17. Ради всего святого

ГЛАВА 17РАДИ ВСЕГО СВЯТОГОФРЭННИМы с Люком бежим под дождем до машины, держась за руки. Я боюсь спрашивать, но все равно делаю это.- Куда мы едем?- Есть только один человек - если так можно выразиться, - который, вероятно, знает, что, черт побери, творится, - отвечает он, заводя мотор.Пока мы едем, начинается ливень, а когда останавливаемся у дома Гейба, то шторм разгорается в полную силу. Теперь снаружи просто потоп: жирные дождевые капли сплошным потоком покрывают лобовое стекло и стучат по крыше тысячами крошечных молоточков. Всю дорогу я размышляю лишь над тем, что сказала Люку - я люблю его.И о чем я только думала?Он демон. Я до сих пор не могу постичь, что это все-таки значит. Но у него рога!И я сказала, что люблю его.О боже! Откуда пришли эти слова?Я не люблю его.Так. Любви не существует.Но и демонов тоже!Он выключает двигатель и смотрит на меня. Я ужасно боюсь Люка, но, как бы глупо это ни казалось, мой страх не имеет ничего общего с его нечеловеческой сущностью.О боже. Я и впрямь люблю его?Он тянет меня из машины и ведет по ступенькам на крыльцо, звоня в дверь. Во всех окнах темно.- Может, его нет дома, - с надеждой говорю я, не готовая оказаться наедине с ними двоими.- Он здесь, - отвечает Люк перед тем, как дверь отворяется и на пороге появляется Гейб, одним своим видом приводя меня в замешательство.Я не могу быть здесь с ними двоими. Не когда я так сбита с толку. Ведь три дня назад я точно так же до ужаса боялась того, что люблю Гейба.Я поворачиваюсь к Люку.- Уверен, что это хорошая мысль?- Он, возможно, знает, что происходит.- Происходит с кем? - подает голос Гейб, дотягиваясь до моей руки и затаскивая меня внутрь дома.- Со мной, - говорит Люк, заходя следом.Гейб поворачивается к свету и осматривает Люка с ног до головы.- И... - спрашивает он, закрывая дверь.- Я не могу перевоплотиться, - тихим и мрачным голосом произносит Люк.Гейб выглядит потрясенным, словно знает, о чем говорит Люк, и это что-то значит.- Покажи.Люк делает шаг назад, закрывает глаза, набирает воздух в легкие и выпускает маленькие черные рожки. Я слежу за трансформацией как зачарованная, борясь с желанием прикоснуться к нему.- Попробуй получше.- Это и есть получше.- И он не такой горячий, как раньше, - вставляю я.Люк смотрит на меня с надеждой в глазах.Лицо Гейба озаряется пониманием.- Я все думал...- Думал о чем? - Рожки Люка исчезают.- Помнишь, ты говорил мне, что не хочешь, чтобы Фрэнни пострадала?- Да, - переводит на меня взгляд Люк.- И я сказал, что верю тебе.- Да.- Все началось тогда. Твои мысли висели в воздухе, и любой самый древний ангел мог бы их услышать. Мысли демонов я не слышу.- Ты рылся в моей голове? - рычит Люк, зло сощурившись.- Ага, - ухмыляется Гейб, - И должен сказать тебе, что твой план провалился. Ты любишь ее, догадывался ты об этом или нет - это факт, отправивший твой ничтожный план ко всем чертям, так сказать.Я перевожу взгляд на Люка.Он тоже любит меня?Люк свирепо смотрит на Гейба, затем отворачивается к окну.Моя голова идет кругом - мысли, образы и эмоции беспорядочно вертятся внутри меня. То, что я слышу и о чем думаю, просто невозможно - но в то же время это правда. Какая-то крохотная частица меня все же испытывает облегчение, словно она ведала, что приближается.Люк - Люцифер - его жар - рога - демон. Сейчас, в присутствии Гейба, это кажется более реальным, чем в квартире Люка.Гейб.Дыхание у меня перехватывает, когда все кусочки головоломки встают на свои места. Гейб - Габриэль - его лучезарная улыбка - и все предостережения. И то, что он сейчас сказал... «любой самый древний ангел мог бы услышать».Нет.Я смотрю на Гейба, не в силах скрыть потрясение. Ангел?Он настороженно смотрит на меня и вслух отвечает на мой немой вопрос.- Да.- Нет!!!Почему мне сложнее принять это, чем мысль, что Люк демон?Потому что ангелов не существует - рая нет - и Бога нет.Комната начинает вращаться вокруг меня, и я наклоняюсь вперед, упирая руки в колени и силясь набрать воздуха в разрывающиеся легкие. Но мое горло сжимается сильнее, когда я вспоминаю о Мэтте, а затем я и вовсе лишаюсь кислорода.

