Прыжок

Мама достает столовые приборы из кухонного ящичка. Раньше он ни за что не услышал бы это со второго этажа. Теперь же звук был таким четким, словно мама находилась с ним в одной комнате.Вот она кормит Гастера. Ложка стучит о край миски.«Мама!» - закричал Барни. Крик остался беззвучным: рот больше его не слушался. Это был пересохший кошачий рот, не способный ни на что, кроме жалкого мяуканья.Тут вдруг его усики встопорщились и затрепетали (кошачье волшебство номер шесть, как вы уже знаете) от ощущения близкой опасности; и в тот же миг все тысячи шерстинок, покрывавших его тело, встали дыбом.Гастер.Гастер с жадностью проглотил свой завтрак секунд примерно за пять. После этого он обычно делал одно из двух. Либо он заваливался спать в свою корзину, либо - чаще всего - несся наверх в комнату Барни, чтобы облизать ему лицо. Только вот сегодня он не обнаружит лица Барни. Вместо этого он найдет кошачью морду. А Барни прекрасно знал, что Гастер для кошек - примерно то же, что горячая печка для мороженого.Перед глазами у него промелькнуло воспоминание: Барни гонится за сиамской кошкой в парке. Кошка исчезла раньше, чем Гастер успел что-то сделать, но только потому, что это была супербыстрая кошка - она испарилась в мгновение ока, словно по волшебству.Тогда это показалось Барни очень забавным. Но теперь, когда он сам стал котом, ничего смешного он в этом уже не видел.Он посмотрел вниз, на ковер.Прыгай. Ты должен прыгнуть.Если ты отсюда не выберешься, Гастер тебя сожрет.Вот и оно.Грохот собачьих лап по лестнице, все ближе и ближе.«Прыгай!» - приказал себе Барни в последний раз.Он зажмурился. Перед глазами у него возникло папино лицо в тот день, когда он стоял у края бассейна, убеждая Барни прыгнуть с трамплина. «Сынок, у тебя все получится». Тяжелые шаги пса-убийцы уже грохотали по ковру в коридоре.Надо прыгать. На раз-два-три.Раз, два...Барни зажмурился и спрыгнул с кровати, описав ровную дугу, как вода, льющаяся из стакана.

Однако приземление оказалось тяжелым и неуклюжим: он проехался подбородком по ковру, чуть не свернув себе шею. Очертания предметов на миг расплылись, потом снова стали четкими. Раздумывать было некогда. Тяжелое дыхание Гастера слышалось уже у самой двери.Барни бросился бежать. Он сам не понимал, как ему это удавалось, ведь в новом его теле все было не на своих местах. Он забился в угол комнаты - комочек, сжавшийся от страха, - а Гастер между тем уже поддевал носом огромную дверь.Дверь распахнулась, закрыв собой Барни, который пытался не обращать внимания на свой внутренний голос, твердивший ему, что он скоро умрет.Гастер вспрыгнул на кровать и принялся ее обнюхивать. Затем с грохотом, прозвучавшим для Барни, как небольшое землетрясение, он спрыгнул с кровати.«Это все мне мерещится, - сказал себе Барни. - Я не кот. Я человек. Я мальчик. Мне двенадцать лет. Все будет...»Мокрый собачий нос просунулся за дверь; две черные ноздри были похожи на глаза огромного чудовища. Нос немного помешкал, пока его обладатель осмысливал происходящее. Затем он оттолкнул дверь назад, и над Барни нависла морда Гастера, обросшая коричнево-белым мехом. На морде этой сверкали глаза, и она была раз в десять больше, чем раньше. Чудовище породы Кинг чарльз.Затем произошло невозможное. Раздался голос. Полный важности и самомнения, как будто и правда принадлежащий королевской особе, голос Гастера:- О боги! У меня просто нет слов! Мерзкая кошка. В моем доме. В моем собственном доме!- Нет, это я... - начал Барни, с удивлением отметив, что Гастер его понимает. - Я Барни. Гастер, это правда, поверь мне. Я не понимаю, что происходит. Я просто... Что-то такое случилось за ночь...- Что ты здесь делаешь? Каковы твои намерения? Говори! Говори, заклинаю тебя!В глазах Гастера сверкало безумие. Он казался способным на все.- Это я!