Детство рисковой девчонки

Джонсон пробыл в Гринвуде аж три недели.

И вот наконец, убедившись, что процесс лечения Келли идет полным ходом и получив кучу гневных звонков от начальства клиники, мужчина наконец засобирался обратно в Хьюстон.

По традиции перед перелетом Даллас и Кэйси решили присесть на дорожку на кровати в комнате девушки.

— Юная леди, я не мог себе даже представить, что этот городок может меня так удивить, — улыбался Джонсон. — Как и люди, живущие тут. Особенно твой новый кавалер, — он повернул голову к крестнице и увидел, что та слегка покраснела.

От этого его улыбка стала еще шире.

— Я скоро вернусь домой, — Кэйси тоже улыбнулась и облокотилась спиной об изголовье своей кровати. — Обязательно. Мы с тетей вернемся. С Барсиком и с Итаном.

— Твои слова насчет вишневого сада, — аккуратно начал Даллас, украдкой глядя на нее. — Это правда? Или ты в очередной раз решила остроумно пошутить?

— Это правда, — кивнула Куинн, а ее глаза хитро заблестели. — Недавно Итан и сам намекнул, что хочет на мне жениться.

Джонсон проморгался, пытаясь уловить фальшь в словах крестницы.

— А еще он недавно обмолвился, что совсем не был бы против большой и крепкой семьи с кучей маленьких детишек, — добавила Куинн, все также радостно улыбаясь. — Представляете? Я впервые слышу, чтобы парень в свои двадцать два мечтал о семье, а не собирал вокруг себя гарем из девиц воздушного поведения.

— Я и сам удивлен, — Даллас почесал затылок, а после провел рукой по волосам. — Хотя у твоих родителей и твоего деда с Дикси все случилось примерно в это же время. Но они как-то сразу поняли, что между ними любовь. Чувство, которое может выдержать все. Можно ли считать слова Итана не пустым красноречием?

— Думаю, да, — кивнула Келли. — Вы с детства учили меня слушать свою интуицию, доверять себе и соглашаться только на ту жизнь, которая подходит под все мои стандарты.

— Хорошее было время, — мечтательно проговорил Даллас и прикрыл глаза.

*****[Хьюстон, штат Техас, семейное ранчо Куиннов «Солар Спрингс». Келли семь лет, Малькольму тринадцать, Арнесто тридцать пять лет, Абигейл и Джанет по тридцать два года, Иэну и Дикси пятьдесят пять лет, а Эдмунду Куинну тридцать один год, Джонсону Далласу пятьдесят лет]

Белый Chevrolet Chevelle с двумя черными широкими полосами на капоте и крыше свернул с основного шоссе на бездорожье.

В салоне играла громкая музыка, а юноша, сидевший за рулем, качал головой в такт и улыбался.

Когда тачка уперлась в высокий забор из кирпичной кладки, а прямо напротив оказались мощные двустворчатые ворота.

Они были угольно-черными, распахивались внутрь и украшенные разнообразными замысловатыми узорами.

Юноша вышел из машины:

— Старые ворота мне нравились больше, — фыркнул он, задрав голову вверх и оглядев деревянную табличку.

Та знатно потемнела от времени, но на ней все еще четко читалась надпись «Солар Спрингс».

Паренек был кареглазым шатеном. Руки были загорелыми вплоть до коротких рукавов футболки.

Он вытащил из кармана джинсов ключ, провернул его в замке под ручкой ворот и с усилием распахнул обе створки внутрь.

— Малькольм, быстрее! Ведь родители отругают нас, если опоздаем, — протараторила ему девочка с большими темно-карими глазами и распущенными темно-русыми волосами.

— Келли, сестренка, не бойся ты так, — отмахнулся Куинн-старший, вновь сев за руль. Он вытер капли пота со лба тыльной стороной ладони. Я угнал машину без их спроса, так что они по-любому нас с тобой отругают, — широко ухмыльнулся юноша и потрепал сестру по волосам.

Он завел машину внутрь ранчо, а затем опять вышел и уже на пару с Келли закрыл ворота.

— Почему они такие тяжелые? — фырчала девчушка, садясь обратно в салон авто.

