Глава 16

Они стояли друг напротив друга и не сводили взгляда. Новая жертва Дерека мирно лежала на кровати и, кажется, спала, даже не подозревая, от какой участи её только что спасли внезапные гости.

— Ну привет, Кейла. Какими судьбами тебя занесло сюда и почему в таком виде? И что за щеночек стоит рядом с тобой? Неужели...

Не дав договорить, Кейла в образе лисы бросилась на него, раскрыв пасть и желая укусить. Дерек был опытнее и сильнее. Он оттолкнул лисицу и она отлетела в стену. Дерек смотрел на нападавшую, но краем глаза заметил отблеск у входа в комнату. Мэтью направил револьвер на мужчину и, посчитав ситуацию опасной, выстрелил.

Острое зрение спасло Дерека, и он успел немного отклониться: выпущенная Мэтью пуля попала в плечо. Дерек громко выругался и полностью переключил внимание с Кейлы на Мэтью.

— Идиот! Ты хоть знаешь, кто она? — закричал Дерек, а в глазах его горел звериный огонь ярости.

В этот момент в углу комнаты Кейла завозилась, приходя в себя после удара. Мэтью не мог ждать и рассчитывать на разговор: силы были неравны. Он поднял оружие и снова выстрелил. На этот раз Дерек был готов к удару, не стоял на месте, и пуля просвистела мимо. Мэтью снова подготовил револьвер для выстрела, но Дерек неожиданно выпрыгнул в находящееся за его спиной открытое окно. За это время Кейла пришла в себя, и, недолго думая, прыгнула за Дереком.

Мэтью подбежал к окну и посмотрел на улицу. Дерек уже успел превратиться в большого чёрного лиса и бежал в сторону сада, хромая на переднюю лапу, за ним гналась Кейла.

Мэтью бегло осмотрел окно и понял: шансов повторить лисий прыжок и остаться невредимым у него нет. Он вспомнил план здания, что Герберт ему показывал. Кажется, где-то рядом должен быть боковой выход, ведущий как раз в тот сад, куда убежали лисы.

Мэтью выскочил в коридор и чуть не врезался в Герберта.

— Что вы тут делаете? Вы же должны были ждать внизу, — сказал дворецкий.

— Дерек выпрыгнул в окно. Кейла за ним. Надо их догнать, — всё, что ответил Мэтью.

— Дьявол, — выругался дворецкий, — бегом за мной.

Герберт рванул по коридору, Мэтью, не задавая вопросов, последовал за ним. В конце коридора оказалась неприметная дверь, за которой скрывалась винтовая лестница. Дворецкий направился вниз. Мэтью показалось, что он слышит гомон толпы где-то за спиной, и не удивительно, кажется они произвели слишком много шума. Оглядываться и проверять было некогда, и он просто последовал за Гербертом вниз.

На улице Мэтью, наконец, догнал дворецкого, который немного притормозил.

— Куда они убежали? — спросил Герберт.

— В сад, — сказал Мэтью, указывая в направлении тёмных кустов.

Пускай Герберт и был сильно зол, всё равно решил отложить разговоры на потом. Он лишь ускорился и побежал в указанном направлении. События развивались совершенно не так, как они планировали.

Мэтью оставалось только следовать за Гербертом и надеяться, что Кейла не сильно пострадала.

Добравшись до сада и погрузившись вглубь, они услышали звуки сражения зверей: скулёж, рык и тявканье. Мэтью и Герберт направились в сторону шума и оказались на поляне.

Кейла и Дерек сражались тут уже какое-то время, следы крови виднелись на шерсти каждого оборотня. Выстрел Мэтью, приведший к хромоте Дерека, дал шанс лисам сразиться почти на равных. К сожалению, этого было недостаточно, и сейчас большой чёрный лис прижимал двумя лапами Кейлу и собирался нанести очередной и, возможно, последний укус.

Увидев развернувшуюся перед их глазами картину, Мэтью рванул вперёд с такой скоростью, что Герберт при всём желании не успел бы его остановить. Мэтью на ходу достал револьвер и выстрелил в Дерека. Пуля попала в спину. Зверь недовольно зарычал, перевёл взгляд с Кейлы, которая, как видно, уже была без сознания, на стрелявшего, и побежал на него со всей мощи.

Мэтью выстрелил ещё раз, но готовый к этому лис бежал зигзагами, и пуля пролетела мимо. Когда Дерек оказался на расстоянии одного прыжка от Мэтью, что-то вдруг остановило его. Это был Герберт. Он незаметно зашёл за спину Дерека и смог поймать его в серебряное лассо.

От контакта с серебром лис взревел и встал на задние лапы. В этот момент Герберт закричал Мэтью:

— Стреляй!

