Безнадежные

Барни немного помешкал на крыльце, все еще надеясь, что мама, удостоверившись, что его нигде нет, сопоставит это с появлением в доме незнакомой кошки. Но дверь не открывалась. Гигантский кусок дерева был неподвижным и враждебным. Эту дверь папа покрасил три года назад, когда еще жил с ними.Улица, обычно тихая, теперь была полна сотен звуков - щебечущие птицы, шум машин в отдалении, шуршащие пакеты из-под чипсов, играющие настоящий концерт на ветру.Еще что-то. Куст можжевельника в саду зашевелился. На него уставилась пара зеленых кошачьих глаз.- Привет?- Ты кто? - раздался голос, мягкий и приятный, как глоток горячего какао. - Я тебя никогда раньше не видела.Она выбралась из куста. Это была ухоженная кошечка с лоснящейся шоколадной шерсткой. Барни смутно припомнил, что это Шейла - ее хозяева недавно переехали в дом номер 33.- Нет, ты меня уже видела, - возразил Барни. Кошка тем временем подошла и потерлась мордочкой о его щеку. - Я тот мальчик, который здесь жил. Вот в этом доме. Просто... я немного изменился... и я не знаю почему.- Вот как, - промолвила она и затем повторила это еще раз: - Вот как. О, бедняжка. Бедный зайчик. Ты один из них.- Один из кого? Подожди... это что, и с другими людьми случалось?- О да. Конечно. Меня, кстати, зовут Мокка. Рада познакомиться. - Она замурчала, но в следующую секунду ее настроение внезапно переменилось, как это свойственно кошкам, и мурчание прекратилось. Теперь Мокка выглядела встревоженной.Однако Барни не терпелось понять.- Послушай, ты знаешь, почему это со мной случилось? Ты знаешь, как это можно вернуть? Ты можешь мне помочь?Но Мокка смотрела мимо Барни куда-то вдаль. Хвост у нее подрагивал, усики встопорщились. Она что-то чуяла.- Мне кажется, милый, за нами наблюдают.- Наблюдают? Кто?- Бойцы, скорее всего.- Бойцы? Это кто такие?Мокка повернулась к Барни и торопливо объяснила ему. Ее мягкий шоколадный голос теперь стал тревожным и резким, прямо как у мамы после третьей чашки кофе.- Есть три вида кошек, - сказала она. - Первый - бойцы. Это уличные кошки, которые обожают драки. К ним лучше не подходить. Второй - это диванные кошечки, вроде меня. У них есть хозяева, и они обычно сидят дома. Мы, как правило, безобидны, если только нас не пытаются купать. Ну, не считая... - Она помедлила, как будто боялась произнести это вслух. - Не считая Наводящего Ужас.- Наводящий Ужас? Кто это?Мокка подошла ближе и зашептала:- Надеюсь, ты этого никогда не узнаешь.- Почему? Что в нем такого страшного?- Когда-то он был самым обычным котом, но потом он изменился, и все светлое в нем стало темным, - сказала Мокка, вздрагивая. - У него появились силы, темные и злые, и он стал другим. Выглядит он все так же. Но он стал совсем, совсем другим...- А из-за чего он изменился?Но ответа на этот вопрос Барни не получил. Дело в том, что Мокка заметила кое-кого еще: на другой стороне улицы под припаркованной машиной лежал разбойничьего вида толстый кот и глядел прямо на них. Точнее, прямо на Барни.- Это и есть Наводящий Ужас?- Нет, дорогой мой. Ты бы понял, если бы это был он. А это Тыковка. Боец. Он тупица. Но отчаянный. И у него есть целая шайка дружков, таких же тупых и отчаянных.- Почему он так на меня уставился?- Не знаю, - протянула она, и Барни вдруг показалось, что дружелюбия в ней поубавилось. - Ну, я бы с радостью тут с тобой поболтала, честное слово, но моя хозяйка - Шейла - сегодня уезжает на выходные, а меня отправляют в приют для кошек. Так что мне ни в коем случае нельзя опаздывать домой!- А я думал, кошки ненавидят приюты.- Только не этот! Там просто чудесно.И кошка потрусила прочь вдоль стены дома.- Эй, подожди! - закричал ей вслед Барни. - Ты сказала только про два вида кошек. А третий?Мокка остановилась, подергивая хвостом, и обернулась.- Третий - это такие, как ты. Бывшие люди, оказавшиеся в кошачьем теле.- И как мы называемся? - спросил Барни, оттягивая время: ему не хотелось, чтобы Мокка уходила.- Безнадежные, - печально сказала Мокка. - И это правда так. Надеяться вам не на что.