Хаоса. Всегда.

— И ещё, — добавил Амин, голос прозвучал глухо. — Я что-то ощутил в тот момент. Холодное. Чужое. Как когда я мелкий был и тебе, мам, память возвращали. Федя это увидел и обделался от ужаса, по-любому.

— Думаешь, он начинает пробуждаться? — спросила Регина у Кхамера.

— Похоже на то. У тебя тоже сначала было вспышками, — пожал плечами тот, обдумывая.

— Мам, не в обиду, но та тварь, что к тебе прицепилась. Я помню, как тогда Мир на куски развалился! Вы уверены, что в нём оно же не сидит?! Или ещё хуже что? — Амин требовательно смотрел матери в глаза. — Я тут нашёл в его библиотеке пару книжонок. Старых! — он тщательно подчеркнул это голосом. — Я мелкого люблю, считаю братом и всё такое... Но Аэтрейон тот ещё гавнюк был. Прости, мам! Но как ещё назвать, если он своих же братьев обменял на то, чтоб выжить самому?! А если он и нас так?!

— Что ты сказал?! — Регина дёрнулась как от удара, даже Кхамер уставился на сына в полном недоумении.

Видя реакцию родителей, Амин сбавил тон:

— Ну-у, я прочел это... Что когда пришли Духи, Старые Боги сражались за сохранение своих устоев. Лорды Хаоса и Порядка поддерживали их. Но Аэтрейон отрёкся, принял плен, сдав Духам и своих, и Белых!

— Ты только при Доне не скажи! — не своим голосом произнесла Регина. — *****, чего за бред?! Ты где этого набрался?!

— Мама?! — заорал Амин, округлив глаза. — Что за выражения?!

— Страйфа можно обвинять в чем угодно и не промахнёшься! — зло ответила она, игнорируя справедливый укор сына, — но не в том, что он продал своих!

Кхамер поднялся, подошёл к ней, приобнял за плечи.

— Амин, — бросил он быстрый взгляд на сына, — и я отмечу, что большей чуши сложно придумать! Найди ту книгу потом. А ты, — погладил Кхамер жену по плечу, — выдыхай, успокаивайся! Страйфа сейчас здесь нет. Но есть Рэй. И нам разбираться с его вспышкой, что бы там ни стояло за этим.

— Да, ты прав! — Регина сжала пальцами переносицу, на которой чёрным огнём вспыхнула Печать.

— Убери это, девочка моя, — мягко пожурил Кхамер. — Сейчас лишнее.

— Да...это так, эмоции. — Она шумно выдохнула, скрывая чарами Печать. — Сынок! Ты говорил, что этот мальчик давно Рэя преследовал, да?

— Да, мам! Вообще, с того, как его в класс к ним перевели. Он же младше их всех. Ну, формально! Вот и цеплялись.

— Ладно, с этим уже можно выходить на разговор. Самооборона, защита, превышение полномочий, — перечисляла Регина, загибая пальцы.

— Ты в суде выступала раньше? — хмыкнул Амин.

— Нет, но разговаривать с людьми умею. Так, нам пора. Подержи там кулаки наудачу! — попросила она, расправляя и одёргивая полы жакета.

— А пока вы не ушли, на секунду. А то я изведусь! — неуверенно произнёс сын. — Если он не предавал, то что случилось?!

— Ты прав в одном, — вздохнула Регина. — Старые Боги действительно уходили в небытие. Баланс сил был нарушен. Все остальное — бред! Отреклась Аэлита, а гибели Лордов способствовал Ариох. Когда уцелели только Дон и Стр... Аэтрейон, тогда он и остановил бой. Он редкостная скотина. Но боль за своих павших сородичей он нёс до последнего. И тебе для размышлений: Страйф развоплотился и ушёл, чтобы ты родился, а я выжила.

***Директор, полноватый мужчина с интеллигентным лицом и очень серьёзным взглядом, встретил их на пороге кабинета. Регина внутренне была готова к тяжёлому разговору, но директор не был настроен ругаться с родителями одного из сильнейших игроков школьной футбольной команды.

