45

Белый свет бил в глаза.Неон,лампы,шторы - всё было белым,как будто я оказалась внутри облака,в котором осталась только боль.Тупая,тянущая боль в груди,будто мне разрезали сердце и зашили обратно.Так,собственно,и было.Я моргнула.С трудом.Веки были тяжёлыми,как свинцовые.Грудь будто стянуло ремнями,и каждый вдох давался с усилием.Шаги.Слева от меня.Повернула голову чуть-чуть,совсем медленно.

Папа.

Сидит на стуле.В форме.Такая знакомая тёмно-синяя рубашка,на груди жетон.Пиджак снят,перекинут через спинку.Под глазами синяки,борода уже не такая маленькая,глаза... усталые.Очень.Он смотрел на меня,но не сразу понял,что я очнулась.Лишь когда я попыталась пошевелить пальцами,он поднял глаза и замер.- Дочка... - выдохнул он.И за секунду оказался рядом.Наклонился,взял мою ладонь бережно,как будто она могла рассыпаться от прикосновения.- Привет, - прохрипела я.Он резко отвёл взгляд и кивнул.Плечи его дрогнули.И тогда я впервые в жизни увидела это.Слеза.Тихая,быстрая.В уголке его глаза.Он даже не попытался стереть.- Ты... плачешь? - прошептала я.Он стиснул губы.- Я чуть не потерял тебя.А мне некуда было бежать.Ни с кем не ругаться.Ни в кого стрелять.Только сидеть и ждать.Четыре дня,дочка.В реанимации.Под аппаратами.А я мог только держать твою руку и молиться.Я смотрела на него,будто впервые.Такого - не железного,не непоколебимого,а живого,с болью в каждом слове - я не знала.- Я здесь,пап.- Я знаю, - ответил он и впервые за всё время слабо улыбнулся. - И слава Богу.Папа всё ещё держал мою руку.Молчал.Потом,будто не выдержав, наклонился ближе и сказал негромко,почти шёпотом:- Знаешь... Когда ты была совсем маленькая,я боялся брать тебя на руки.Я слабо моргнула.Он продолжал,глядя куда-то мимо:- Ты казалась такой крошечной,будто могла исчезнуть,если я не буду осторожен.Но потом ты впервые посмотрела на меня.Вот так же,как сейчас.Упрямо.С вызовом.С жизнью.Он тяжело вздохнул,будто из груди вырвалось нечто давно сдерживаемое.- С того момента... я уже не мог без тебя.Ни дня.Ни часа.Я смотрела на него.Словно сквозь вату.Сквозь стену.Сквозь воду.Где-то глубоко под кожей жила боль.Тупая,глухая.Но поверх этой боли было ничего.

Ни слёз.Ни дрожи.Ни облегчения.

- Я всегда думал: как уберечь тебя? Как защитить от мира?Он слабо усмехнулся.- Оказалось,от жизни не спрячешь.Она настигает... даже таких,как ты.Я повернула голову,глядя на потолок.Что-то внутри было опустошено.Как будто из меня вынули всё: чувства,мысли,краски.Боль была,но она не принадлежала мне.Не совсем.- Прости,что я не чувствую.Папа встрепенулся.- Что?- Мне... всё равно.Я слышу тебя.Понимаю.Но не чувствую.Вообще.Ни жалости,ни страха.Ни любви. - Я моргнула. - Я как комната,в которой кто-то выключил свет.Он прижал мою ладонь крепче.Почти судорожно.- Это пройдёт.Услышала? Это не навсегда.Я не ответила.Просто смотрела в потолок,в белый свет,в пустоту,которая осталась вместо мира.А папа продолжал держать меня.Молча.Тепло.Как будто его тепло могло когда-нибудь снова зажечь меня изнутри.Он был со мной,пока его не вызвали на работу.Он поцеловал меня в лоб и пообещал приходить после работы.

