глава 32

- Адам... - Мери легонько ткнула его локтем в бок, пытаясь разбудить. Легкий укол нежности смешался с нетерпением.

- Мери? Который час? - проворчал Адам, нехотя разлепляя глаза. Он машинально притянул её к себе, утыкаясь носом в её волосы.

- Пять утра... - девушка хихикнула, чувствуя щекотку его щетины. - Ну-ка, вставай! Поехали на озеро, хочу встретить рассвет.

- Ангелок... ну зачем так рано?.. - Адам наконец-то приоткрыл глаза, щурясь на улыбающуюся жену. Сквозь пелену сна он видел только ее сияющее лицо.

- Ну, давай же! Пока Агния спит! За ней, если что, присмотрит персонал, я договорилась, - Мери нетерпеливо потянула Адама за руку. - Какой же ты тяжелый!

- Тише, тише, встаю, - Адам рассмеялся, резко вскочив с кровати, чем заставил Мери вздрогнуть.

- Адам! - девушка рассмеялась, но в голосе слышалось легкое удивление от его внезапной активности.

Адам, вместо того, чтобы одеваться, схватил Мери и, издав победный клич, повалил ее обратно на кровать. Он навис над ней, опираясь на локти по бокам.

- Адам! Не время дурачиться! - весело пробурчала Мери, пытаясь столкнуть его с себя. - Ты вообще-то тяжелый! Да и рассвет мы так пропустим! - Она заговорщицки подмигнула. - Или у тебя другие планы?

- А какие у меня могут быть планы, кроме как любоваться тобой, ангел мой? - Адам наклонился, оставляя легкий поцелуй на ее губах. - Но ладно, ладно, уговорила. Рассвет подождет. А ты - нет.

- Всё, хватит нежностей! - Она ловко выскользнула из-под него и подбежала к шкафу. - Ты одеваешься, а я пока соберу корзину для пикника. Будет чем подкрепиться после встречи солнца. И термос с молоком не забудь достать! А то вдруг Агния проголодается, пока нас нет.

Адам, все еще улыбаясь, уселся на край кровати и наблюдал, как Мери суетится по комнате.

- А что в корзине будет? - поинтересовался он, лениво натягивая джинсы.

- Секрет! - Мери подмигнула, копаясь в холодильнике. - Но обещаю, тебе понравится. Там даже есть твой любимый яблочный пирог. И влажные салфетки, если вдруг случится маленькая неожиданность.

- О, вот это уже серьезно! - Адам театрально вздохнул. - Ради яблочного пирога я готов на многое. Даже на встречу рассвета в пять утра! А салфетки... это уже показатель материнской заботы на высшем уровне!

- Вот и славно! - Мери вытащила плетеную корзину из кладовки и начала складывать туда сэндвичи, фрукты и бутылку шампанского (с пробкой, чтобы не разбудить нашу соню). - Кстати, шампанское - моя идея. Как тебе?

Адам подошел к ней, обнял сзади и прошептал на ухо:

- Шампанское на рассвете с тобой? Идеально. Ты просто гений, моя дорогая. Агнии потом расскажем, как мы праздновали ее мирный сон.

- Знаю, знаю, - Мери самодовольно улыбнулась, отстраняясь от него. - Ну всё, почти готово. Ты оделся? Тогда пошли, а то Агния проснется и начнет требовать внимания, а мы еще не насладились тишиной.

- Да, готов. - Адам взял корзину из ее рук. - Пошли, навстречу рассвету и яблочному пирогу! И да, держу пари, что она проснется, как только мы выйдем за дверь. Дети - они такие.

Мери закатила глаза, но улыбка не сходила с ее лица.

- Я на это и рассчитываю, - прошептала она, беря его под руку. - Будет что вспомнить потом. Вперед, к приключениям!

Вместе они тихонько вышли из комнаты, стараясь не разбудить спящую Агнию, и направились к выходу, предвкушая редкие минуты уединения и романтики на берегу озера. В голове у обоих крутилась одна и та же мысль: "Лишь бы поспала еще чуть-чуть..."

------------------------

Они приехали на озеро как раз к рассвету. Холодный воздух пах сырой землей и сосной, а первые лучи солнца окрашивали гладь воды в нежные розовые тона.

- Как же тут прекрасно и спокойно... - Мери выдохнула, запрокинув голову и глядя на светлеющее небо. - Давно у нас не было таких моментов.

Она взглянула на Адама. Его лицо сияло улыбкой, но, кажется, он больше смотрел на нее, чем на рассвет. Его глаза, обычно полные озорства, сейчас были наполнены нежностью.

- Ты у меня самая прекрасная... - прошептал он, приближаясь и целуя её в шею. Легкая щетина царапала кожу, вызывая приятные мурашки.

Мери отстранилась, хитро прищурившись. В ее глазах плясали искорки.

- Никаких нежностей! - хихнула она, отступая на шаг. - Мы приехали любоваться природой, а не друг другом.

Адам нахмурился, но в его взгляде читалась игривость.