— Потому что нашему ранчо нужна хорошая охрана, нас становится все больше и места нужно больше, — ответил Малькольм с умным видом, подняв вверх указательный палец.

— Ты передразниваешь дедушку!

Chevrolet Chevelle ехал уже по ранчо, но все еще по бездорожью.

Было знойное лето.

В западной части участка стройка шла полным ходом. Уже виднелся фундамент и некоторые из стен будущего здания. Вокруг было много строительных машин.

А вот по правую сторону тянулись поля: ряды из кукурузы, подсолнухов, ячменя и других продовольственных культур.

Вскоре бесконечные поля сменил сад из вишневых деревьев, все также посаженных строго в ряд. Конца и края этому саду не было видно. Вишневые деревья были очень высокими.

В саду росла трава, цветы, а еще паслись несколько лошадей.

Автомобиль обогнул наконец вишневый сад и припарковался у деревянного двухэтажного дома с большой верандой.

— Надеюсь, нам сейчас не надерут задницы, — выдохнула Куинн-младшая, нервно усмехнувшись.

— Я тоже, сестренка, — усмехнулся Малькольм и похлопал ее по плечу.

Брат и сестра пожали друг другу руки, обменялись подколами, а потом вышли из машины.

— Наконец-то! — на них налетела Джанет, наскоро заплетая темно- каштановые волосы в косу. — Где вы были?! И кто вам разрешил брать машину?!

Из дома выбежала точная копия женщины — мать Келли и Малькольма, Абигейл.

— Решили угнать машину и в какой день?! Ваш дядя женится! — Аби прикрикнула и обвела обоих гневным взглядом.

— Но у дяди уже давно есть дети, — возразила Келли, приподняв бровь. — И он живет здесь со своей женой Бэйли вот уже лет десять!

— Откуда ты знаешь, тебя еще тогда не было! — фыркнула Джанет, скрестив руки на груди.

— Мне Малькольм рассказывал! — подбоченилась Куинн-младшая и схватила брата за локоть.

— Ваш дядя Эдмунд жил со своей женой в гражданском браке, — принялась объяснять Абигейл, потерев переносицу. — А сейчас они женятся официально.

— Скоро начнется церемония, а вы в таком виде! — заговорили сестры-близнецы Куинн уде хором. — А ну, марш переодеваться!

Малькольм и Келли лишь закатили глаза. Когда мама и тетя начинали ругаться в один голос, говорить и доказывать им что-либо было бесполезно.

Брат и сестра поднялись на второй этаж, а затем разошлись по своим комнатам.

На веранду Малькольм вышел в белой рубашке, темно-синем пиджаке и таких же классических штанах.

Келли надела белое платье свободного кроя до колен, но без рукавов, и красные ковбойские сапоги, расшитые узорами.

— Келли! — на девочку налетела кузина с обнимашками.

Та была одета в похожее платье и ковбойские сапоги, но терракотового цвета.

У девчушки были василькового цвета глаза и русые волосы.

— Виллоу! — завизжала Куинн-младшая, сжав руки в кулачки. — Твой папа женится на твоей маме!

— Да, мой папа женится на моей маме! — повторила та и обе засмеялись.

Виллоу Куинн была на два года старше Келли. То есть ей было девять лет.

— Поверить не могу, что это наконец случилось!...

— Девчонки, вы ничего не забыли? — Малькольм с ухмылкой одел на их головы венки из полевых цветов.

— Спасибо, — заулыбались те.

— Интересно, чья свадьба будет следующей? — с хитринкой спросила Виллоу.

— Ну очевидно же, что моего братца, — хмыкнула Келли и скрестила руки на груди. — А потом твоя. Моя когда-нибудь потом, не скоро. А может никогда.

— Ага-ага, Малькольм однозначно первым самым женится, — закивала Виллоу, тыкая юношу пальцем в плечо.

— Я не согласен! — возмутился тот, сморщив нос.

— А ты согласись. В нашей семье ранние браки уже стали традицией, — хихикнула Келли, идя в ногу с братом. — Я обещаю, что буду самой крутой тетей на свете!