Мэтью не нужно было повторять дважды. Дерек удачно стоял на задних лапах и выпячивал покрытую чёрной шерстью лисью грудь. Мэтью поднял револьвер, выстрелил и попал.

Эта пуля оказалась смертельной: Дерек больше не сопротивлялся, а просто повис, удерживаемый лассо. Герберт отпустил цепь, и тело оборотня опустилось на землю и одновременно с этим начало меняться: шерсть втягивалась внутрь, конечности и морда приобретали человеческий вид. Быстрее, чем обычно, Дерек из огромного чёрного лиса превратился обратно в мужчину. Как говорится, в последний момент жизни чудовища всегда выглядят как люди. Герберт подозвал Мэтью.

— Ты должен его укусить, пока он ещё жив. Иначе не сработает.

Мэтью помнил, как они про это читали. Но читать и делать — совсем разные вещи. Он подошёл к Дереку, который уже превратился обратно в человека, глаза его были закрыты, но он ещё дышал.

— Быстро! — крикнул Герберт, снимая с себя в этот момент пиджак и направляясь к раненой Кейле, которая, потеряв сознание, тоже уже приняла человеческий вид.

Мэтью наклонился над Дереком. Он помнил, что должен почувствовать вкус крови создателя, поэтому укусил Дерека в уже простреленное плечо. Железистый запах и вкус сразу ударили во все рецепторы. Мэтью затошнило, но он сдержался. Дерек издал последний звук, похожий больше на скулёж, и перестал дышать.

Мэтью оторвался от тела, провёл рукой по губам в надежде стереть следы крови, но лишь сильнее размазал их. Затем он посмотрел на дворецкого.

Герберт оценил картину перед собой: труп голого мужчины, раненная Кейла, завёрнутая в его пиджак, ошалелый Мэтью, похожий на каннибала, только что закончившего трапезу, сад, в который того и гляди придут люди, привлечённые звуками стрельбы.

— Уходим, — сказал Герберт, взял на руки Кейлу, стараясь как можно тщательнее укутать в пиджак, и посмотрел на Мэтью.

Адреналин от произошедшего, кажется, ударил Мэтью в голову, и он не слышал никого и ничего. С этим надо было что-то делать. Герберт подошёл к Мэтью, опустил девушку на землю рядом и, не теряя времени отвесил юноше достаточно звучную пощёчину.

Мэтью пришёл в себя и ошарашенно посмотрел на дворецкого.

— Уходим. Быстро за мной, — сказал Герберт, снова поднимая девушку на руки.

Удар помог. Мэтью хоть и оставался шокированным, но смог собраться, встать и последовать за дворецким.

Герберт вёл их через сад к месту, где оставил карету, при этом старался лишний раз не попадаться на свет, так как их внешний вид мог вызвать слишком много вопросов. Мэтью следовал за ним, не отставая и сосредотачиваясь лишь на том, чтобы, не споткнуться, и старался не думать о произошедшем.

В один момент Герберт резко затормозил и Мэтью чуть не врезался Мэтью в него. Они замерли в кустах и буквально через полминуты мимо них прошла хихикающая парочка, выбравшая для продолжения развлечений безлюдный сад. Шанс, что кто-то набредёт на труп Дерека, возрастал, уезжать надо было срочно.

Уже почти подойдя к карете, дворецкий заметил небольшую активность у поместья. Несколько вооруженных людей вышли в сад, но, кажется, они еще не осознали, что произошло.

Герберт довел их до кареты, распахнул дверь, положил Кейлу на сиденье и отошёл от прохода, чтобы Мэтью забраться внутрь.

— Держи её, — сказал Герберт, указывая на Кейлу, и резко захлопнул дверь. Не успел Мэтью сесть и устроить Кейлу у себя на руках, чтобы она не упала, как карета тронулась с места и помчалась по выездной дороге.

Мэтью снял пиджак, обмотал Кейлу ещё и им в дополнение к тому, что оставил Герберт, и после этого прижал к себе.

Спустя некоторое время он решил аккуратно осмотреть раны Кейлы. В основном на ней были скорее царапины и ссадины, которые рискуют стать лишь синяками. Серьёзным выглядел только укус на руке. Кровь остановилась, но рана всё равно выглядела неприятно. Надо было промыть, но пока негде и нечем. Карета с максимально возможной скоростью неслась по улицам города, унося их подальше от бала.

Постепенно осознание произошедшего начало прокрадываться в разум Мэтью. Они смогли. То, к чему они с Гербертом стремились в течение долгого времени, сбылось.

Он моргнул один раз, медленно прислушался к себе. Но, кажется, внутри ничего не изменилось. Сердце также билось, запахи те же, вроде и видел он так же. Мэтью не знал, чего ожидал, тяжести или, наоборот, лёгкости, но был уверен — он почувствует. А в итоге... ничего.