- А если я... подкуплю тебя? - Он достал из кармана куртки небольшой пакет. - Свежие круассаны из той самой пекарни. Помнишь, как ты их любишь?

Мери приподняла бровь, делая вид, что раздумывает.

- Круассаны, говоришь? Хм... Тогда ладно. Но только один поцелуй за один круассан. И никаких французских поцелуев!

Адам рассмеялся, протягивая ей пакет.

- Договорились. Но предупреждаю, у меня их целая дюжина. Придется постараться.

Он достал один круассан и протянул его Мери. Она взяла его, с удовольствием вдыхая аромат свежей выпечки. Затем, наклонившись, она быстро чмокнула его в губы.

- Один, - промурлыкала она, откусывая кусочек круассана. - Осталось одиннадцать.

Адам смотрел на нее, не в силах сдержать улыбку. Рассветное солнце играло в ее волосах, делая ее еще прекраснее. Он знал, что этот день будет особенным.

Мери откусила еще кусочек круассана, блаженно прикрыв глаза.

- Ммм... восхитительно!

Адам, не дожидаясь разрешения, выхватил круассан у нее из рук и поднес к своим губам.

- Проверка на качество, так сказать, - пробормотал он, откусывая кусочек.

Мери возмущенно ахнула, пытаясь выхватить круассан обратно.

- Эй! Это был мой! И вообще, что за проверка? Тебе что, моего вкуса недостаточно?

- Ничего подобного, твой вкус - это деликатес, - подмигнул Адам, отступая назад. - Но сейчас я исследую кулинарные изыски.

Он продолжал отступать к самому краю берега, дразня Мери круассаном.

- Адам, прекрати! - Мери, смеясь, пыталась его догнать. - Ты же знаешь, я ужасно голодная!

- А я ужасно хочу второй поцелуй, - парировал Адам, ловко уклоняясь от ее рук. - Или ты передумала насчет круассанов? Может, лучше просто полюбуемся на рассвет?

- Ты нечестный! - воскликнула Мери, внезапно остановившись. - Ты специально это делаешь, чтобы получить больше поцелуев!

- А разве тебе это не нравится? - лукаво спросил Адам, приближаясь к ней. - Я всего лишь пытаюсь поднять тебе настроение... и, возможно, немного подсластить свой день.

Он сделал еще шаг к ней, и она оказалась зажата между ним и прохладной гладью озера.

- Ладно, ладно, ты победил, - пробормотала Мери, сдаваясь. - Но только один маленький поцелуй!

Адам, сияя, приблизился к ней и нежно поцеловал ее в губы. Это был короткий, но сладкий поцелуй, наполненный теплом и нежностью.

- Вот, доволен? - спросила Мери, отстраняясь.

- Практически, - ответил Адам, снова протягивая ей круассан. - Осталось десять.

Мери рассмеялась и, выхватив круассан, откусила еще кусочек.

- Что ж, тогда, наверное, нам придется поторопиться. Рассвет ведь не будет длиться вечно, верно?

Мери, уплетая круассан, присела на поваленное дерево, укрытое мхом. Адам последовал за ней, устраиваясь рядом.

- Знаешь, - проговорила Мери, глядя на утренний туман, стелющийся над водой, - я совсем забыла, как здорово просто вот так посидеть в тишине. Никакой работы, никаких забот... только мы и природа.

Адам обнял ее за плечи, притягивая ближе.

- Я рад, что мы вырвались. Нам нужно больше таких моментов.

Он немного помолчал, а потом, будто невзначай, добавил:

- Кстати, о моментах... как там с круассанами?

Мери закатила глаза, но улыбка выдала ее веселье.

- Ты неисправим! - сказала она, толкая его в плечо. - Дай хоть спокойно доесть.

- Спокойно? С моим круассаном? - Адам притворился оскорбленным. - Это же настоящее преступление!

Он вдруг схватил горсть сухой листвы и бросил ее в воздух, так что листья закружились вокруг них золотистым дождем. Мери завизжала от неожиданности и попыталась отмахнуться.

- Адам! Прекрати! Это же у меня в волосах будет!

Адам, запрокинув голову и вовсю хохоча, сгреб охапку опавших листьев и обрушил ее на Мери. Листья засыпали ее волосы, щекотали лицо, и она, взвизгнув от неожиданности, в ответ попыталась запустить в него горстью влажного мха. Грязь лишь взметнулась в воздухе, не долетев до цели.

- Ах, так! - воскликнула Мери, подскочив на ноги.

Завязалась веселая, беззаботная борьба. Они, как дети, позабыв обо всем на свете, гонялись друг за другом вокруг огромного, поваленного дерева, чьи корни, словно скрюченные пальцы, вздымались к небу. Листья, словно золотой дождь, кружились в воздухе, а комья мха, летели мимо цели, оставляя на лицах следы земли.

Наконец, выдохшиеся, с раскрасневшимися щеками и спутанными волосами, они рухнули на мягкую подстилку из листьев у подножия дерева, заливаясь смехом. В груди словно трещали дрова, а в горле пересохло от криков и хохота.