— Ты такой завидный жених, — продолжала поддразнивать и Виллоу. — Моя кузина совершенно права: сначала ты, потом я, а потом она. И даже не спорь! Все уже утверждено и подписано!

Малькольм лишь закатил глаза, засунув руки в карманы брюк.

Пока взрослые суетились и все организовывали в вишневом саду, ребят помладше никто не замечал.

До какого-то момента.

— Дети, помогите вашему дедушке расставить стулья! — окликнула троицу Дикси, паралельно поправляя свои светлые накрученные локоны.

Ребята потянулись в сторону сада.

Виновник торжества, Эдмунд Куинн, стоял в строгом черном костюме с галстуком и радостно сияющим взглядом синих глаз.

Он мастерски командовал всеми, будучи уже тридцати однолетним мужчиной:

— Эти вазы с цветами нужно поставить ближе к свадебной арке, Джанет!

— Папа, пожалуйста, поставьте стулья ровно в ряд!

— Ар, у тебя развязался галстук!

— Виллоу, твоя вторая коса расплелась!

— Где моя Бэйли?!...Все должно быть и-де-аль-но!...

Джонсон, помогавший Иэну таскать стулья, пригладил свои светлые волосы назад и выпрямился:

— Твой сын загоняет нас всех сегодня до смерти! — возмутился мужчина, нахмурившись.

— Оставь, у него свадьба. Наконец-то решил узаконить свой брак. Пусть наслаждается, — буркнул Иэн, махнув рукой, и напрягом разогнул спину. — Сынок, ты не на работе! Не надо так кричать, мы итак все слышим! — крикнул он Эдмунду.

Но мужчина вовсю носился по вишневому саду, где должна была проходить церемония бракосочетания.

Эд продолжал теребить всех и подгонять:

— Тетя Айви, давайте быстрее разберемся с этим чертовым тортом!

Джанет не выдержала, подошла к Эдмунду и хорошенько тряхнула его за плечи:

— Эд, успокойся! Слышишь?! На работе мне доставляет огромное удовольствие, когда ты носишься и кудахчешь, но сейчас мы все выдохнемся еще до свадьбы! Сбавь обороты! — приказным тоном воскликнула она, после чего начала поправлять его костюм и галстук.

Эдмунд нахмурился и поджал губы.

— Ладно, не злишь, братик. Твоя старшая сестричка сейчас все устроит, — ухмыльнулась Джанет и крикнула. — А ну живо все! Аби, двигай вазы с пионами ближе к свадебной арке и завяжи своему мужу его чертов галстук!!... Иэн и Джонсон, умоляю вас, поставьте стулья строго в ряд, даже отсюда видно, что они стоят криво!!.. Тетя Айви, где торт?! И где невеста?!?!

Иэн и Джонсон лишь обреченно выдохнули, начав по новой двигать стулья.

Сама свадьба началась ближе к пяти часам вечера.

Все семейство Куинн сейчас собралось в вишневом саду, дабы провести еще одно торжество.

Заиграла медленная музыка. Гости поднялись со своих мест.

К свадебной арке, у которой уже стояли Эдмунд и священник, направилась женщина в красивом белоснежном платье с фатой и с букетом из белых лилий и фиалок в руках. Ее рыжие волосы были заплетены в аккуратный пучок, а серо-зеленые глаза радостно блестели.

— Моя Бэйли, — с улыбкой выдохнул Эд, переминаясь с ноги на ногу.

— Тетя Бэйли такая красивая, — шепнула Келли стоящему рядом Малькольму, не отрывая от невесты взгляд.

— Ага... — ответил тот.

Бэйли Куинн подошла к арке и улыбнулась Эдмунду.

— Ты ведь уложил Уалдера спать, не так ли? — спросила женщина с долей нажима в голосе. — А кто присматривает за Зейном?

— Они под надежным присмотром своих крестных, — заверил Эд и взял ее за руку.

Оба снова заулыбались.

Начался процесс бракосочетания: Бэйли и Эдмунд произнесли свои клятвы и одели на безымянные пальцы друг друга обручальные кольца.

— Объявляю вас мужем и женой! Поцелуйтесь! — провозгласил священник.

Весь сад загудел от аплодисментов, радостных криков и поздравлений.

