Часть 14. Выбор сделан

Ночь. Палатка. Сопение пацанов вокруг, где-то далеко на улице странные шорохи, как шаги. Может, действительно раздаются, а может у меня просто начинается паранойя и я схожу с ума. В прочем, судя по всему крыша моя съехала ещё давно, ибо была бы она на месте, я бы не оказалась тут и могла бы принять более умное решение в ту ночь на складе. Сделать можно было что угодно, чтобы не попасться я была готова на многое, но уже поздно. Увы.

Мне не спится, не могу спать. Решение принято. Окончательно и бесповоротно. Не о чем больше думать, остается ждать завтрашнего дня. На улице поют свои песни сверчки, ветер тихо дует где-то далеко... А в голове почему-то закрутился стих. Я не знаю кто его придумал, может, первой стала я, может, где-то на страницах чужой книги те же строки и слова, которые мне когда-то довелось прочитать.

«Ангел грешный, ангел светлыйЗабери меня с собой, Ты в пучине неземной, Ты расправишься со мной, Пусть ножом, заточкой хоть...

Пронесется вдалеке молва, А ты выжжешь папиросой на Моей груди слова:«Сволочь», «Мразь», «Убийца», «Сука»Их я на душу приму, И спокойненько засну.».

Я положила руку на лоб и спустила её вниз, надавив на веки закрыла себе глаза. Так их закрывают покойникам. Я себя уже давным-давно живой не считаю. Последний импульс мозг отдал сегодня утром, или, если глянуть на часы, вчера, когда я решилась обнять Тяпу. Больше никаких признаков жизни.

Завтра всё решится... И я буду этого ждать. Ждать и бояться.

***

Утром после всех мероприятий и тренировки я шла в курилку, где сидели Кот и Тяпа. Всё рядом, всё близко, поэтому много времени мне не понадобилось. Всё было как обычно. Весёлый смех, запах папирос, Маэстро играет на гитаре, пацаны поют. Спокойствие и идиллия, как и всегда в этом месте.

—Слышь, Кот! — Позвала я брата, подходя со спины. Обернулся не только он, но и всё остальные.

—Чё тебе? — Спросил Тяпа за него.

—Папироску не дадите? — Подойдя к ним я задала вопрос, улыбаясь весело.

—Совсем обнаглела, курево у брата старшего просить? — Костя нахмурился.

—Да дай папиросу, жалко что-ли? — Настаивала я. Покурить для успокоения не помешало бы. Ожидался важный разговор.

—Ц, на! — Выудив из пачки последнюю, Чернов недовольно протянул её мне. Я взяла и улыбнулась.

—Спасибо. — Сунув её в зубы, я взяла из кармана спичечный коробок и подкурила себе. Вот теперь к разговору готовность была, пусть минимальная.

Я выдохнула сизый дым, посмотрела в небо, куда он улетает, а потом снова на ребят. Все пацаны уже давно отвернулись, а Тяпа и Кот продолжали смотреть, обернувшись, будто чего-то ждали. Но сегодня придётся их разочаровать. Пока нутро орало о том, что нужно рассказать всё сейчас, не смея медлить и не стыдясь подробностей, тело будто само развернулось и стало идти в сторону второго отряда.

—Ты куда?! — Прокричал Валя вслед.

—Паша звал, просил помочь. Я быстро.

***

Перед тем, как зайти на их территорию я кинула папиросу на землю и раздавила носком ботинка, потушив.

Ноги резко стали словно каменными. Каждый шаг — пытка. За голени будто кто-то держал, пытаясь тащить назад, но я не слушалась и сопротивлялась, продолжая ход. В лёгких как стекло, каждый вдох — неимоверная боль, от которой хотелось орать. Но знакомый силуэт показался вдали, двигался в сторону их палатки. Видимо, что-то забыл или оставил какую-то вещь.

—Студер! — Крикнула я и остановилась. Всё. Двери назад закрыты. Он посмотрел на меня. Подозвав его жестом руки к себе я подготовилась, повторяя раз за разом ту фразу, которую хотела сказать в своей голове. Парень приблизился.

—Что выбрала? — Спросил он тихо.

—Первое. Ночью в два часа в душевых. Не опаздывай. — Шёпотом ответила я. —Приходишь один. Вижу хоть одну шестёрку рядом или за дверьми — ничего не будет. — Я, закончив, поспешила уйти прочь.

