4. Эхо сплетен

Глава 4: Эхо сплетен.После обеда она не пошла на лекцию. Просто не смогла. Сердце грохотало, ладони были влажными, а внутри — мешанина из адреналина, паники и какого-то странного... восторга.Он действительно положил руку ей на шею. Спокойно, естественно, как будто делал это сто раз.Вероника попыталась отмахнуться от мысли, но картинка не уходила. Как и ощущение — оттого, как тепло и надёжно это было. Слишком реально, слишком неиграючи.Заглянув в женский туалет, она остановилась у двери. Из кабинки доносились голоса. Знакомые.— Я тебе говорю, Лиса с ним мутит! — шептала взволнованно Маша, та самая, что вечно всё знала первая. — Я сама видела. Он держал её за руку. И вообще… ну, ты видела, как он на неё смотрит?— Блин, может, она с ним за оценки? — пробормотала вторая. — Лиса-то умная, но не настолько, чтобы играться с преподом.— Или наоборот — настолько, чтобы играть по-крупному.Смех. Слова кольнули неприятно. Как будто грязью полили.Лиса за оценки. Мутит с преподом. Она бы закатила глаза, если бы не тот факт, что... ну, формально это не совсем ложь. Только не в том смысле.Она зашла резко — и тишина наступила мгновенно. Обе девушки у зеркала замерли, словно их застукали.— О, Вероника, — Маша выдавила кривоватую улыбку. — Мы тут просто…— Сплетничаете? — спокойно сказала она, глядя прямо. — Отлично. Тогда запишите: я с ним не за оценки. Я с ним — потому что он красивый, умный и умеет варить кофе лучше, чем вы — сплетничать.И, развернувшись, вышла, не дожидаясь ответа. Спина горела от напряжения, но шаг был твёрдым. Хотя внутри всё тряслось.Когда она вышла на улицу, её уже поджидал он.— Прогуливаешь мою лекцию, Лиса? — Дмитрий стоял, облокотившись о перила.— Я... была занята. Репетировала гневную речь.— В женском туалете?— Там отличная акустика.Он чуть усмехнулся. Молча протянул ей бумажный стаканчик. Кофе. Горячий. Сладкий. Именно как она любит.— Подумал, что ты разозлишься. Или расплачешься.— Я не плачу из-за сплетен.— Нет, — тихо сказал он, смотря на неё слишком внимательно. — Ты плачешь из-за предательства. Из-за несправедливости. Из-за одиночества. Но не из-за сплетен.Его голос был другим. Спокойным. Почти заботливым. И в этот момент она вдруг почувствовала, что теряет почву. Потому что он начинал видеть её — не образ, не студентку, а настоящую Лису.— Ты пугаешь меня, — призналась она.— Это хорошо. Значит, ты начинаешь понимать, что со мной игра — не игрушка.Он сделал шаг ближе, снова нарушая её личное пространство.— Ты думаешь, что управляешь этим спектаклем. Но, Лиса...  — его взгляд стал острее, голос — мягче. — Может быть, всё наоборот?