*****[Келли десять лет, а Малькольму шестнадцать]

— Итак, у нас новый проект, сестренка, — усмехнулся Куинн-старший. — В этот раз я решил не перепевать чужие песни, а написать свою собственную, — он передал сестре листок с текстом.

Девочка взяла его в руки:

— Ого, у тебя потрясно получилось! — восхитилась та, пробежав глазами по написанному. — Давай скорее исполним ее!

Юноша кивнул, достал камеру и включил запись, поставив ее на свой письменный стол.

Брат и сестра встали напротив стола на достаточном расстоянии от камеры, чтобы их обоих было видно в объективе.

Затем Малькольм настроил гитару, по удобнее перехватил ее руками и, взяв в правую руку медиатор, кивнул Куинн-младшей.

Девочка перевела взгляд на камеру и заулыбалась:

— Привет всем, меня зовут Келли и я...

— Нет-нет, стой. Так не пойдет. Песня же в жанре рэп, — прервал ее брат. — Тебе нужен какой-то крутой псевдоним... М-м... Как насчет Кэйси?

Глаза его сестры засияли:

— Всем привет, меня зовут Кэйси! И сейчас я исполню вам произведение искусств моего брата, — бойко сказала девочка и начала петь...

— Отлично! Просто отлично! — радовался Малькольм, пересматривая запись: он аккомпанировал Куинн-младшей на гитаре, а та пела. — Совместить рэп-начитку с гитарой было просто потрясающей идеей!!

Келли горделиво улыбалась, сидя на кровати брата по-турецки.

Юноша подписал на тонкой полоске бумаги дату, приклеил сбоку кассеты и положил ее в шкаф на одну из полок, к остальным записям их выступлений.

Все кассеты были отсортированы по датам.

— Это наше наследие, сестренка, — приосанился Малькольм, положив локоть на плечо Куинн-младшей.

Келли тоже зарделась от гордости, видя заполненные полки шкафа:

— Детям будем показывать, — усмехнулась она. — Твоим, наш завидный женишок. Уже куришь? Ах, как же девчонки сохнут по плохишам! Признавайся, ты корчишь из себя плохого парня, да, братишка?! — захохотала Келли и начала щекотать старшего брата.

— Эй!... Кыш! Не смей! — тот пытался отбиться. — Не курю, не переживай. Но хочу попробовать. Папа курит, дядя тоже и даже тетя Джанет! О дедушке я уж вообще молчу. И никого я не корчу!..

— Ну конечно-конечно, — хохотала девочка, продолжая его щекотать. — Сейчас я тебя выведу на чистую воду! Ты не сможешь долго терпеть мои мучения!...

*****[Келли тринадцать лет, а Малькольму девятнадцать лет]

Августовским вечером дверь, ведущая из кухни на веранду, тихонько открылась.

В свете закатных лучей солнца в помещение проскользнул женский силуэт.

— Т-ш-ш, потерпи еще немного, хорошо, малыш? — Келли склонилась над маленьким жеребенком, которого завернула в старую наволочку и принесла, чтобы откормить. — Ты такой милый... Я уверена, ты вырастишь сильным и выносливым мустангом!... Я назову тебя Риб...

На протяжении нескольких дней Куинн-младшая откармливала жеребенка, делая это тайком от всех.

— Он не из нашего табуна, ты же это понимаешь? Наши лошади могут его не принять, — в один из дней в кухню вошел Малькольм и застал сестру за этим занятием.

Келли как раз поила Риба.

— И что, — фыркнула девушка, закатив глаза. — Они его примут. Еще как примут. У него куча достоинств, его нельзя не принять! Им нужно будет просто поверить в него, а потом Риб оправдает их доверие!

— У тебя все такое радужное сестренка, аж тошнит, — усмехнулся Малькольм, садясь за стол.

Кроме них в кухне больше никого не было.

— А у тебя все мрачное, братишка, — парировала Куинн-младшая.

— Нельзя доверять всем подряд.

— А я и не доверяю.

— Доверяешь.

— Нет.

— Да.

— Тебе сострой щенячьи глазки и скажи: «Спасай» или «Помоги», как ты сразу побежишь помогать даже ценой своей шкуры.

