Малькольм

— Представьтесь, пожалуйста. И, по возможности, расскажите о себе.

— Меня зовут Келли Куинн. Мне двадцать пять лет. Я родилась двадцать восьмого августа в городе Хьюстон, штат Техас. Возглавляю авто производительную компанию «A. E. K. Motors»... У меня выявили посттравматическое стрессовое расстройство. Заболевание находится в хронической стадии и...

Белокурая женщина средних лет с водянистыми серыми глазами подалась ближе к пациентке, накрыв ее ладонь своей:

— Все нормально, — добродушно улыбнулась она. — Можно говорить со мной обо всем. Обо всем, что вы посчитаете нужным.

Келли, сидящая напротив, закусила губу:

— Простите, миссис Лоринг... Дайте мне пару минут... — Куинн спешно убрала свою руку и встала со стула.

Она отошла к панорамным окнам и посмотрела вниз: с четырнадцатого этажа вид открывался просто шикарный.

Женщина проводила Кэйси взглядом:

— Келли, мы же договаривались, для вас я просто Долорес, — мягко улыбнулась она. — И я ваш друг.

Куинн сделала глубокий вдох и повернулась к ней, убрав руки в карманы классических брюк:

— Я знаю, просто... Мне нужно привыкнуть, — ответила девушка.

— Я всё понимаю. Я ведь не сержусь и не ругаюсь, — Долорес слегка улыбнулась и выключила диктофон, на который до этого записывала их беседу. — Я психолог, Келли. А для такой профессии нужно много терпения. Но с этим у меня проблем нет, — весело закончила женщина, откинулась на спинку кресла, сцепив пальцы в замок.

Келли долго мерила шагами кабинет миссис Лоринг, прежде чем собралась с мыслями и снова опустилась на стул.

— Продолжим нашу беседу?

Куинн кивнула.

Долорес выпрямилась и разложила на столе ручку и блокнот:

— Мы встречаемся уже далеко не в первый раз, но, я надеюсь, вы не будете против еще раз рассказать мне о себе, — медленно проговорила психолог, открыв колпачок шариковой ручки. — Опять же только то, что посчитаете нужным.

— Вам ведь уже надоели мои рассказы о Барсике и о Рибе, да? — слегка усмехнулась Келли.

— Думаю, мы знакомы достаточно долгое время, чтобы поговорить о более серьезных вещах, — добродушно улыбнулась женщина. — Вы можете мне доверять.

Кэйси отвела глаза, улыбаясь.

Прошла минута, и ее взгляд стал суровее.

— В девятнадцать лет я пережила худший день в своей жизни. Двенадцатого августа мой старший брат, Малькольм... Он... Он покончил... — Келли вцепилась ногтями в деревянные рукоятки стула, на котором сидела.

Долорес водила ручкой по бумаге, не отрывая глаз от блокнота.

Кэйси закусила губу, сделала короткий вдох-выдох и попробовала снова:

— Мой брат покончил жизнь самоубийством.

Миссис Лоринг записала слова девушки, подчеркнув двумя линиями словосочетание «покончил жизнь самоубийством».

— У моего брата случился передоз наркотиками и я... Я впала в депрессию, как мне казалось. Меня ничего не радовало, я не выходила из комнаты Малькольма и почти ни с кем не разговаривала, — на одном дыхании говорила Куинн. — Все, что я делала, это прокручивала в голове воспоминание, когда я в последний раз увидела брата: его белую машину с двумя широкими полосами на крыше и капоте, бледное лицо, мешки под глазами... Как он сидел на водительском сидении, скрючившись и оперевшись лбом о руль... — глаза Келли наполнились слезами и она замолчала.

Долорес подняла на нее взгляд, слегка нахмурившись, но ничего не сказала.

В кабинете воцарилось молчание и было отчетливо слышно тиканье настенных часов.