Через некоторое время за дверью тихо щёлкнул замок.Я не сразу повернула голову: движения были тяжёлыми,как будто сквозь воду.Но шаги я узнала сразу.Даже сердце,где-то глубоко под шрамом,отозвалось едва заметным толчком.- Здравствуй,сойка, - голос.Хриплый,севший,будто он много молчал.Или много кричал,но не вслух,а внутри себя.Я повернула голову.Он стоял у двери.Чуть неуверенно.Как будто боялся подойти.В нём не было той обычной силы.Он словно сдулся.Осунулся.Глаза покрасневшие.Под ними синяки.Щетина.И в уголках губ дрожь.Как будто всё это время он не жил,а просто ждал.Замер.Замёрз.- Нугзар... - шепнула я.Он метнулся ко мне,не громко,не суетливо.Просто шагнул быстро и молча,присел на край кровати и взял мою руку,почти так же,как папа.Только сразу прижал к щеке.Словно боялся,что я снова исчезну.- Ты... - он выдохнул. - Ты здесь.- Я здесь.Он закрыл глаза.И губами касался моих пальцев,будто хотел убедиться,что я настоящая.Что это не сны.Не бред.Не слухи из реанимации.- Я больше не мог, - сказал он,не поднимая глаз. - Я просто... ломался.Каждую ночь.Каждое утро.Я не знал,как жить,если ты не откроешь глаза.Моё сердце снова дёрнулось.Глухо,но ощутимо.Он говорил это не театрально,не в слезах.А тихо.Простыми словами.Так,как чувствовал.- Прости,что не пришёл сразу, - продолжал он,наконец посмотрев на меня. - Твой отец... Он боялся,что я не выдержу тебя такой увидеть.Он был прав.Его глаза дрогнули.- Но теперь я здесь.И если ты позволишь,я останусь.Я молчала.Руки мои были ледяными.Но он не выпускал.Грел.- Даже если ты больше не чувствуешь, - сказал он,будто знал. - Я буду рядом.До тех пор пока ты снова не захочешь жить.Слышишь?И только тогда,где-то под грудиной, очень глубоко,что-то оттаяло.Не вспыхнуло,но дрогнуло.И я впервые за всё это время прошептала не пустоте,а человеку:- Я скучала.И он снова зкрыл глаза.И улыбнулся так,будто снова мог дышать.- Я скучала, - повторила я чуть громче.Голос всё ещё был слабым,но дрожь ушла.Только усталость осталась.И ощущение,будто я сказала что-то слишком важное.Нугзар не отвечал.Только держал мою руку у щеки,как будто она могла исцелить всё,что с ним было за эти дни.Всё,что он молча пережил.Я посмотрела на него,чуть повернув голову.Грудь саднила,натянутая кожа возле шва казалась чужой,будто не моей.Я опустила взгляд на больничную рубашку,на выступающий под ней пластырь.Шрам.Он где-то там.Уже часть меня.Навсегда.- Нугзар... - я чуть задержала дыхание. - А если... если я останусь такой навсегда?Он нахмурился,приподнялся немного.- Такой - это какой?- С уродливым шрамом на груди.С болью.С пустотой внутри.Без смеха,без огня... - Я посмотрела ему прямо в глаза. - Ты всё равно будешь меня любить?Он не отводил взгляда.И не отвечал сразу.Он просто взял мою ладонь обеими руками,накрыл её своей тёплой,крепкой,живой.Сжал чуть сильнее.- Я полюбил тебя не за гладкую кожу.Не за весёлый смех.Не за яркие глаза и горячие щеки.Он говорил медленно,внятно,будто выговаривал правду,которую носил слишком долго.- Я полюбил тебя всю.Со всеми твоими штормами.С огнём,что ты прятала за глазами.С упрямством.С твоим сердцем,которое любило меня и чуть не разорвалось.Он провёл пальцами по моему запястью легко,едва касаясь.- А теперь у тебя сердце с шрамом.И что с того? Оно ведь бьётся.И оно твоё.Он посмотрел вглубь меня.Как умел только он.- Я и это люблю

Пауза.

- Ты - живая.А значит,я рядом.Навсегда.Я попыталась улыбнуться.Не получилось.Ни мышцы,ни губы совсем не слушались.