— Неправда! Я помогаю только тем, кто мне дорог и кого я очень люблю. И я всегда поступаю так, как чувствую. Мне с выбором помогает моя интуиция, — Келли приподняла подбородок, глядя на брата с вызовом.

— Пф, опять это наитие. Это все бабушка Дикси, — Малькольм закатил глаза. — А головой кто думать будет?

— Я тоже думаю, оцениваю риски... Но все равно, я не хочу изменять себе, даже если мой мозг скажет, что для меня это выгодно!..

Дискуссия продолжалась еще некоторое время.

— Ты голоден? Я приготовила запеканку? — спросила Келли у брата.

— Ты уже готовить научилась? — Куинн-старший приподнял брови. — Ну, давай, я с удовольствием оценю твой шедевр, — широко улыбнулся он. — Я уже даже по запаху чую, что у тебя талантище!...

******[Келли пятнадцать лет, Малькольму двадцать один год]

— Юная леди, ну что же ты делаешь? — Джонсон вез Келли домой из школы на своем автомобиле.

Куинн сидела на заднем сидении и кусала разбитую губу:

— Она сама напросилась!.. Эта сучка!...

— Келли!

— Хорошо-хорошо... Алекса сказала, что от меня воняет коровьем навозом! Но это ведь неправда! Я взяла и как заехала ей кулаком в челюсть, уложила на обе лопатки и...

— Отлично, можешь не продолжать. Директор уже сказал всё за тебя, — оборвал ее Даллас, сложив губы в тонкую линию.

— Она сама нарвалась! Я люблю ухаживать за животными на нашем ранчо и никто не имеет право оскорблять меня из-за этого! — Келли сорвалась на крик, пару раз ударив кулаками по спинке задних сидений.

— Хорошая позиция. Люди зачастую и сами не понимают, какие они глупые, — ухмыльнулся Даллас, останавливаясь на светофоре. — Ты отлично справляешься со всеми домашними животными. Я бы очень загрустил, если бы мы с Иэном стали ухаживать за ними без тебя, — мягко произнес он.

— Я не собираюсь отступаться! Никогда! — горячо заявила Келли, подавшись вперед и просунув голову между спинками двух передних сидений, ближе к крестному. — Я сверну ей шею!..

— Юная леди!

— Хорошо-хорошо... Сначала я помогу вам снять урожай кукурузы.

— Келли!

— Хорошо, я не буду сворачивать этой тупой курице шею, — зло процедила Куинн, усевшись обратно на свое место. Она откинулась на спинку сидения и скрестила руки на груди. — Еще и эта Бритни и Зои вертятся вокруг нее. Меня тянет блевать от них!..

— Это твои подружки?

— Они мне не подружки! После того, как кинули мой пенал в четвертом классе в унитаз, я с ними больше не вожусь! И вообще, я с того момента тусуюсь только с парнями! У нас своя туса!

— Очень рад за вас, — Джонсон поморщился из-за ее громкого голоса. — Кажется, именно тогда меня и вызвали первый раз к директору, — он недовольно цокнул языком.

— Крестный, пожалуйста, не говорите маме и папе, — заканючила Келли, сложив обе руки вместе в умоляющем жесте.

— Ох, конечно я не буду. Твоя губа скажет всё за тебя, — с легким сарказмом ответил Даллас и приподнял уголок губ.

Машина Джонсона въехала в ранчо через все те же черные и тяжелые ворота. Когда автомобиль остановился перед двухэтажным деревянным домом и Келли вышла из машины, она столкнулась нос к носу с Малькольмом.

— Что с губой? — низким голосом произнёс парень, его левая рука сжалась в кулак.

— Алекса опять начала издеваться из-за того, что от меня якобы разит навозом! — выкрикнула Келли и с силой пнула ногой камешек под своей правой ступней.

— Вот сучка!...

*****[Келли восемнадцать лет, Малькольму двадцать четыре года]

Куинн-старшая не видела старшего брата около полутора года.

Малькольм уехал в городок Санта-Барбара в штате Калифорния, так как захотел стать новым гендиректором компании Куиннов и вступил в гонку.