— В один из дней, — Кэйси понизила голос до шепота, по ее щекам текли слезы. — Я ослушалась родителей и поехала в какой-то клуб... Даже уже не помню, куда именно. Я хотела отомстить, — она впилась глазами в миссис Лоринг и сжала руки в кулаки, — за брата. Убить тех людей, которые подсадили его на наркотики и довели до смерти, — губы Куинн искривились, а спина сгорбилась. — Я поехала туда и... Наткнулась на мужчину, который принимал какой-то порошок. Я даже не успела сообразить, что произошло со мной, меня как будто бы переклинило... Я достала пистолет и...

Долорес сложила губы в тонкую линию, выпрямившись по струнке, но все еще молчала.

— Я выстрелила в него, — эти слова сорвались с губ Кэйси едва слышным шепотом.

Она смотрела психологу прямо в глаза:

— И знаете, что меня всегда пугает больше всего? Я не колеблюсь, понимаете? Я взаправду могу в таком состоянии кого-нибудь убить... Не было еще ни одного раза, когда я, услышав свой триггер «наркотики», «трава», «порошок», «доза», хоть на мгновенье подумала бы о том, что следует просто успокоиться... Наоборот, я впадала в такую животную ярость, что просто словами не описать. Я плохо помню, что творю во время приступов. Я не помню, что говорю и что делаю... Я не контролирую себя... А в остальное время веду себя как нормальный человек...

— Судя по тому, что вы описываете, ваша нервная система испытывала такую перегрузку, что просто «стирала» травматические события из вашей памяти раз за разом, чтобы вы окончательно не довели себя до нервного срыва, — проговорила миссис Лоринг со спокойной интонацией.

Кэйси судорожно сглотнула, кивнув:

— Я не обращалась за помощью три года...

Брови женщины взметнулись вверх, а губы слегка разомкнулись.

Тем не менее, она снова ничего не спросила, предоставив Куинн возможность рассказывать самой.

— Я боялась, что мне поставят неизлечимый диагноз и положат в психиатрическую больницу, — из глаз Келли продолжали течь слезы, она сидела все в той же позе. — Я отбивалась от помощи всеми силами, продолжая лезть на рожон... Меня должны были судить восемь раз... Я не знаю, где я бы сейчас была, если бы в возрасте двадцати лет меня не отправили в город Гринвуд, штат Индиана...

— И что происходило в том городе? Я догадываюсь, что смена обстановки не помогла вам, — Долорес закусила нижнюю губу.

Кэйси помотала головой:

— У меня случались припадки каждый раз, когда я натыкалась на свои триггеры, — девушка отвела взгляд, задумавшись. — Но все же Гринвуд стал для меня новым стартом, шансом на возвращение. Там я познакомилась со своим парнем, которого нагло упаковала и перевезла с собой в Хьюстон, — губы Келли расплылись в легкой усмешке, а плечи немного расслабились. — Он помог мне. Уговорил меня пойти к местному психологу — Аманде Кимберли.

Миссис Лоринг неслышно выдохнула и заулыбалась:

— Держу пари, вы ему очень дороги.

— Я не представляю, какую цифру бы он написал, если бы я попросила его налепить на меня ценник, — хохотнула Куинн, стирая тыльной стороной ладони слезы с щек. — А потом он ведь отлепит, сожжет и щелкнет меня по носу, со словами: «Моя красавица продаже и обмену не подлежит».

Долорес громко прыснула, и ее смешок чем-то напоминал хрюканье поросенка.

Келли закинула ногу на ногу и откинулась на спинку стула.

— Психотерапия продолжалась где-то полтора-два года... Я старалась, выкладывалась и все ради своего будущего... И нашего совместного с ним будущего, — она слегка улыбнулась. — Меня с моим расстройством вывели из острой фазы. Теперь я не кидаюсь на людей-наркоманов, — кисло улыбнулась Кэйси.