Если Бог существует, то почему забрал моего брата?Ноги подгибаются, и перед тем, как окончательно потерять сознание, я чувствую, как Гейб подхватывает меня на руки.

Когда я открываю глаза, то первым делом вижу перед собой взволнованное лицо Люка. Он сидит на краю дивана и держит меня за руку. За его спиной маячит Гейб. Я делаю прерывистый вдох и пытаюсь сесть, но Люк укладывает меня обратно, поправляя подушки под головой.- Я ничего не понимаю, - хрипло шепчу я.Люк смотрит на меня сверху вниз, в его глазах - обещание всего, чего я пожелаю.- Спрашивай о чем угодно.Мои мысли безнадежно спутались в клубок, а изо рта вырывается невнятное бормотание.- Вы здесь... оба... что... зачем? - наконец выдавливаю я дрожащим голосом.Голос Люка нежен, словно он успокаивает испуганного ребенка, кем я, собственно, сейчас и являюсь.- Потому что здесь ты.- Я... вы здесь из-за меня? - Кровь опять уходит из головы, а перед глазами пляшут звездочки.- Да.- Зачем? - шепчу я.На губах Гейба появляется сардоническая улыбка, когда он садится на подлокотник дивана у моих ног.- Я здесь, чтобы защитить тебя от него, - кивает он в сторону Люка.Меня трясет и подташнивает.- Защитить меня от... него?Гейб поворачивается к Люку с выражением отвращения на лице.- Ты ей не сказал? Ну ты и тормоз!Люк выглядит ужасно, когда встает и идет к окну. Он с такой силой стискивает руками подоконник, что странно, как дерево не разлетается в щепки, и не отрывает взгляда от пола.Гейб спускается на диван, садясь рядом со мной. Обхватывает меня, и я утопаю в его объятиях.- Люк здесь затем, чтобы отметить твою душу для ада.- Отметить мою душу... - В голове опять все плывет, а звезды вспыхивают ярче. Потом горло сжимается, когда я думаю о том, почему принадлежу аду.- Это из-за того... что случилось?Гейб крепче обнимает меня.- Нет. Это не имеет никакого отношения к случившемуся.Люк поворачивается к нам с вопросом в глазах.Я отвожу взгляд и сильнее прижимаюсь к Гейбу.- Тогда почему именно я?Гейб пронзает Люка стальным взглядом, отчего вдруг на лице Люка появляется неуверенность.- Я никогда не знал наверняка, - наконец говорит он, - Мне было известно только, что я должен отметить ее душу.- Хм, наверное, Бехерит очень уж верит в твои силы, - с сарказмом отзывается Гейб.Люк готов убить Гейба взглядом.- Заткнись, черт побери. Не мое дело знать это.Но затем он смотрит на меня в объятиях Гейба и опускает взгляд к полу.- Какие мы ранимые, - немного смягчившись, произносит Гейб. - Однако у тебя есть неплохая догадка.Люк кивает, но ничего не говорит.Гейб притягивает меня к себе сильнее.- Фрэнни, ты особенная. У тебя есть особенные... умения. Кое-какой дар, за который обе стороны готовы на убийство - в буквальном смысле, только чтобы заполучить его.- Обе стороны - в смысле, рай и ад?Гейб кивает.- Нет у меня никакого дара.- Есть, - Он переводит взгляд на Люка.Взгляд Люка осторожно перемещается с пола на меня.- Фрэнни, ты видишь кое-что.- Не знаю, о чем ты.- У тебя есть предвидение... те образы. Халиб, отец Тейлор. Ты знала.Мое горло сжимается, когда я вспоминаю об этих кошмарах - о том, что видела, перед тем как это происходило. Лица, следующие за молнией в моей голове: Мэтт, бабуля, Халиб, мистер Стивене и многие другие.Гейб отодвигается и смотрит мне в глаза.- Но есть еще кое-что. Поважнее.