Вернулся юноша совсем не таким, каким его ожидало увидеть все семейство.

— Малькольм, прекрати!.. — Келли пыталась отобрать у старшего брата пакетики с очередной дозой. — Ты решил откинуться или как?!

Начались муторные походы по врачам.

Парня хотели положить в специальное учреждение, чтобы вылечить от наркотической зависимости, но он ни в какую не давался.

— Господи, у него снова передоз! — Абигейл подхватила шатающегося сына, едва он переступил порог дома.

Джонсон метнулся к нему, но Келли оказалась шустрее.

Она слету вколола ему в вену необходимый препарат.

С помощью Джонсона, Арнесто и Келли Малькольма еле как уложили на диван.

— Что же ты делаешь, парень? — сетовал Иэн, его выражение лица было тревожным и измученным, — Одумайся, пока не стало слишком поздно...

Но Куинн продолжал собственноручно закапывать себя в могилу.

— Малькольм, прекрати.. Пожалуйста... — шептала Келли, наблюдая, как брат принимает очередную дозу. — Давай запишем песню, хочешь?

— Нет, не хочу, — резко отрезал тот, зыркнув на девушку туманным взглядом.

— Да что с тобой случилось?! — его сестра встала прямо перед ним и постаралась поравняться с братом в росте, встав на носочки.

— Тебе не понять! — уже раздраженнее ответил Малькольм.

— Я бы поняла, если бы ты сказал мне! Мы всегда понимали друг друга! — девушка сорвалась на отчаянный крик. — Что случилось в Санта Барбаре?!

— Это не твое дело, — грубо ответил парень и вышел из своей комнаты, оставив сестру одну.

Келли какое-то время держалась, но потом начала плакать.

В кухне Абигейл сейчас делала то же самое.

Рядом сидели Бэйли, Виллоу, Дикси и Джанет.

И никто не мог утешить мать.

— Он убивает себя! Мой мальчик убивает себя! Я просто не могу на это смотреть! — выла Аби, заливаясь слезами.

— Дорогая, девочка моя, Иэн пообещал найти Малькольму хороших врачей, — Дикси смахнула прядь седых волос с лица и погладила ее по плечу.

— Аби, все будет хорошо. Посмотри на себя, ты вся бледная! Ты решила тоже начать закапывать себя в могилу?! Ну-ка, поешь! — Джанет начала вливать в сестру куриный бульон.

— Тетя, не переживайте, ладно? Мой папа сказал, что все устроит, — Виллоу накрыла руку Абигейл своей.

— Да, вот, правильно. Мой муж все устроит, — поддакнула Бэйли, несколько раз кивнув.

— Да, Эд, все устроит! И Арнесто тоже не сидит без дела! И Джонсон! Они его спасут! — хором заговорили они, пряча свой обеспокоенный взгляд.

******[20 августа, 16:30. Малькольму двадцать пять, Келли девятнадцать]

— Алло, здравствуйте, это Арнесто Куинн?

— Алло, здравствуйте... Да... А вы, собственно, кто?

— Вас беспокоит шеф полиции Хьюстона Эдвард Вичер... Понимаете... Вашего сына, Малькольма... Вашего сына Малькольма больше нет...

Сердце Арнесто пропустило удар, а в глазах потемнело.

— По предварительному заключению причина смерти — передоз. Приезжайте на стоянку кафе «Гроуэл», что у канала.

— Я... Я скоро буду...

Куинн повесил трубку и начал медленно сползать вниз по стене. Он уселся на пол, глядя в одну точку перед собой.

Через некоторое время мужчина запустил пальцы в свои уже поседевшие волосы и начал орать.

На крики прибежали Иэн и Джонсон.

— Что? Что случилось?! Арнесто?! — Куинн-старший вытаращился на сына, будучи в дичайшем испуге.

Он догадывался.

— Умер... — последовал ответ.

— Кто умер?! — Даллас тряхнул Арнесто за плечи, не в силах сохранять хладнокровие.

Джонсон так боялся услышать его ответ...

— Мой сын умер!! — взвыл Арнесто в истерическом припадке.

Иэн сильно зажмурился и почувствовал сильную боль в районе груди. Он схватился за сердце и согнулся пополам.