— И то, что вы еще не вылетели пулей из этого кабинета еще после перечисления ваших триггеров, о многом говорит, — миссис Лоринг законспектировала ее рассказ в блокнот и отложила ручку. — Я даже не буду считать, сколько месяцев у вас ушло, чтобы сейчас взять и открыться мне. Спасибо за доверие, — женщина коротко кивнула.

Кэйси кивнула ей в ответ.

— В силу вашей должности нам следует разработать более гибкий график приемов.

Келли и Долорес встали со своих стульев и пожали друг другу руки.

— Через десять дней годовщина, — аккуратно заметила миссис Лоринг, украдкой посмотрев на календарь, стоящий у нее на письменном столе. — На внеочередной приём вы также можете рассчитывать. Я сделаю все, чтобы принять вас как можно быстрее по мере возможности. На крайний случай — вы можете позвонить мне по телефону, если вдруг ваше самочувствие ухудшится. Мои рабочие часы — с полвосьмого до девяти часов вечера. Мой номер телефона у вас есть, — Долорес мягко улыбнулась. — Это касается не только ближайшего месяца, а всего периода нашего сотрудничества. Надеюсь, что все эти приемы и сеансы дадут свои плоды.

Кэйси улыбалась, слушая женщину.

Она еще раз крепко пожала ей руку:

— Спасибо вам большое. До среды!

— До свидания, Келли. Передавайте от меня большой привет вашей самоедской лайке и Рибу, — отшутилась миссис Лоринг. — Боже, они для меня уже как родные дети!..

Куинн уже подошла к двери, параллельно смеясь.

Она нажала на дверную ручку и обернулась, встретившись с теплым взглядом серых глаз.

Кэйси с улыбкой кивнула психологу в знак уважения, вышла из кабинета и закрыла за собой дверь.

*****Двенадцатое августа.

Итан с Камиллой завтракали на кухне в новой квартире парня.

— Какое-то тут все... Бледное, — девочка почесала затылок, откусив кусочек гренки.

Кингсли также огляделся по сторонам: косметический ремонт присутствовал, но в самом минимальном количестве.

— Я бы переклеил здесь все обои, купил бы занавески, поменял бы мебель и расставил побольше декора, — задумчиво сказал парень. — Но пока у меня нет на это времени.

Камилла понимающе кивнула, продолжая жевать.

— Будешь еще? — Итан доел свою порцию и убрал тарелку в раковину.

— Нет, спасибо, — улыбнулась девочка. — Мой желудок заполнен до краев... К тому же, Келли тоже должна оценить твои гренки, — в ее глазах зажглись хитрые искорки. — И, конечно же, она похвалит тебя, поцелует и вы...

— Малы-ыш, — Кингсли провел рукой по лицу, сделав вид, что смутился.

— А что? Ты ведь на это и рассчитывал, не так ли? — притворно ахнула девочка. — Зачем тебе кормить родную племянницу, когда тут каждый второй готов утащить меня к себе и покормить, — поддразнила она.

Итан прыснул, а потом засмеялся:

— Вот кому на Солар Спрингс жить хорошо.

— Вот-вот, — подбоченилась Куинн.

Девочка встала из-за стола с пустой тарелкой и прошла к раковине.

— А где Келли? — Камилла обвела взглядом кухню, которой явно далеко было до уютного местечка.

Кухонный гарнитур был медового цвета, лакированный, с выраженным рисунком волокон. Судя по всему верхние и нижние шкафы были изготовлены из сосны.

Столешница представляла собой мраморный рисунок цвета какао.

Стены были покрашены в бежевый тон, а пол представлял собой светлый ламинат.

Самые простые стол и стулья были расставлены по центру.

Кингсли открыл кран, намереваясь помыть посуду.

— Она разговаривает со своим психологом по телефону в соседней комнате, — ответил он, взяв в одну руку губку, а в другую — тарелку.

— Понятно, — девочка щелкнула языком и отошла обратно к столу.

— Ты ведь помнишь, какой сегодня день?

— Сегодня годовщина, — ответила Камилла, закусив нижнюю губу.