Оставалось дождаться ночи. Двух часов, которые были выбраны мной при расчёте того, что все будут спать в это время. В горле стоял ком, от нервов подташнивало. Но самое важное сделано, я сама выставила условие, я сама его заманила и сама сделаю то, что спланировано.

Всё продолжалось относительно нормально и относительно спокойно. Мы с ребятами спели несколько песен, я почти успокоилась. В какой-то момент Тяпа, прервавшись, неожиданно спросил:

—Всё нормально? Ты сама не своя который день, вся бледная какая-то... — Он смотрел на меня немного обеспокоенно. Вопрос был как знак, как шанс и последняя возможность сказать, отменить всё, сделать то, что действительно стоит...

—Да, всё хорошо. — Ответила я коротко. Тяпкин вздохнул, и мы с ним продолжили петь.

Спустя пару песен пришёл дядя Паша, и уже действительно попросил помочь. Нужно было перенести тёплые комплекты формы, утеплённые одеяла и освободить место на складе под закрутки и заготовки. Шла активная подготовка к следующему, зимнему сезону. В число отобранных мучеников попали в том числе мы втроём: я, Кот, Тяпа.

Кота отправили на склад вместе с Маэстро и Калугой, Паша пошёл с ними, чтобы не своровали ничего. Тяпу со мной направили на перенос постельного белья, а Окуня с Бабаем на перенос формы.

Это было не очень сложно, просто перетащить одеяла из кладовки в палатку и расположить их где-то в уголке, чтобы лежали до зимы. К тому же Валя постоянно шутил, с ним было всегда легко.

Где-то на середине пути из кладовки он снова внезапно спросил:

—Тебе точно помощь не нужна? — Глянув на меня.

—Да нет, я справляюсь, одеяла в общем-то не тяжёлые. — Улыбнувшись, я посмотрела в его глаза в ответ.

—Нет, ты не поняла. Разобраться тут ни с кем не надо? — Как второй знак.

А вот тут я уже задумалась. Не стоит ли сказать сейчас? Помолчав немного и приняв решение я наконец ответила:

—Тяп... Ты знаешь... — Опять замолкла, всё же думая по новой.

—Чё я знать должен? — Парень насторожился и нахмурился, вопросительно кивнув.

—Сегодня ночью... — Я сглотнула вязкую слюну, решаясь. —Дождь обещают. — Сил не хватило. Хотелось избить саму себя прямо тут.

Валя улыбнулся, и разговор снова перешёл в шутку. Вот только сейчас смех пришлось выдавливать, ибо мысли вновь перетекли не в то русло.

***

Ночь. Завязывая шнурки ботинок, я думала лишь о том, что ждет меня через несколько минут. Спокойное равнодушие, какое было в прошлую ночь, сменилось животным ужасом перед ближайшим будущим. Я тихо встала, начала натягивать свитер.

—Рысь... — Я вздрогнула. Снова Тяпа. Он проснулся и сонно смотрел на меня, вслед за ним и Кот. —Ты чё, как Череп, что-ли?.. — Тихий вопрос.

—Съехал что-ли?.. Нет, нужду справить. — Ответила шёпотом. И тут я поняла, что потеряла свой третий шанс. —Я скоро.

С этими словами палатка была мною оставлена. Ночь обдала холодом сразу же, когда я вышла, ветер больно хлестнул по щекам. В горле стоял ком, на ногах словно были кандалы. Идти в эти проклятые душевые не хотелось, было страшно и внутри всё горело желанием вернуться назад, всё рассказать, признаться. Но я не стукачка.

Вспоминался недавний разговор с Тяпой, слова, которые говорил Кот после моей неудачной попытки. Они были готовы, они ждали лишь одного — моего сигнала. Но я почему-то решила, что не имею никакого права его подать.

В лунном свете показалось здание, похожее на амбар, душевые, в которое вошёл высокий и тощий силуэт. Увидев его, я почувствовала, что не могу. Мне не хватает сил. И, развернувшись, я на всей своей скорости побежала назад, рассказывать всё. В груди паника росла, как грозовая туча в небе, предвещая ураган. Слёзы рвались наружу, но их нужно было удержать, чтобы мочь рассказать всё нормально и верно, не упуская ни единой детали...