— Лилипут, сколько раз я тебе говорил во время принимать таблетки, — Джонсон метнулся к нему, усадив друга на стул и дав ему нужную таблетку.

Лицо Далласа выражало полнейший шок и ужас. Но кто-то должен был взять на себя ответственность и все организовать.

На двух машинах Абигейл, Джанет, Келли, Виллоу, Эдмунд, Джонсон, Арнесто, Дикси и Иэн подъехали к кафе «Гроуэл».

Парковка близ кафешки была оцеплена, повсюду стояли полицейские машины.

В самом центре стоял белый Chevrolet Chevelle с черными полосами на капоте и крыше. Машина была припаркована лобовым стеклом к причалу и закатному небу. Вокруг нее было особенно много полицейских и врачей.

На трясущихся ногах родственники вышли из машин.

— Только близкие, не все сразу, — предупредил офицер, пропустив дальше только Абигейл, Арнесто и Келли.

За рулем сидел Малькольм.

Его безжизненное тело уже вытаскивали из салона врачи.

Глаза парня были закрыты, а кожа была бледной, как снег.

Аби издала истошный вскрик и упала прямо на колени.

Ее супруг тоже не смог долго держать себя в руках при виде мертвого сына.

Оба рыдали, выкрикивая имя парня.

Келли тихо всхлипывала:

— Малькольм, вставай... Давай запишем песню... — лепетала девушка, пошмыгивая носом.

Семейство Куинн утонуло в трауре.

Горевали все.

В это темное время все члены семьи особенно поддерживали Абигейл, Арнесто и Келли.

Куинн-младшая всё-таки не нашла в себе силы присутствовать на похоронах брата.

Из-за нее дома осталась и Виллоу, решив поддержать любимую кузину.

Келли все время находилась под присмотром детей Эдмунда: Виллоу, Уайлдера и Зейна.

Но девушка лишь отчаяннее осознавала, что ее собственный брат уже никогда не вернется домой.

Эта мысль разъедала ее изнутри.

Спустя девять дней после смерти Малькольма, Келли все также сидела в его комнате.

Она не могла смириться, что ее брат больше никогда не вернется домой.

Девушка обвела комнату пустым взглядом. Нащупав на поясе кобуру с пистолетом, Келли накинула на плечи одну из курток брата. Затем она бесшумно выскользнула из комнаты покойного брата, прокралась мимо родственников, сидящих в кухне на первом этаже. Куинн вышла из дома, уверенной походкой подошла к своему автомобилю и села за руль. Она завела двигатель и поехала кататься по городу не в самом ясном состоянии рассудка.

Ее принесло в какой-то бар.

На глаза сразу же попался мужчина, который обменивал прозрачные пакетики с дурью на деньги.

Тело Куинн словно пронзил электрический разряд.

Ее губы побелели и искривились в оскале:

— Ты убил моего брата!! — прорычала она на весь бар, перекричав громкую клубную музыку. — А теперь я убью тебя!!!

Незнакомец инстинктивно сделал несколько шагов назад, хоть между ним и девушкой было внушительное расстояние.

Выплюнув ругательство, мужчина бросился к выходу из бара.

Келли испустила еще один яростный вопль, в мгновение вытащила пистолет из кобуры, прицелилась и выстрелила.

Все произошло гораздо быстрее, чем кто-либо из посетителей мог себе вообразить.

Пуля попала мужчине в плечо.

Он рухнул на пол бара, зажимая пулевое ранение здоровой рукой. Незнакомец лежал на спине и пытался оттолкнуться от паркета ногами, чтобы отползти подальше от стрелка. Его широко распахнутые глаза и расширенные зрачки выдавали вселенский ужас.

Помещение утонуло во всеобщей панике и криках о помощи.

Кто-то звонил в службу спасения, кто-то спешно покидал бар, заботясь лишь о собственной безопасности.

В этой суете и шуме можно было различить только один внятный голос:

— Мой брат умер! Умер из-за тебя!! — Келли уже нашла себе новую цель и направила пистолет на какую-то женщину с запачканным в порошке носом. — Я убью тебя!!... Убью вас всех!...