— Не верится, что уже шесть лет прошло, — тихо произнёс Кингсли себе под нос.

Келли не появлялась на кухне еще полчаса.

— Может, она не хочет сегодня никуда идти? — Камилла стояла, облокотившись спиной о кухонный гарнитур.

Итан стоял в той же позе.

Он скрестил руки на груди:

— Дай ей время, — выдохнул парень. — Я верю, она появится.

Куинн перевела на него взгляд и через некоторое время кивнула.

Во входную дверь несколько раз постучали.

Кингсли отлепился от гарнитура, прошел в прихожую и открыл дверь.

На пороге стояли Тони и Шерон.

Диас надела черное платье с высоким воротником, а Тони — черные брюки и черную однотонную футболку.

— Как... Как сестренка? — Грит приподнялся на цыпочки, чтобы заглянуть через плечо друга.

Итан отошел в сторону и пропустил их в дом:

— Еще собирается... Наверное, — он почесал затылок, поправив воротник своей черной рубашки.

— А мне вот почему-то кажется, что мы сегодня никуда не пойдем, — к ним подошла Камилла, разглаживая ладонями подол своей юбки-солнце черного цвета.

— Почему не пойдем? Пойдем, — раздался голос в другом конце коридора.

Ребята обернулись и увидели Кэйси в строгом черном платье с белым воротником и туфлях на небольшом каблуке.

На ее лице не было макияжа, а волосы были убраны в косу-дракончик.

— Тогда пойдем? — Кингсли подошел к ней и взял под локоть.

Келли подняла на него взгляд:

— Идем, — ответила она.

Пятерка спустилась на первый этаж особняка, потом вышла на улицу.

Все расселись в темно-синий Corvette, а Кэйси села за руль.

— Может, не стоит этого делать? — подала голос Шерон, смотря на подругу.

— Кто-нибудь из вас знает дорогу к кладбищу, на котором похоронен мой брат? — ровным тоном спросила Келли, обернувшись к ней лицом.

Она оглядела каждого, а потом подытожила:

— Нет.

Итан и Тони, разместившиеся рядом с Диас на задних сидениях, пристегнулись ремнями безопасности.

Камилла повернулась к Кингсли с мольбой в глазах, так как она сидела на переднем пассажирском сидении.

Итан коротко кивнул и пересадил племянницу на свои колени.

В салоне воцарилась тишина.

Кэйси хмыкнула, смотря в лобовое стекло:

— Какие же вы смешные, — девушка переставила коробку передач на первую, нажала на газ и опустила ручник.

— Я не хочу умирать в свои четырнадцать, — робко ответила Камилла, дергая локон своих каштановых волос.

— Никто не умрет, — Куинн успела развернуться и теперь направлялась к воротам на выезд из Солар Спрингс.

До пункта назначения ехали в полном молчании.

Все проходило гладко.

Через сорок минут Келли уже вела друзей по узкой дорожке между невысокими надгробиями у самой кромки кладбища.

Те гуськом шли за ней, даже не смея переговариваться между собой.

В целом, если бы не торчащие из земли вертикальные и горизонтальные каменные плиты, то это место очень легко можно было бы спутать с парком. Коротко подстриженный газон, отсутствие цветов, фотографий умерших на надгробиях и другой похоронной атрибутики...

Только каменные плиты, легкий ветерок и звенящая в ушах тишина.

Кэйси шла неторопливо. Ее взгляд перебегал с одного надгробия на другое.

Вдруг девушка остановилась.

Итан, шедший за ней, едва не врезался в нее, задумавшись о своем, но все-таки успел остановиться.

А вот ему в спину врезался Тони.

— Какого черта? — прошипел он, выглядывая из-за Кингсли и смотря на Келли.

Итан почесал затылок и пожал плечами.

Куинн обернулась к друзьям с виноватой улыбкой:

— Кажется, я слегка заблудилась... Я тут тоже впервые. Мама вчера весь вечер объясняла мне, где похоронили Малькольма, но что-то я не соображу, где его могила...