- Придержи язык! - сердито рявкнул Гастер. - Ты вообще понимаешь, с кем говоришь? Я спаниель Кинг чарльз. Мои предки были свидетелями реставрации королевской власти в Англии. Благодаря им мы сегодня видим эту страну такой, какая она есть. И как и у всех представителей моей благородной породы, у меня есть принципы, которым я неизменно следую. И важнейший из них - никогда не пускать в свой дом незваных кошек. Если же это произошло, остается одно: уничтожить указанную кошку. Так что, жалкий проходимец, я настоятельно рекомендую тебе приготовиться к смерти.- Господи, Гастер, да в чем дело? Прекрати лаять! - Это мама Барни кричала снизу. - У меня голова раскалывается.- Мам! - попытался прокричать Барни. - Мама! Мама!Три жалких мяу, не достойных даже того, чтобы поставить их в кавычки.Гастер зарычал, оскалив зубы. Он явно планировал вонзить их в Барни.- Гастер, послушай, - сказал Барни, радуясь хотя бы тому, что Гастер мог его услышать. - Это я, Барни. Спроси у меня что угодно. Что-нибудь, что могу знать только я, и...Гастер, щелкая зубами, сделал шаг вперед. Барни вжался в стену. В человеческом мире ни одно животное не казалось таким милым и безобидным, как спаниель породы Кинг чарльз. Но не в кошачьем мире...- Подлый трусливый котяра!- Гастер! Клянусь тебе, я - Барни. Вчера у меня был день рождения. Мой папа пропал, и, возможно, умер. Мой папа - ну, ты знаешь, это он взял тебя из собачьего приюта.Услышав это, Гастер пришел в ярость:- Из собачьего приюта?! Какое пятно на моей репутации! Да как ты смеешь?! Повторяю еще раз: я спаниель Кинг чарльз. Мои предки жили при королевском дворе короля Карла Второго. Им оказывали почести, о которых остальные собаки могут только мечтать. Собачий приют! Какое оскорбление!Барни не знал, что и сказать.- Но это правда. Твои предыдущие хозяева от тебя отказались. Так что мы тебя спасли. А именно, папа тебя спас.Гастер замер, о чем-то задумавшись. Может быть, Гастер все-таки проникся его словами? И станет его союзником? Но нет.- Врррру-н! - прорычал Гастер.И его оскаленные челюсти придвинулись еще ближе.«Я сейчас умру, я сейчас умру, я сейчас...»Закрыв глаза, Барни смиренно ждал, когда пес откусит ему голову, но этого почему-то не произошло.Огромные зубищи были уже в миллиметре от Барни, когда вдруг собаку резко оттащили назад. Это миссис Ив схватила его за ошейник - не ведая о том, что тем самым спасла жизнь своему сыну.Открыв глаза, Барни увидел великаншу, нависшую над ним.Мама тоже его заметила. Только она, конечно, не поняла, что это он.- О боже! - воскликнула она. - Кошка! Барни, будь так добр, скажи мне, что в твоей комнате делает кошка? Барни? Барни?.. Барни?!Она растерянно уставилась на пустую кровать, не понимая, куда мог деться ее сын. На лицо ее, словно тучки, набежали беспокойные морщинки.- Барни, ты в ванной? - позвала она. - Ты все еще мучаешься с этим волоском?- Нет, - сказал Барни. - Нет, я здесь. Я кот. Это я. Мам, пожалуйста, послушай меня! Мам!Он умоляюще вскинул на нее глаза. Но это было все равно что пытаться говорить с колокольней.- Ты лжец, вторгшийся в чужие владения! - рявкнул Гастер. - Прошу вас, миссис Ив, позвольте мне разобраться с этим бродягой.- Пойдем, Гастер. - Мама оттащила спаниеля и, пройдя по коридору, заперла его в бывшем папином кабинете, который теперь служил комнатой для гостей. - Сиди здесь, - услышал Барни ее голос. - И не вздумай скрестись в дверь.Она сразу же вернулась. Нагнулась, взяла его под живот, и он вдруг вознесся в воздух. Он попытался уцепиться за ее халатик, и когти, как по волшебству, сами выдвинулись и ухватились за ткань.- Не царапайся, шалун, - пробормотала мама. - Ну, и где же Барни? Барни? Ты где? У меня правда нет времени на эти игры!- Я здесь! У тебя на руках!Мама таскала Барни с собой по всему дому, заглядывая во все комнаты и все крепче сжимая его живот. Она начинала беспокоиться.Наконец миссис Ив открыла входную дверь, отцепила когти Барни от халатика и бросила его на землю, в морозное февральское утро.- Мама! - закричал он. - Мама! Не волнуйся! Я...Огромная дверь с тяжелым стуком захлопнулась, и он остался на улице.Замерзший.Потерянный.И бесконечно одинокий.