Страшные мысли сразу зароились в голове. Может, это был не Дерек. Или, может, легенда ошиблась, и способа спастись просто нет, а он зря мучился весь этот год. Волны паники начали накатывать на него. Неужели они зря убили человека? Зря рисковали? Всё зря. Тело начинало трясти, и он чуть не расслабил руки, которыми удерживал Кейлу от падения. Она явно это почувствовала и начала шевелиться, чем быстро вернула его в реальность. Вспомнив дыхательные практики, которым учил дворецкий, Мэтью попробовал сам успокоить себя. Он сделал пять глубоких вдохов и выдохов, потом ещё пять и ещё. На третий раз правда стало немного легче, и он смог мыслить здраво.

Ещё ничего не понятно: если он не чувствует физических изменений может, это ещё ничего и не значит. Может, так и должно быть. Пока не наступит полнолуние, ничего не понятно, значит, надо просто подождать, и всё прояснится. А там уже можно или паниковать, или радоваться.

Желая отвлечься от мыслей, он осмотрел карету и увидел в углу флягу. Мэтью потянулся к сосуду и, открыв его, обнаружил внутри остатки вина, что они пили по дороге из дома. Умываться вином ему ещё не приходилось, но вариантов особых не было, так как ощущать засохшую кровь на лице было невыносимо. Мэтью отодвинул девушку, придерживая её одной рукой, другой взял флягу и вылил немного себе на лицо, затем рукавом рубашки попытался стереть размоченную вином кровь.

Странное винное умывание заняло какое-то время и устроило в карете непередаваемый запах. Кейла очнулась от происходящего и посмотрела на Мэтью. Он не обратил внимания, но вдруг она спросила:

— Где мы? И почему так пахнет?

Только тут Мэтью заметил, что девушка пришла в себя.

— В карете. Извини, я тут умывался.

Кейла никак не прокомментировала то, чем он умывался, только уточнила:

— А где Дерек? Чем закончился бой?

— Дерек мёртв.

— Как? Я же оказалась бесполезной. Думала, если нападу первая, то его удивлением выиграю нам немного времени. А в итоге подвела всех, — маленькие слезинки собирались в краях её глаз, угрожая пролиться дождём.

— Тихо, тихо. Ты была восхитительна, — Мэтью прижал девушку ещё ближе к себе, аккуратно гладил по спине и сам не понял, как перешёл на «ты». — Если уж кто пропустил возможность, что ты добыла, так это я, когда промахнулся. А ты была великолепна.

Кейла как будто только этого и ждала, и тоже перешла на «ты».

— А ты как? Что-то чувствуешь?

Мэтью покачал головой. Но не дав ей начать успокаивать, сразу сказал:

— Но всё равно думаю, что это успех. Не может быть иначе. Вот взойдёт луна, и я буду любоваться ей в человеческом обличье.

— Я бы хотела разделить с тобой этот момент.

— Мы разделим утро после, — и не задумываясь, что будет дальше, Мэтью наклонился вперёд и поцеловал Кейлу.

Она немного помедлила от неожиданности, но ответила на поцелуй.

Они сплелись, и кажется, что всё вокруг потеряло смысл. Карета, скорость, недавнее убийство — всё. Остались только он, она и эта внезапная головокружительная связь. Рефлекторно он крепче прижал Кейлу к себе, и она заёрзала. Мэтью разорвал поцелуй и немного замутнёнными глазами посмотрел на неё. Кейла была всё ещё голая, неудобно завёрнутая в два пиджака. Он немного ослабил хватку, давая ей возможность сменить позу или остановить это, пока не поздно. Мэтью ведь даже не спросил, согласна ли она.

Кейла воспользовалась полученной свободой, вытащила руки из обмотки, постаравшись при этом не уронить пиджаки, и внезапно ойкнула.

— Осторожнее, у тебя на руке рана. Тебе лучше лишний раз не двигаться, — сразу попытался успокоить Мэтью.

— Не первая и не последняя, — с этими словами она положила здоровую руку Мэтью на шею и притянула его к себе обратно.

Мэтью не надо было приглашать дважды, он итак сходил с ума от всего происходящего. Их губы снова встретились, но теперь поцелуи из неуверенных стали более страстным. От этих поцелуев пробудилась пьянящая жажда, которую Мэтью так старался забыть. А ещё в них был сладкий вкус победы, пусть и не доказанной, который сильнее дурманил разум. Они смогли. И всё благодаря Кейле.

Её руки гладили его по голове и щекам, его — крепко сжимали её талию, и, боги, каких трудов стоило не опустить их ниже. Иногда Мэтью и Кейла отдалялись друг от друга, чтобы сделать вдох и снова слиться воедино.