— Так мы можем поискать вместе, — Шерон выглянула из-за Грита с легкой улыбкой. — Давайте, а? — обратилась она к парням и к Камилле.

И так друзья решили разойтись.

Блуждание среди надгробий продолжалось довольно долго, пока всех не окликнула Камилла.

— Вот он, — девочка не решилась орать в таком месте, поэтому лишь начала размахивать руками, чтобы привлечь к себе внимание.

Тони был ближе всех к ней, поэтому подошел самым первым.

— Малькольм Куинн, тридцать первое октября тысяча девятьсот пятьдесят четвертого года по двенадцатое августа тысяча девятьсот семьдесят девятого, — прочел Грит вслух, смотря на надгробие-плиту, вкопанную в землю.

— Навечно любимый сын, брат и друг, — дочитала Камилла.

К ним уже подошли Шерон, Кэйси и Итан и столпились за их спинами.

— Вот ты где, братишка, — усмехнулась Куинн сквозь слезы, подойдя ближе к надгробию.

Она присела на корточки и провела ладонью по холодному гладкому камню.

— Ты всегда хорошо играл в прятки, — прошептала она, прыснув сквозь слезы.

Камилла прижалась к Итану, а тот приобнял племянницу в ответ.

Тони и Шерон держались за руки, сверля взглядом затылок Келли.

— Прости, что не приходила. Целых шесть лет, — та вновь слабо усмехнулась, пока по ее щекам стекали все новые и новые слезы. — Ты же знаешь меня, я никогда не отличалась пунктуальностью... И не была легка на подъем, — со смесью горечи и нежности произнесла девушка. — Мне столько хочется тебе рассказать, но сначала я хочу тебе кое-кого представить...

Кэйси обернулась к ребятам и ухватила Итана за руку, почувствовав, какая у парня была ледяная кожа.

— Это мой парень, — Келли громко шмыгнула носом, параллельно смеясь.

— И будущий муж, — вставил Тони.

— И будущий муж, — шепотом повторила Куинн. — Да, Малькольм, ты этого дождался... Я имею все шансы выйти замуж в ближайшее время... Ты бы упал в обморок, будь ты сейчас жив, признайся? — девушка вновь засмеялась сквозь нескончаемый поток слез. — Я выхожу замуж, ты можешь себе это представить? Меня, твою драчливую сорвиголову-сестричку с ободранными коленями, локтями и разбитым носом... Ты вряд ли мог представить меня чьей-то женой, не так ли?

Шерон вытащила из небольшой сумочки носовой платок и прижала к своему носу.

По ее лицу бесшумно стекали слезы.

То, что происходило сейчас, имело сильное эмоциональное воздействие.

— Черт, — Грит отвернулся в сторону, протерев кулаками глаза.

— Кто-то обещал, что не будет плакать, — поддразнила Кэйси, повернувшись к нему.

Тони посмотрел на ее заплаканное лицо и улыбку, после чего горько усмехнулся:

— Ну ты же знаешь, я такой сентиментальный...

Келли прыснула или же шмыгнула носом, но потом потянула Итана за руку.

Тот послушно присел на корточки рядом с ней.

— Вот и мой балбес. Мой главный демон, который разгоняет всех моих бесноватых чертей по углам, — Кэйси засмеялась, положив голову на плечо парня. — И его зовут Итан Кингсли.

— Рад наконец познакомиться, — Итан старался выдержать ровный тон голоса.

Он смотрел на надгробие, без конца кусая нижнюю губу.

— Малькольм, ты мне обещал, что не будешь злиться, если я тебе не самому первому расскажу о своем парне, — вновь заговорила Келли, ярко жестикулируя. — Не злись. О моих отношениях первой узнала тетя Джанет, — девушка стыдливо закрыла лицо руками.