Я снова смотрю на Люка, на моих глазах побледневшего как смерть. Он медленно качает головой. Гейб поднимает на него взгляд и кивает.- Подчинение... - шепчет Люк, хмуря брови так, будто у него внезапный приступ головной боли. Затем опускает голову и потирает переносицу, - Дьявол правый...- Что? - говорю я. По спине бежит холодок, и Гейб привлекает меня ближе.- Гитлер, Моисей... что у них общего?Я сейчас не в состоянии разгадывать головоломки.- Просто скажите, что происходит. - Я сама стыжусь своего слабого голоса.- Ты ведь знаешь историю Моисея. У него была способность заставлять людей слушать: подчинять своей воле их мнения, мысли. До тех пор не было никого подобного ему. Когда Люцифер увидел, что именно может Моисей, как Всевышний работает с его помощью, он понял, что облажался. И когда появлялся кто-то с подобными способностями, Люцифер боролся, больше не желая оказаться поверженным. К слову, приемы он использовал грязные, - говорит Гейб, сердито глядя на Люка. - И победил. Мы все знаем, что произошло в нацистской Германии. До нынешнего времени больше не было никого с подобной силой, - Он многозначительно смотрит на Люка, затем снова на меня, - А теперь - ты.Я смотрю на Люка, стоящего с широко распахнутыми глазами и приоткрытым от ужаса ртом.- Послушай, вот в чем дело. Если они заполучат тебя... - Гейб легонько кивает в сторону Люка, - повлияют на тебя, то ты - Гитлер, правда, еще хуже. Если останешься с нами, ты - Моисей. Твоя сила будет лишь крепчать, - Он стискивает зубы и качает головой, - Фрэнни, ты ведь не настолько наивна, чтобы верить, что по своей натуре люди добры.Я чувствую себя крохотной и ничтожной, а все, что я знала раньше, что было реальным, исчезло. Меня одолевают сотни тысяч вопросов, но я не могу собрать их воедино - и задаю лишь один.- Почему сейчас? - слышу я свой шепот.- Теперь ты сама по себе. Когда ты была маленькой, мы еще могли набросить на тебя Покров, уберечь от их радаров, - Он бросает взгляд на Люка, - Но не теперь.Мой голос по-прежнему напоминает хриплый шепот. Но я не могу ничего поделать.- Что вы хотите от меня?Он ведет пальцем по краю воротника, до груди, и останавливается над сердцем.- Просто следуй своему сердцу. Делай то, что правильно.Не узнавая себя, я мрачно усмехаюсь.- Я не святая.- Я этого и не говорил. Но нравится тебе это или нет, такова твоя сущность. А моя обязанность - быть рядом и помогать, когда тебе понадобится.ЛЮККогда говорит Габриэль, я понимаю, что он прав. Именно это я увидел в душе Фрэнни. Вот почему Бехерит послал меня на ее поиски, и вот почему она так нужна владыке Люциферу, что он готов ради нее нарушить пару правил.Она выглядит потрясенной - глаза, как у перепуганного оленя в свете фар.- Вы, парни, выбрали не ту сестру. Должно быть, вы путаете меня с Грейс.Габриэль зарывается лицом в ее волосы.- Ты уже пошатнула равновесие. Ты, Фрэнни. Не Мэри, не Кейт, Грейс или Мэгги. А ты. Если у тебя хватило сил, чтобы преобразить этого недотепу... - он смотрит на меня, - тогда представь, что ты можешь сделать в царстве смертных. Ты уже изменила многое, даже не зная об этом.Я утыкаюсь спиной в стену, будто меня толкнули, а ноги больше не держат. Сползаю по стене и сажусь на пол.Подчинение.