Пролог

«Она охотиться за нимНо он тоже охотиться за ней»

Тишина в доме стояла мёртвая, как будто затаилась в ожидании. Каждая ступенька под ногами скрипела так громко, что казалось – этот звук разносится эхом по всем пустым комнатам, в каждую трещину облезших стен, в каждый прогнивший угол.Ветер гулял по коридорам, срывая обои, хлопая дверьми, словно насмехаясь — он знал, что мне страшно.

Я, тяжело дыша, сжимала в руках ржавую ручку кухонного ножа, который нашла на полу. В темноте глаза медленно привыкали, но я знала — он всё ещё где-то рядом. Где-то среди тени, наблюдает. Ждет.Как зверь, который знает свою территорию. А я — всего лишь добыча, которая забрела в логово.

На стене мелькнула старая рамка. Я не хотела смотреть, но взгляд сам зацепился. Фотография — старая, выцветшая.На ней была я. Моя спина, и фигура позади — размытая, но узнаваемая. Он. Снято явно недавно. Я вздрогнула, кровь застыла.Он знал обо мне всё. Уже давно.

Он появился внезапно — как кошмар, шагнув из сна в реальность. Ни слова, ни звука — только шаги и эта чёрная, пустая прорезь на месте глаз. Я не понимала, почему нахожусь тут, но теперь это неважно. Главное — выбраться отсюда любой ценой.

И вдруг тишина сломалась. Сверху, с чердака, раздался тяжёлый, мерный шаг. Он знал, где я. И он не спешил — решил поиграть.Словно проверял, насколько долго я смогу оставаться в сознании от страха.

Я рванула с места, забыв о дыхании, о боли в сбитых коленях, о дрожи в руках. Только вперёд. Только вниз — к чёрной лестнице, ведущей в подвал, где пахло плесенью и сыростью, но где можно было спрятаться хотя бы на пару минут.Дом будто дышал за мной в спину — стены скрипели, пол дрожал, воздух сжимался.Сзади — скрип. Один шаг. Второй. Он не торопился. Он знал: страх — лучший поводырь. Он не охотился. Он ждал, пока я сама себя загоню в угол.

Подвал встретил меня кромешной тьмой и глухим стуком сердца в ушах. Дверь за спиной захлопнулась, но я не посмела обернуться. Просто присела в углу, между заваленными ящиками и старым велосипедным колесом, которое зловеще покачивалось, будто кого-то звало.

Шаги затихли. Где-то сверху. И вдруг — голос. Тихий. Хриплый. Будто сквозь старое радио.— Я вижу тебя.Я зажала рот рукой, чтобы не закричать. Он не мог знать. Не должен был. Я спряталась. Я...

Капля. Одна. С потолка. На плечо. Тёплая.Медленно подняла голову.Он стоял прямо надо мной — на деревянной решётке чердачного люка, из которой стекала кровь.

Он знал, где я с самого начала.Резко вскочив, ударившись плечом о край стеллажа, тот жалобно застонал и начал оседать. Но я уже мчалась прочь, цепляясь за бетон, за стены, за воздух.Подвал оказался лабиринтом, в котором я не знала пути. Пыль, паутина, разбитая мебель, старые детские игрушки — всё казалось частью странной ловушки, расставленной заранее.Как будто кто-то знал, куда я побегу. Заранее. И подготовил.

Позади — щелчок. Как будто кто-то тихо закрыл за собой дверь. И снова тишина.

Теперь я бежала наугад, спотыкаясь, падая, поднимаясь. Где-то вдалеке — слабый свет. Узкое окошко, почти на уровне пола. В подвале был выход — видела его, когда забегала. Он был закрыт, но если сильно ударить...

И тут я замерла.А что, если он ждал у окна? А если это — ловушка?Сердце заколотилось сильнее. Но выбора не было.

Вцепившись в металлическую раму руками, начала дёргать. Пальцы скользили, рвались в кровь. Свет тусклый, но живой — в нём была надежда. Где-то снаружи был мир. Люди.Безмолвие исчезло — теперь в голове звенело одно: вырваться.— Ну же... — шептала я, не зная, кому — себе, богу, случайности.За спиной снова послышались шаги. На этот раз — быстрые. Я с криком навалилась всем телом на окно. Стекло треснуло. Кусок впился в руку, кровь брызнула, но было уже всё равно. Слёзы застилали глаза, сердце колотилось, как у пойманного зверя.

Он уже был рядом. Чувствовала. Дышал за спиной. Тепло, тяжело. И вдруг — голос. Громче, чётче.— Ты не выйдешь отсюдаОкно поддалось. Один рывок — и я вывалилась наружу, вниз по склону, в мокрую траву. Луна вынырнула из-за облаков. Я отползла, как могла, подальше от дома, раненая, дрожащая, живая.Позади — зиял чёрный проём окна, но никто не появился. Он не вышел. Он остался внутри.

Он знал, что вновь найдёт меня.Он всегда находил.И теперь игра действительно начиналась.Только теперь по его правилам