— И да, она грозилась прихлопнуть меня, как клопа, — подхватил Кингсли с легкой усмешкой. — Так что никто мне Келли просто так не отдал, ты не думай. Джанет мне устроила сложнейший квест на выживание.

— Итану однажды пришлось спрятаться в ванной комнате, когда тетя устроила внезапный рейд, — заулыбалась Куинн. — Вор, ты помнишь?

— О да. А еще я помню, с каким профессионализмом ты читала ей вслух мои книги об авиастроении, — засмеялся Итан, по его щекам текли первые слезы. — С какой интонацией... Ты бы видел, мужик.

Кэйси сдавленно заскулила и уткнулась лицом в изгиб между его шеей и плечом.

Кингсли крепко прижал ее к себе, пока ее тело беззвучно сотрясалось не то от смеха, не то от рыданий.

Камилла, стоявшая рядом с Тони, потянула его за рукав.

Грит словно очнулся и перевел взгляд на племянницу друга, наклонившись к ней.

— Почему они разговаривают с надгробием как с живым человеком? — зашептала девочка ему в ухо.

— Келли нужно выговориться, — тихо ответил ей Тони. — Часть лечения.

Камилла посмотрела парню в глаза, несколько раз моргнула, но после все же повернулась обратно к парочке.

Те все еще сидели у надгробия и рассказывали о своих приключениях.

— О, а один раз мы поймали редкий экземпляр, — заговорила Кэйси с хитринкой в голосе.

Она схватила Грита за запястье и заставила сесть по другую сторону от себя.

— Малькольм, это мой еще один балбес, Тони Грит, — представила девушка.

— Приветик, — парень неловко махнул рукой, криво улыбаясь. — Даю слово, что я всегда вытаскивал твою сестру из сложных ситуаций и не давал ее пятой точке поджариться, — он посмотрел на Келли с лукавым блеском в глазах.

— Кроме тех ситуаций, в которые сам меня втягивал, — ответила та с усмешкой.

Все трое засмеялись.

— А это мой третий балбес, Шерон, — Куинн повернулась к Диас и та послушно села рядом с Тони. — Придется очень долго объяснять, как я подружилась с девушкой, поэтому я, пожалуй, оставлю это на следующий визит, — Келли прыснула, вновь вытирая слезы с щек.

— Просто я невероятная девушка, ты таких еще не встречала, — ответила Диас и подмигнула.

Все четверо засмеялись, незаметно при этом стирая слезы с лица.

— А это Камилла, — Келли притянула к себе девочку и усадила ее перед собой и Итаном. — Наш ребенок, — она расправила плечи, но потом снова засмеялась.

— Боже ты мой, не шокируй ты его так, — поддразнил Кингсли с ухмылкой. — Это моя племянница, мой малыш.

— И я теперь Куинн, а ты — нет, — девочка показала ему язык и прильнула к Кэйси.

— Вот видишь, она любит меня больше, — заявила та под смех Тони и Шерон.

— Я готов оспаривать это утверждение до бесконечности, — заявил Итан с нахальной ухмылкой.

Все вновь захохотали.

Ребята расселись перед надгробием полукругом и еще долго рассказывали каждый о своих похождениях и приключениях.

Прошел час, потом второй...

Небо затянуло тучами и на плечи и головы друзей приземлились первые капли дождя.

— Вот блин, — прошипел Грит, — этого еще не хватало.

— Ну, могло быть и хуже, — улыбнулась Шерон.

И хуже стало.

Пошел настоящий проливной дождь.

— Бля-ять! — Тони поспешно встал с травы и потянул за собой Диас. — Все, идёмте! Мы ему надоели, и он решил спровадить нас! — он держал одну ладонь над макушкой Шерон, чтобы хоть как-то защитить ее от дождя.

— Наконец-то дождь пошел! — радостно воскликнула Камилла. — Я обожаю такую погоду! — девочка оббежала вокруг четверки несколько раз.

— Ты серьезно?! — фыркнул Тони и закатил глаза.