У Фрэнни есть дар подчинения. А если то, что Габриэль имеет в виду, правда, то ее силы не ограничиваются миром смертных. Как он говорит, именно дар Фрэнни изменил меня - создание ада. И не только мое сознание, но и физический облик. Как такое возможно?! Даже силы Моисея не распространялись на небожителей или адских тварей. И если так, то она сможет подчинить своей воле не только толпы людей. Она имеет силы, превышающие мощь владыки Люцифера. Она может изменить облик рая и ада.Слова владыки эхом отдаются в голове. «Пришла моя очередь. Наконец я выйду из-под его контроля». Владыка Люцифер считает, будто сможет манипулировать раем - и даже Всемогущим - через Фрэнни.- Будь осторожна со своими желаниями, - шепчет она, настолько же погруженная в мысли, как и я.В глазах Габриэля читается мука, когда он смотрит на Фрэнни.- Твой дар с каждым днем сильней. Фрэнни, ты должна понять, что имеешь воздействие на мысли и чувства людей, а в итоге на их поступки, - Он бросает взгляд на меня, а затем опускает глаза на их переплетенные пальцы, - В твоей власти воздействовать не только на людей. Ты всегда получишь, чего хочешь, если это в твоих силах.Фрэнни отстраняется от него, внезапно приходя в ярость. Комнату наполняет запах черного перца.- Я хочу, чтобы мой брат вернулся. Но этого не происходит! - выпаливает она.Габриэль печально смотрит на нее.- Это подвластно лишь Богу.Я наблюдаю, как на ее лице сменяются эмоции - ярость, потрясение, паника.- Это неправильно. Я не святая и не ангел. Я и человек-то не очень хороший. Мое место в аду. Я уже знаю это.Почему она так решила? Я смотрю на Габриэля. На его лице отражается боль и вызывающее у меня тошноту сочувствие. Он притягивает Фрэнни к плечу, и она тает. Когда сквозь эту ангельскую вонь просачивается аромат теплого шоколада, мое сердце обхватывает нечто холодное и темное. Я бы убил его, если бы Фрэнни не нуждалась в нем.- То, что случилось, - причина, по которой ты сама определяешь себя в ад, - не твоя вина, - шепчет он.- Да что ты знаешь! - взрывается она, отталкивая его, - Я убила брата.В желудке все переворачивается. Мальчик на той фотографии - это объясняет ее загнанное выражение лица, когда я спросил о нем. Столько боли - той же самой боли, запрятанной глубоко внутри, что и при нашей первой встрече, когда я спросил, что бы она хотела изменить.Габриэль по-прежнему смотрит на нее, качая головой.- Фрэнни, ты не убивала его. Пришло его время. Вот и все.Я будто наблюдаю за извержением вулкана. Слова льются из ее рта потоком раскаленной лавы.- Ага. Повторяй это, если тебе станет лучше, ведь вы крадете детей из семей.Габриэль чуть ближе придвигается к ней, но она отстраняется.- Он и так со своей семьей. Бог призвал его домой.- Что ж, тогда твой Бог... отвратителен.Я пересекаю комнату и сажусь рядом с Фрэнни. Беру ее за руку, желая - нет, испытывая нужду хоть как-то облегчить ее боль.- Фрэнни, я думаю, то, что сказал Габриэль, правда. Если бы ты убила его, то уже была бы отмечена для ада, но это не так.- Что ж, следовало бы сделать это, - говорит она, уклоняясь от моего прикосновения.Я приподнимаю ее голову за подбородок, всматриваясь в бездонные сапфировые глаза.- Нет, - отвечаю я, наклоняясь для поцелуя.Лишь в третий раз применяю я к Фрэнни свою силу, чтобы избавить ее от боли и перенаправить злость. Этого недостаточно, но это единственное, что я умею.ФРЭННИЯ колеблюсь, но затем смотрю в черные глаза, словно проникающие ко мне в душу. А когда губы Люка касаются моих, все меняется, злость уходит. Когда он наконец отпускает меня из плена своих глаз, то гнев и боль исчезают.