После того как обязательные слова о недопустимости драк и угроз физической расправы были сказаны, Регина сложила руки в замок на коленях и вежливо улыбнулась:

— Андрей Викторович, если не ошибаюсь, устав официально запрещает и травлю, — вкрадчиво произнесла она.

Директор сдержанно кивнул:— Именно так. Наша школа гордится политикой взаимного уважения не только к соотечественникам, но к и ученикам любых национальностей.

— Тогда почему ничего не делается с тем, что нашего сына преследует одноклассник? — Подавшись вперёд, Регина расправила плечи и выжидательно смотрела на солидного мужчину перед ней.

— Рэй младше других учеников, — продолжала она, постукивая кончиками ногтей по колену. — Год назад, когда мы с вами согласовывали его досрочный перевод, обсуждали, что он будет уязвимым. И классному руководителю нужно уделить этому внимание.

Регина развернулась к женщине, что сидела справа от стола директора. И быстрый взгляд, которым директор обменялся с учительницей, заметила. Татьяна Сергеевна смотрела в ответ твёрдо, но чуть нахмурилась:— Поверьте, я наблюдаю за поведением учеников в классе, но...

— Вы совершенно правы, мы пресекаем любые попытки буллинга среди детей, — прервал её Андрей Викторович. — Когда есть подтверждённые случаи. — Он замолчал и выразительно развёл руками. — Мы не имеем права обвинять ... без доказательств.

— А то, что трое ребят постоянно цепляют младшего? — Регина хлопнула по подлокотникам и было дёрнулась, чтобы встать, но на её ладонь легла рука Кхамера.

«тихо ты делаешь хуже», — мысленно осадил он жену.

— Никто не обращался с жалобами, верно? — спросил Кхамер, сжимая запястье Рены и поглаживая пальцем тонкую кожу, слушая её пульс.

Директор коротко кивнул и опустил глаза:— Свидетели того, как Рэй напал на одноклассника, есть.

— И что? Наш сын будет наказан, а остальные? — Кхамер откинулся на спинку стула, вздохнул шумно. — Мальчики должны решать свои проблемы сами. Но раз уж речь идёт о дисциплинарных вопросах, — он замолчал и пожал плечами, — реакция должна быть адекватной. Для всех участников.

Несколько секунд Кхамер и Андрей Викторович смотрели друг на друга, не мигая. После директор медленно поднялся, одёрнул полы пиджака.

— Рэй действительно одарённый ребёнок и...заслуживает внимания, — произнёс он, кивая собственным словам. — На первый раз мы ограничимся уже проведённой с ним беседой. И ему надо будет встретиться со школьным психологом. Один раз! — спешно добавил директор, увидев, как Регина набрала в грудь воздух.

— Хорошо, — тут же ответил Кхамер, снова сжимая руку жены. — А что по тем мальчикам?

Директор постучал костяшками пальцев по столешнице:— Татьяна Сергеевна их классный руководитель. Она поговорит с остальными детьми. Если травля есть, мы постараемся вмешаться.

Учительнице ничего не оставалось, как согласно кивнуть. Андрей Викторович потёр руки:— Рад, что мы поняли друг друга. — Он протянул ладонь Кхамеру, тот поднялся и ответил на рукопожатие.

Но в этот момент дверь распахнулась, и в кабинет разъярённой фурией влетела мама мальчика. Регина встала, уставившись во все глаза: накачанные губы, идеальная грудь и самомнение, которое выступало больше, чем декольте. Женщина возмущалась, кричала о том, как напали и жестоко избили её ребёнка.

Регина стояла, смотрела на неё, смотрела... и думала, как было бы здорово плюнуть сейчас огнём.

«Интересно, а филлеры — горючий материал или нет?!» — размышляла она, чуть склонив голову, изучая даму перед собой. Кхамер схватил жену за талию, почуяв её настрой.«не вздумай».«да я так помечтать».

Но когда из губ особы слетело «психованный выродок» в адрес Рэя, Рена резко подняла голову:

— Что, простите?

