51

Я не могла найти себе места в квартире.Папа и Маша были на работе,а Нугзар сидел на кухне,собирая ноутбук.Он совсем раскис: то ли ему было плохо,то ли ему было очень плохо.Я не могла так больше.Я села рядом с ним,не поднимая глаз— Нугзар...— М?— Я тебя очень люблю,но...нам нужно расстаться.Я не могу больше тебя мучать.Он замер.Пальцы,державшие зарядку,будто обожглись.Он не поднял глаз.Не сказал ни слова.Просто сидел,будто не услышал.Или будто хотел отсрочить момент,когда придётся поверить.— Я... не чувствую ничего, — прошептала я. — Я как выжженное поле.И каждый твой шаг ко мне — это как шаг по пеплу.Он всё ещё молчал.— Мне больно видеть,как тебе больно, — продолжала я,срываясь. — И я... я не могу быть рядом и не давать тебе любви,на которую ты заслуживаешь.Я даже не знаю,вернусь ли когда-нибудь.Но сейчас я — не я.Он медленно закрыл крышку ноутбука,очень аккуратно,будто внутри была не техника,а что-то хрупкое,что можно случайно разрушить до конца.— Я понимаю, — сказал он наконец. Голос был ровным.Слишком ровным.Глухим.Поникшим.Он не посмотрел на меня.Не спросил «почему».Не стал бороться.Он встал,не торопясь.Начал собирать свои вещи.Методично.Спокойно.Без суеты,но с тем внутренним треском,который слышен только сердцем.Я смотрела,как он складывает свою зубную щётку в чехол,как аккуратно сворачивает зарядку,как забирает любимую толстовку,которую я иногда надевала тайком.— Нугзар… — прошептала я,не зная,что хотела сказать.Он подошёл к двери,уже с рюкзаком на плече,и впервые за всё время поднял на меня глаза.— Я люблю тебя,Наташа.Даже если ты ничего не чувствуешь.Даже если мы больше не вместе.Даже если никогда не будем.

И он ушёл.

Дверь закрылась мягко.Почти неслышно.А в квартире стало вдруг очень тихо.Так тихо,что даже чайник на плите,кажется,боялся запищать.Я просидела на кухне весь день.Часы тянулись,как густой мёд,по которому не пройдёшь.Я не ела.Не пила.Просто сидела за столом,уставившись в кружку с холодным чаем,которую так и не допила с утра.Шторы были полураскрыты,свет падал полосками на столешницу,пыль танцевала в воздухе,как будто время остановилось.Я пыталась думать о чём угодно,только не о нём.Но в голове не было мыслей.Только пустота.Глухая,плотная,как туман.Когда ключ повернулся в замке,я даже не шевельнулась.Услышала,как открылась входная дверь,как папа снял обувь и повесил куртку.Его шаги — уверенные, тяжёлые — приближались.Он вошёл на кухню и остановился в дверях.— Наташа... — сказал он и больше ничего не добавил.Я не подняла головы.Только пальцы сжались на краю стола.Через секунду он подошёл.Не стал задавать вопросов.Не стал произносить речей.Просто обнял.Сзади.Как в детстве,когда я пряталась от всех в шкафу,а он находил и молча тянул меня к себе.

Я разрыдалась.

Без истерики.Без крика.Тихо,как будто даже плакать не хотелось.Просто слёзы шли сами.Папа крепко прижал меня к себе.Положил подбородок на моё темя и держал,пока я не выдохлась.— Он ушёл, — прошептала я наконец,не зная,зачем говорю это.Папа и так уже всё понял.— Я знаю, — мягко ответил он. — Я всё знаю,Наташка.— Я его прогнала.Он не осудил.Не стал говорить,что зря.Не стал говорить ничего,кроме:— Хочешь,я просто посижу рядом?Я кивнула.Он налил себе чаю.Поставил вторую кружку передо мной.Горячую,с малиной.Сел рядом.Молча.

Потом он сидел со мной в спальне,как в детстве,когда я болела.Тихо.Рядом.Я лежала,отвернувшись к стене,но слышала каждое его движение: как он снял кобуру,положил на стул куртку,как тяжело сел рядом на край кровати и чуть опёрся локтем о матрас.— Тебе не холодно? — негромко спросил он.Я качнула головой.Ответа не было,но он всё равно поправил на мне одеяло,как будто я всё ещё была той маленькой девочкой,которая мёрзла под тонким пледом и всегда утыкалась носом ему в плечо.Минуты шли.Он ничего не говорил,а потом тихо,почти шёпотом:— Я тебя очень люблю,Наташка.Я не двигалась,но внутри будто что-то дрогнуло.— Сильно.Как только можно любить.Всю жизнь тебя берегу,как могу.Может,не всегда так,как ты хочешь.Но как умею.Он погладил меня по волосам медленно,аккуратно.— Ты у меня одна.И если ты не улыбаешься — весь мир,к чёрту,ломается.Я сжала пальцы в простыне.Он понял,что я не сплю,и продолжил:— Мне не нужно,чтобы ты была сильной.Или весёлой.Или всегда правильной.Мне просто нужна ты.Любая.Он немного помолчал,прежде чем закончить:— И если ты сейчас не справляешься — ничего страшного.Я справлюсь за тебя.Пока не вернёшься.Я перевернулась к нему,не открывая глаз,и положила голову ему на колени.Он сразу опустил руку мне на спину,как делал это всегда,когда я просила молча.Так я и заснула под тяжёлой папиной ладонью,в которой вдруг снова было немного покоя.