Сколько они провели за этим занятием, трудно было сказать. Но увлеклись настолько, что не заметили ни как остановилась карета, ни как Герберт открыл дверь. Дворецкий подождал несколько секунд, но, поняв, что так просто его не заметят, аккуратно прокашлялся. Лишь тогда две юных головы посмотрели на него.

— Вы бы хоть раны девушке обработали, прежде чем сливаться в единое целое. И почему тут так пахнет вином? — принюхался дворецкий.

— Я умывался, — неуверенно ответил Мэтью.

— Вином?

— Ну чем нашёл, — недовольно пробухтел Мэтью.

Герберт решил не продолжать эту тему.

— У нас остановка. Я пойду пройдусь. Молодой господин, позаботьтесь о девушке, — Герберт закинул в карету большую сумку. — Тут обычная одежда, аптечка и вода. Надеюсь, к моему возвращению вы оденетесь, а карета не будет качаться.

Не дожидаясь их ответа, Герберт захлопнул дверь и ушёл. Лицо Мэтью порозовело от всего произошедшего. Он перевёл взгляд на Кейлу: казалось, она смущена.

— Прости.

— За что?

— За то, что начал всё это начал.

— Да я вроде не против, если ты не заметил.

— Ну я применил силу.

— Забыл? Я всё ещё оборотень, а ты, может, уже и нет. Если бы я не хотела, ничего бы не было. Выдыхай и помоги мне с раной. Хочу встретить твоего дворецкого, когда он вернётся, в нормальной одежде.

Мэтью аккуратно опустил её на сидение рядом с собой и потянулся к сумке. Достал всё что нужно, обработал её рану и перебинтовал руку. Кажется, на Кейле всё и правда заживает как на собаке, ну точнее, лисице, укус уже выглядел лучше. Потом он протянул ей платье и отвернулся.

— Не желаешь смотреть? — со смехом спросила она. Сзади послышался шелест спадающей ткани.

— Желаю. Но ещё желаю встретить Герберта в одежде, как ты только что сказала. Боюсь, если сейчас тебя увижу, на это будет мало шансов.

Вдруг Мэтью почувствовал, как Кейла прижалась к нему со спины и обняла. Он сжал руки в кулак, впиваясь ногтями в ладони. Только так Мэтью ещё мог хоть как-то себя контролировать. Кейла нежно поцеловала его в шею один раз, второй, третий, и он сломался.

Мэтью повернулся и резко прижал Кейлу к себе. Она обвила руками шею Мэтью и смотрела на него своими большими зелёными глазами. Как будто не они рисковали жизнью несколько часов назад, как будто не было ранения и трупа её сородича. Они смотрели друг на друга, и Мэтью утонул в её глазах и снова начал целовать.

Его руки нежно гладили голую спину, не решаясь на что-то большее. Он столько лет жил распутной жизнью. Количество его партнёров не поддаётся счёту, но почему-то сейчас не получалось сделать следующий шаг. Неужели сказался год затворничества, или просто у него никогда не было близости с человеком, о котором он знал что-то, кроме выбранного на бал наряда и умения танцевать. Когда наутро участники процесса могли и не узнать друг друга.

Мэтью понимал, что его действия — лишь сиюминутный порыв, желание отпраздновать победу. Но они столько дней разговаривали, пока Герберта не было, делились мечтами и переживаниями. С ней Мэтью не хотел быстрого удовольствия, как с другими, как раньше. Казалось, что это неправильно.

Она что-то заподозрила, немного отстранилась и сказала со смехом:

— Кажется, дворецкий о твоей распущенности немного преувеличил. Надеюсь, мы сейчас не девственности тебя лишать собрались?

Мэтью опешил. Никакой правильный ответ не лез ему в голову, а неправильный говорить не хотелось. Не дождавшись ответа или хоть какой-то реакции, Кейла добавила уже без иронии:

— Так, стоп. Я думала, ты сейчас будешь всё отрицать. С тобой всё хорошо?

Она отстранилась, стараясь вернуть между ними расстояние, и посмотрела в карие глаза. Но получилось ещё более неловко, так как одежда на ней всё ещё отсутствовала. Мэтью разжал руки, давая ей пространство и возможность одеться, и сказал:

— Это не первый раз, если тебе это так важно. Просто сейчас, с тобой, всё иначе.

Кейла уже успела вытащить из сумки платье и, натягивая его, спокойно сказала:

— Не волнуйся. Если я тебе не нравлюсь или ты не хочешь, это нормально.

— Ты мне нравишься, и я хочу. Просто не так. Не в карете. Не когда вот-вот вернётся Герберт.

— Как скажешь. Но в следующий раз инициатива за тобой.

Она полностью надела на себя платье, поцеловала Мэтью в щеку и вышла из кареты.