Келли так и смотрела на надгробие, даже не шелохнувшись.

— Красавица, идем. Закончим в другой раз, — Итан положил руки на плечи девушки, ощущая кожей насквозь промокшую ткань платья.

Кэйси обернулась к нему и медленно встала.

Где-то на фоне резвилась Камилла, которая бегала вокруг Тони и Шерон.

Были слышны ругательства Грита и одергивания Диас.

— Он вас принял, я уверена, — Куинн убрала мокрые пряди волос со лба. — И это, — она подняла указательный палец вверх, — знак.

Кингсли улыбнулся и зачесал промокшие волосы назад.

— И я очень рад этому.

Келли ласково улыбнулась и прильнула к его губам.

— Ну что, детвора, — бойко окликнула она друзей через некоторое время. — В машину, дети мои! Мы уезжаем!

Итан сдавленно засмеялся.

Камилла сразу же перестала бегать. Она остановилась, подбоченившись, и скрестила руки на груди.

Тони приоткрыл рот, нахмурился и сделал несколько неловких взмахов руками:

— Я обалдеваю! Я просто обалдеваю!

А Шерон лишь ухмыльнулась, пожав плечами.

*****Поздним вечером того же дня дождь прекратился и небо прояснилось.

Перед вишневым садом на раскладных стульях расположились Абигейл, Арнесто, Джонсон, Иэн, Итан и Келли.

Они сидели полукругом, а в центре стояла высокая цистерна, в которой горел огонь.

Кэйси потянулась, сидя на коленях Кингсли, и положила голову на его плечо.

— Я даже представить себе не мог, что Келли и Малькольм так похожи, — Арнесто взял в руки фотографию умершего сына.

Он смотрел то на фото, то на дочь.

— Есть такое, — улыбнулась Абигейл.

Куинн-младшая приподняла голову и слегка улыбнулась родителям.

— Мне казалось, что я уже выплакала все возможные слезы. Но вот пришла на кладбище, увидела его и опять разрыдалась, — выдохнула она.

— О, милая, у меня ровно та же самая проблема, — Аби дотянулась до ее макушки и погладила по голове. — Прихожу, плачу и ухожу. И так каждый раз.

— Надеюсь, что Малькольм не сильно там ошалел, — Кэйси бросила хитрый взгляд на Итана.

— Я уверен, что ты поразила его также как и нас, — усмехнулся Иэн, рассматривая звездное небо.

Джонсон и Арнесто обменялись фотоальбомами, в которых были вложены многочисленные фотографии Келли и Малькольма по мере их взросления.

— Услышу ли я еще хоть разочек твое пение? — мужчина повернулся к дочери с заискивающим взглядом.

— Как знать, — та усмехнулась, — может, я обучу Итана играть на каком-нибудь музыкальном инструменте, — она повернулась лицом к своему парню.

Кингсли приподнял брови, смотря ей в глаза.

— Обещаю не мучить тебя, — прошептала Куинн-младшая. — Или мучать не так долго, — девушка подмигнула и развернулась обратно.

— Так когда ты снова будешь устраивать вечеринки и концерты? — переспросил Даллас.

— Скоро. Но не будем пока забегать вперед, — Келли улыбнулась и встала с коленей Итана.

Девушка обошла каждого по очереди и обняла.

А потом вновь села к Кингсли.

— Я так рада, что вернулась, — Кэйси широко заулыбалась, радостно сверкая глазами.

— И ты сделала нам самый огромный и приятный сюрприз, — прыснула Абигейл, переводя взгляд с дочери на Итана.

— И что же? Когда свадьба? — Иэн подался вперед. — Разрешение ты получил, но почему-то теперь буксуешь?

— Все будет в лучшем виде, мистер Куинн, — Кингсли ухмыльнулся краешком губ. — Вот увидите.

Иэн издал смешок и кивнул.

Остаток дня семейство вспоминало Малькольма, тем самым помогая друг другу прожить этот день без угнетения и тоски...