— Да вашего урода сажать в психушку, а не с нормальными детьми в класс! Я за что такие деньги плачу?!

Регина почувствовала, как расширились ноздри, а в груди стало жарко. В любом споре виноваты обе стороны, а у любой ситуации — две правды, всегда говорила она. Но когда взрослая женщина открывала рот на ребёнка, её десятилетнего ребёнка, дракон внутри не просто расправил крылья, он в боевую стойку перешёл!

Татьяна Сергеевна закашлялась от вмиг пересохшего горла, в кабинете странно запахло... сгоревшими спичками?! Она кинулась открывать окно.

«прекрати», — охладил жену мысленный окрик Кхамера. Хотя под его полуприкрытыми веками Регина видела горящую красным пламенем каёмку на радужке.

«ты же сам готов ей язык вырвать а я всё чисто сделаю даже пепла не останется».

Регина медленно повернулась к директору:

— Андрей Викторович, возвращаясь к вопросу о доказательствах! — Она направила сложенные вместе ладони в сторону дамы. — Что вы там говорили?

Директор в два шага очутился рядом:

— Мне жаль. Это недопустимо! Алла Валерьевна, — Он попытался взять женщину под локоть, — Прошу вас, успокойтесь!

— Успокойтесь?! — скривилась женщина. — Да я!..

Она вырвала руку и схватила Рену за запястье. Мгновенно перед ней встал Кхамер, не трогая даму, но отодвигая собой от жены.

Но разгневанная особа сама внезапно отшатнулась, вскрикнув и потирая ладонь: её что-то обожгло. Кожа покраснела, и появились волдыри. Жжёными спичками запахло ещё сильнее.

Не говоря больше ни слова, Регина и Кхамер вышли из кабинета. В приёмной их ждал Рэй с выражением мрачной обречённости.

— Я наказан? Исключён из школы? — глядя исподлобья на родителей, спросил мальчик.

— Поехали домой, там поговорим, — вздохнула Регина, приобнимая его.

***По дороге в машине царило гнетущее молчание. Рэй, насупившийся, угрюмый, сгорбился на заднем сидении, уставившись в никуда.

В зеркало заднего вида Регина поглядывала на младшего сына, воплощавшего всю несправедливость мира и подростковый гнев. С одной стороны, ей было безумно его жаль. С другой — в нем огромные силы, терять самообладание и угрожать людям он не имел права.

— Родной! — нарушила Регина на молчание, хотя собиралась побеседовать спокойно дома. Рэй хмуро зыркнул на неё в зеркало. — Почему ты скрывал, что этот мальчишка достает тебя?

— Амин рассказал? Болтун! — зло прошипел сын.

— Он помочь тебе пытается! — осадила она. — Как и мы! Почему ты не говорил?!

— Да что говорить, мам? — огрызнулся мальчик. — Чтобы что?! Ты бы вот так ходила возмущаться и орать, как эта? — Он презрительно скривился и дёрнул плечом. Непослушные светлые прядки удлинившейся чёлки выбились из-за уха и упали на глаза. — Он давно ядом брызжет, как я появился в классе. Да мне плевать!

— Тогда что сегодня случилось, милый?

— Ничего! — упрямо буркнул Рэй, скрестил руки на груди, нахохлился, втянул голову в плечи, упираясь в спинку кресла.

— А если на самом деле?!

Мальчик отвернулся и, насупившись, демонстративно уставился в окно.

— Эй, парень, ну-ка посмотри на меня! — окликнул его Кхамер, поглядывая в зеркало заднего вида. Рэй с явной неохотой, но перевел взгляд на отца. — Если этот тип давно тебя доставал, а ты держался, значит, сегодня он передавил сильнее. Или использовал что-то новое, из-за чего ты сорвался. В любом случае твою защиту он пробил. И с этим надо работать.

Рэй шмыгнул носом, открыл было рот, но тут же спешно закрыл, что даже зубы стукнули. Хотя глаза бегали из стороны в сторону, а ноздри трепетали — будто что-то мучило его и рвалось наружу.