Гейб тяжело вздыхает и грустно смотрит на меня, а я сгораю от угрызений совести. Я нуждаюсь в них обоих, хотя не могу понять, как такое может быть. Гейб пересекает комнату и садится в кресло под окном.Я опускаю голову, уставившись на колени.Люк крепко сжимает меня.- Так, вернемся к изначальному вопросу. Что со мной, черт побери, происходит? Во что именно я превращаюсь? - Он обжигает Гейба яростным взглядом, - Ведь не в одного из вас. Ну пожалуйста, ради всего грешного, скажи, что я не стану паинькой ангелом. Я не смогу пережить этого.Гейб в ответ тоже сверкает взглядом.- Не знаю. Все возможно. Дай знать, если у тебя прорежутся крылья.Я поднимаю глаза на Гейба.- А может он стать человеком, как я?Люк снова смотрит на меня с надеждой.- Возможно, - смиренно отвечает Гейб. - Насколько я знаю, это беспрецедентный случай. Я понятия не имею, что происходит, кроме того, что это на самом деле происходит, и, очевидно, это очень важно. А ты - ключ ко всему. Фрэнни, ты изменишь мир. Это очень серьезно.- Серьезно... - выговариваю я, стараясь осознать смысл его слов, - Ты имеешь в виду серьезно настолько, что, например, способно привести его к Иисусу. - Я киваю в сторону Люка. - Или серьезно как в «непорочном зачатии»?Люк хмурится, а губ Гейба касается легкая улыбка.- Зная, на что ты способна, я бы задумался о «непорочном зачатии». Хотя, если ты сможешь привести к Иисусу его, это уже будет огромное дело.Люк опрометью проносится от дивана через всю комнату.- Не может быть, что вы это серьезно!- Не будь тупицей. Если бы все не было серьезно, то послал бы он меня? Кстати, ее имя - Мэри, - На лице Гейба появляется лукавая, отнюдь не ангельская улыбка, - Люцифер, в чем же дело? Не хочешь стать Иосифом?Люк круто разворачивается и с рыком, от которого у меня волосы встают дыбом, упирается руками в стену.- Во имя ада! Это ведь не взаправду!Затем он снова поворачивается и широко распахнутыми глазами смотрит на меня.Я поднимаюсь с дивана и становлюсь рядом, пребывая в смятении. Вспоминаю поцелуй с Гейбом. Если это и есть рай, то я хочу еще. Помню, как мечтала остаться там навеки, среди любви и умиротворенности. Но это не то, о чем он говорит - и что предлагает. По его словам, у меня есть сила, способная спасать людей. И чем больше я думаю, тем больше мною овладевает паника, от которой теснит в груди.Гейб привлекает меня к себе и кладет руку на талию. На этот раз я позволяю ему, потому что нуждаюсь в нем. Я таю в объятиях, поглощенная ароматом летнего снега и спокойствием.Когда мое дыхание выравнивается, я поднимаю на него глаза.- И что со мной будет?Его глаза - словно омуты, в которых мне хочется утонуть.- Что ж, прежде всего вот это. - Он наклоняется и целует меня в щеку, слишком близко к губам, и, несмотря на спокойствие Гейба, мое сердце бешено колотится, - Знай, я всегда буду рядом. Если тебе когда-либо что-либо понадобится... - он пристально смотрит на Люка, - ты знаешь, где меня найти, - В его глазах появляется обеспокоенность, - Но кроме этого, я ни в чем не уверен.Я сильнее прижимаюсь к Гейбу, а Люк испепеляет нас взглядом, стоя у окна.- Не слишком ли ты распустил свои крылья? - хмыкает он.В ответ Гейб еще крепче обнимает меня и улыбается одними губами, не сводя с Люка глаз, полных сомнения. Я растворяюсь в нем, позволяя летнему снегу окутать меня. Больше мне ни о чем не нужно думать.