28

Валя Я вернулась в приемную и, опустившись на стул, уронила голову на сложенные на столе руки. Хотелось завыть белугой и одновременно рассмеяться в голос. Я не понимала себя, не понимала, что со мной происходит. Но еще меньше я понимала Егор Кораблина. Что он задумал? Зачем ему я? Вопросы оставались без ответа. Я постаралась взять себя в руки и вернуться к работе. Но то и дело поглядывала на входную дверь, ожидая возвращения босса. Но он все задерживался. Наверное, Лариса заговорила его, и я была ей крайне признательна за это. Мне требовалось время, чтобы собраться, привести мысли в порядок. И сменить блузку. Хорошо, что я еще не успела увезти купленные вещи домой, сейчас мне было во что переодеться. Недалеко от кабинета босса была дамская комната, оборудованная гардеробной, умывальником, туалетом и душевой. Тот, кто планировал расположение помещений, определенно позаботился о комфорте для женщин. Или же это Егор Кораблин выделил для любимой и уважаемой Ларисы отдельное помещение. Неважно как, главное, что у меня было где теперь уединиться. В эту комнату не заходил даже босс, но вот Геннадий Петрович, который просто Гена, отчего-то решил, будто может свободно вторгнуться на эту территорию, как к себе домой. Когда он вошел, я как раз застегивала верхние пуговицы на блузке. — Так и знал, что найду вас здесь, Валечка! — радостно объявил он.Он вел себя так, будто не заметил ни моего смущения, ни блузки, еще не заправленной под юбку. — Не могли бы вы подождать в приемной. Я сейчас выйду, — попросила как можно вежливее. — Мне нужно побыть одной. — Не переживайте, я не собираюсь подсматривать. Просто представьте, будто меня здесь нет. Ничего себе, заявление. Интересно, а если бы я решила воспользоваться туалетом, он бы тоже остался? Или если бы здесь были другие девушки? — Это дамская комната, — напомнила я настойчиво. Указала нахалу на дверь. — Попрошу вас выйти, Геннадий Петрович. Вот так. Не важно, что он здесь не последний человек, правила существуют для всех. — Мне нравится ваша скромность, — похвалил Гена, будто я сделала ему комплимент. — Но мы ведь перешли на ты. Под моим неодобрительным взглядом улыбка сползла с его полнощекого лица. Он все же вышел, хотя и с видимой неохотой. Боже, как же мне хотелось послать его подальше. Но делать это было категорически нельзя: так уж вышло, что он был единственным в «Роллинг Таурус», кто знал о моей сестренке. Теперь мы с Геной были кем-то вроде сообщников. Правда, такие сообщники больше похожи на врагов, которых не выбирают. В приемную я вернулась с твердым ощущением, что этот Гена за мной следит. Как еще он мог узнать, что я нахожусь в дамской комнате одна? Или начальник отдела кадров и к другим девушкам наведывался? Он сидел за моим столом и бесцеремонно рассматривал пластилинового крольчонка, которого мы слепили с Машей пару дней назад. Глядя на него, я всегда вспоминала улыбку сестренки. Конечно, было бы лучше иметь при себе ее фото, но это навело бы посетителей на ненужные мысли. — Вы что-то хотели, Геннадий Петрович? — спросила, игнорируя его просьбу обращаться на ты. — Если нет, то прошу простить, но у меня много работы. Мне бы хотелось к ней вернуться. — Работа не волк, Валечка, не убежит, — было удивительно слышать такие заявления из уст начальника отдела кадров. — А вот вы снова пытаетесь это сделать. Мне кажется, или вы игнорируете меня? Отказываетесь выполнить условия нашего договора? Ох, гадство… Ужин! Мне захотелось сделать жест, называемый в народе рукалицо. Меньше всего на свете мне хотелось идти с этим типом куда бы то ни было. Уверена, на него у меня аллергия сильнее, чем на экзотические фрукты. Но уговор есть уговор. — Я помню, что обещала сходить с вами на ужин. Но прошлым вечером мне пришлось идти на деловую встречу вместе с Егором Кораблином . — Понимаю, работа превыше всего, — не то пошутил, не то всерьез заметил Гена. — А что насчет сегодня? Вы свободны этим вечером, Валя? Пришлось собрать волю в кулак и не позволить реальным эмоциям отразиться на лице. — Пусть будет сегодня. — В таком случае жду вас сегодня в семь в «Боэми», я закажу нам столик. Постарайтесь не опоздать. Не успел он это произнести, как в приемную буквально ворвался Егор. Сейчас онбольше всего напоминал разъяренного быка: глаза налились кровью, ноздри раздувались — того гляди, из них повалит пар. — Кажется, у моего начальника отдела кадров слишком много свободного времени, — проговорил он, не скрывая раздражения. — Ты уже подготовил распоряжения, о которых мы говорили утром? Не сводя с босса испуганного взгляда, Гена покивал. — Тогда где они? — рыкнул Егор. — Сегодня вечером будут у вас на столе. — Мне они нужны сейчас! Иди и занимайся делом! А если я еще раз застукаю тебя слоняющимся в приемной, уволю, невзирая на прежние заслуги. Никогда не видела Егора таким разъяренным. Но была признательна за то, что он так поспешно избавился от Гены. Надеюсь, теперь мы с начальником отдела кадров будем видеться реже. Ох, этот ужин… Надо воспользоваться им и сразу расставить все точки над «и». Если Гена решил приударить за мной, то это он зря. Мне не нужен мужчина, шантажирующий самым дорогим. А если он и дальше будет давить на сестру? Если пригрозит рассказать все Егору? Хватит ли у него совести на такой низкий поступок? — О чем-то задумалась, Валя? — интимно прошептал Егор, склонившись к моему уху. — Недовольна, что я прогнал твоего воздыхателя? — Нет! — резко вскинулась я. Лицо Егора вновь исказилось яростью. Я могла бы поклясться, что в черных, как ночное небо, глазах заметила вспышки молний. — Не стоило его прогонять? — уточнил босс. — Нет, в том смысле, что он не мой ухажер, — пояснила я. — Мы… Говорили о работе, ничего такого. Просто… В этот момент зазвонил мобильник и, мельком глянув на экран, я вздрогнула. Люся ни за что не позвонила бы без особого повода. Обычно она писала смс или рассказывала об успехах Маши, когда я возвращалась домой. Звонок в разгар рабочего дня мог означать только одно — случилось что-то недоброе.