— Если не знать, чем он тебя зацепил, то и непонятно, как противостоять! К любому бою надо выходить готовым, — настаивал Кхамер.

Мальчик нахмурился, уставился в пол.— Он на маму рот открыл, — пробурчал он сквозь зубы, зыркнув на отца через отражение в зеркале. — И на тебя. Я сказал, чтоб он заткнулся, предупреждал один раз. Второй. Он не замолкал! Ну я и... сорвался.

— Родной, ну в вашем возрасте повякать дерзко на взрослых — это типа круто! — Регина потянулась ободряюще погладить сына по руке. — На это нельзя обращать внимание и тем более, воспринимать всерьёз!

Рэй посмотрел на мать горящими глазами:— Да? Он тебя шлюхой назвал! — в сердцах прорычал он, сжимая кулаки. — А отца!.. Он сказал, что ты меня в подоле притащила со стороны, а отец... терпит это!

— О как! — усмехнулся Кхамер, глядя в зеркало на мрачного, как грозовая туча, мальчонку.

«недалеко от истины по сути я же его правда притащила», — мысленно отправила Регина мужу, пряча улыбку. На слова задиристого двенадцатилетки она точно внимания обращать не собиралась, а вот то, какая боль плескалась в бездонных глазах Рэя, её насторожило.

— Мальчик мой, обычная попытка задеть и оскорбить. Но почему тебя это так цепляет? — спросила Рена, внимательно глядя на сына. — Рэй? Есть что-то ещё?

Он молчал, кусая губы... А потом:— Но ведь я правда не похож ни на кого из вас! — выпалил Рэй несдержанно, голос зазвенел от сдерживаемых слёз. — Амин — ваша копия! А я!.. Как подкидыш!

Он отвернулся к окну и зажмурился.

«Да ти же мое бедное... Вот что тебя мучит!» — Её сердце сжалось от сочувствия.

Регина отцепила ремень и подалась через сидение к сыну, схватив его за руку.— Рэй, посмотри на меня!

Мальчик упрямо мотнул головой, не поворачиваясь. Кулаки мелко дрожали.

— Милый мой, тогда послушай. Возьми меня за руку. — Она накрыла своей ладонью, мягко пытаясь напряженные пальцы. — И скажи, есть ли между нами связь крови?!

Несколько секунд мальчик не шевелился, затем выдохнул — рука расслабилась и робко сжала кисть матери. Он поднял взгляд — глаза всё ещё потемневшие от тревоги.

— Ну? И что ты мне скажешь? — Регина твёрдо смотрела на него, мысленно обращаясь к узам, что связывали их, вкладывая всю любовь и к мальчику, и к той тени, что она видела порой в глубине его пока ещё человеческих глаз. — Разве ты можешь сказать, что мы не связаны?

Рэй едва заметно мотнул головой. Злость, что темными тучами клубились в его глазах, немного рассеялась.

— Генетика — странная штука, мой родной, — пыталась Регина приободрить его. — Ты ещё слишком юн, чтобы делать выводы о том, как изменишься в зрелости.

Он исподлобья молча посмотрел на мать, но плечи расслабленно опустились, ушла хмурая складка между бровей. Рэй кусал губу, будто боялся поверить в её слова. Но в аквамариновых глазах заблестела надежда. Мама ведь никогда его не обманывала!

— Рэй! — позвал Кхамер. — Вечером я тебе кое-что покажу. Если кто-нибудь ещё что-то вякнет в сторону твоей матери... Дышать не сможет около минуты, а следов не останется, удар по мягким тканям будет.

— Evet, beyefendi!*10 — ответил Рэй, расплывшись в улыбке.-- *10. (тур. яз.): да, господин! --

— Ну, серьёзно, дорогой?! — с укором посмотрела на мужа Регина. — И ты туда же?!

— Тебя он должен защищать. От всего! — категорично отбрил Кхамер. И мысленно добавил:«даже от себя самого».

Регина осуждающе покачала головой, но дальше спорить не стала.