38

Палата опустела.Маша,Миша,Даня,даже Нугзар вышли.Кто за кофе,кто просто проветриться.А я осталась.С папой.Он полулежал на подушках,капельница тихо капала в вену,рядом на столике стоял аккуратно сложенный телефон,очки и пожелтевший армейский блокнот.Мы молчали.Просто дышали в одном ритме.Я поправила на нём плед и села рядом,обхватив колени.Он чуть повернул ко мне голову и вдруг улыбнулся.Устало,но по-настоящему.— Хорошо,что ты тут, — тихо сказал он. — Когда ты рядом,даже эта больничная палата кажется домом.Я тоже улыбнулась,но больше глазами.Губы не шевелились.— Знаешь… — Он замолчал,будто подбирая слова. — Мне нужно с тобой серьёзно поговорить.Я напряглась.Он заметил это и сразу добавил:— Не бойся.Это не про здоровье. Это… личное.Я кивнула.Он медленно сел чуть ровнее,зажав край пледа в пальцах.— Маша… — начал он и посмотрел в окно. — Я ведь не думал,что смогу ещё кого-то полюбить.После тех отношений… долгое время всё казалось — кончено.Только ты,только полиция.А она была всегда в моей жизни.Сначала — просто человек рядом.Помогающий,надёжный.А потом…Он повернул ко мне голову,и в его глазах впервые за долгое время не было строгости.Только тепло.— Я её люблю.По-настоящему.Не как юноша,не как романтик.А как взрослый,потерянный человек,который вдруг нашёл пристанище.Тихий берег.Уют.И… если ты не против,я хотел бы,чтобы она жила с нами.Я замерла.Он продолжил:— Я не прошу благословения.Я просто хочу знать — тебе будет нормально? Не будет ли это предательством для тебя? Если ты будешь против,я все пойму.Мои глаза наполнились слезами.Но не горькими.Просто… какими-то очень тёплыми.— Пап… — я взяла его руку. — Я хотела бы,чтобы ты был счастлив.И если Маша — это твой уют… пусть она будет с нами.Я не против.Я даже рада.Он прижал мою ладонь к своим губам.Долго не отпускал.— Спасибо, — только и сказал он. — Я правда боялся спросить.А я просто положила голову ему на плечо.И какое-то время мы снова молчали.Но теперь в этом молчании было спокойное будущее.Не такое,как раньше.Но своё.Настоящее.

Когда мы с Нугзаром вернулись домой,вечер уже начал клониться к ночи.Дом встретил нас тишиной: усталой,немного выдохшейся,как будто он тоже переживал все последние дни с нами.Нугзар снял куртку молча,бросил взгляд в сторону гостиной,потом прошёл на кухню.Я последовала за ним.Он поставил чайник,налил себе воды из-под крана,отпил и сел за стол.Щёку опёр на кулак,взгляд — в никуда.Такой тихий.Уставший.Я присела напротив,положив руки на стол,ожидая,когда он заговорит первым.Но молчание растягивалось,как тонкая резинка.Не тянуло — давило.— Ты злишься? — спросила я наконец. — Что папа… что всё так?Он покачал головой:— Нет.Просто... надо переварить.Он помолчал,потом добавил:— Маша хорошая.Очень.Я знаю,что ты её любишь.И… если бы не она,я не знаю,как бы ты выдержала всё это.Я кивнула.Он снова посмотрел в сторону.— А у твоего отца... глаза сегодня были спокойные.Первый раз за долгое время.Наверное,это и есть — когда человек рядом с тем,кого действительно хочет впустить в дом. — Он усмехнулся. — Не как гостей,а как… семью.Я заметила,как его пальцы начали нервно вертеть кольцо с ключей.Молчание снова вернулось.Я думала,он закончил,но вдруг он тихо,почти себе под нос:— Надо бы ремонт делать.Я моргнула,не сразу поняв,к чему он.Он указал подбородком в сторону прихожей.— Обои отклеиваются,плитка у порога треснула.И свет в ванной мигает.Папа скоро приедет,Маша,ты… Мы должны нормально жить.Как люди.Не на полу валяться,когда плохо,а… чтобы было место,где можно дышать,любить,жить.Понимаешь?Я кивнула.Грудь вдруг наполнилась нежностью.Он — весь израненный, молчаливый,замкнутый — думал не о себе,а о доме.О нас.О будущем.— Ты хочешь,чтобы мы делали это вместе? — тихо спросила я.Он посмотрел на меня.Наконец-то по-настоящему.И медленно кивнул.— Я хочу,чтобы ты была дома.Чтобы всё,что тебя окружает,было с твоим следом.И я.Тоже рядом.Я протянула руку через стол,и он взял её.Молча.Я встала и,не говоря ни слова,подошла к нему со спины.Его плечи были напряжены,спина как натянутая струна.Я аккуратно обвила его руками,уткнулась лбом между лопаток.Он не сразу отреагировал,но я почувствовала,как его дыхание стало глубже.Чуть тише.Чуть спокойнее.Он злился.На себя.Я это знала без слов.Злился за всё — за свою слабость,за то,что не мог вытащить меня из боли,за то,что не всегда был рядом так,как хотел.— Ты не виноват, — шепнула я.Он чуть качнул головой,будто не соглашаясь,но и спорить не стал.Моё сердце вдруг вздрогнуло от вибрации в кармане.Я достала телефон.Экран мигнул: Андрей.Секунда — и я почувствовала,как Нугзар напрягся снова.Он даже не обернулся,но голова слегка дёрнулась в сторону как у зверя,почувствовавшего запах соперника.Его рука легла на стол чуть сильнее,пальцы сжались.Я не стала открывать сообщение.Просто выключила экран и положила телефон лицом вниз на стол.— Не читаешь? — тихо спросил он,всё ещё не оборачиваясь.— Нет, — так же тихо ответила я,прижимаясь к нему крепче. — Он не имеет значения.Не сейчас.Не для меня.Он молчал,но я почувствовала,как его плечи чуть опустились.Глубокий вдох.Выдох.Он осторожно развернулся ко мне.Смотрел долго,пристально,будто пытался прочесть то,что я не сказала.— Я верю тебе, — наконец сказал он. — Но я всё равно… ревную.Не к нему.К тому,кем я для тебя не стал.Я улыбнулась чуть печально и провела пальцами по его щеке.— Ты стал.Просто… путь длиннее,чем мы думали.Он кивнул.И впервые за весь вечер крепко обнял меня сам.