- Всё, - задыхаясь и вытирая выступившие слезы смеха, проговорила Мери, - я сдаюсь. Ты... ты выиграл.

Адам, тяжело дыша, самодовольно ухмыльнулся. Он горделиво выпрямился, оглядывая "поле битвы".

- Я всегда выигрываю, - самодовольно заявил Адам, вытирая тыльной стороной ладони слезы с глаз. - Особенно, когда сражаюсь против такой очаровательной противницы.

Мери, улучив момент, попыталась поддеть его щепоткой сухой листвы, но он перехватил ее руку. В его глазах плясали озорные огоньки. Он наклонился к ней, медленно, словно дразня, и, воспользовавшись моментом, украл еще один поцелуй. Нежный, легкий, как прикосновение бабочки.

- Это был поцелуй за капитуляцию, - пояснил он, отстраняясь на дюйм и с лукавой улыбкой глядя ей в глаза. - Трофей победителя, так сказать.

Мери шутливо нахмурилась, притворяясь возмущенной.

- Вот же хитрюга! - она легонько толкнула его в плечо. - Ладно, ладно. Принимаю условия капитуляции. Но я беру реванш. Позже. - Она многозначительно приподняла бровь, и ее губы тронула легкая улыбка. - И поверь, Адам, тогда тебе не поздоровится.

Он усмехнулся, предвкушая будущую "битву".

-------------------------------------------------------------

Вечер того же дня..

На экране высветился незнакомый номер. Адам нахмурился. Он не ждал звонков.

- Адам! Как же хорошо, что вы вернулись в Париж, да ещё и с малышкой. Она у вас прекрасна, - прозвучал елейный голос, от которого по спине пробежали мурашки.

- Кто это? - процедил Адам сквозь зубы, чувствуя, как внутри нарастает ледяное предчувствие. Этот звонок не предвещал ничего хорошего. Абсолютно.

- Знаешь, как-то твой отец... точнее, его отморозки, вырезали всю мою семью. Моих детей, Адам, - он смаковал каждое слово, словно глоток старого вина. - Я не смог ему отомстить до конца. Жаль.

- Что? - Адам почувствовал, как земля уходит из-под ног.

- Я убил твою сестренку, Адам. Маленькую Лили. Она даже не успела понять, что происходит. Но до тебя, к сожалению, не добрался. Тогда.

- И что ты этим хочешь сказать? - прорычал Адам, сжимая телефон так, что костяшки пальцев побелели. Он едва сдерживался, чтобы не заорать во всю глотку. Черт. Агния спит, в соседней комнате.

- Я хочу полной мести. Кровь за кровь, Адам. Агния спит? Такая милая девочка.

Адама словно окатили ледяной водой. Сердце бешено заколотилось, отдаваясь гулким эхом в ушах.

- Откуда ты знаешь её имя? - прошипел он, чувствуя, как к горлу подступает тошнота.

- Я знаю о ней всё, Адам. Всё до мельчайших подробностей. У меня даже есть её фотографии. Вот, смотри, - в трубке раздался щелчок, и Адам получил MMS. Он открыл сообщение и застыл в ужасе. На экране было фото Агнии, спящей в своей кроватке.

- Моя дочь не виновата в делах моего покойного отца, - прошипел Адам, с трудом контролируя дрожь в голосе.

- А мои дети не были виноваты в моих делах, но почему-то твой отец убил их, - голос в трубке стал жестче, в нем засквозили нотки неконтролируемой ярости.

- Если ты посмеешь тронуть Агнию, я вырежу тебе глотку, сволочь. Я вырву тебе сердце и скормлю собакам! И я убью тебя ещё раз за свою сестру, - прорычал Адам, готовый взорваться от гнева.

Голос в трубке расхохотался - короткий, зловещий смех, от которого кровь стыла в жилах.

- Адам? С кем ты говоришь? - раздался ласковый голос со спины, и Адам резко обернулся. Мери... моя любимая Мери... стояла в дверях спальни, сонно щурясь.

Сердце Адама ухнуло куда-то вниз. Господи, только бы она ничего не слышала.

- Солнышко, иди к Агнии, у меня... важный разговор... по работе, - голос Адама мгновенно стал мягким и нежным, словно он накинул маску спокойствия.

Мери подошла ближе, обхватила его лицо ладонями и нежно поцеловала в губы. В её глазах плескалась нежность и легкое беспокойство.

- Хорошо, приходи скорее. Нам тебя не хватает. - Она улыбнулась и скрылась за дверью.

Адам закрыл глаза и глубоко вздохнул.

- Мери я тоже знаю... твоя жена. - Голос в трубке вдруг стал наигранно нежным, словно ласкал кого-то. - Как круто было бы унести сразу две жизни, мать и дочь! Прекрасно! Просто... восхитительно!

Адам похолодел. Ярость, клокотавшая в нем, мгновенно сменилась ледяным ужасом.

- Слушай меня сюда, - Адам опустился на диван, стараясь говорить как можно спокойнее, хотя внутри все дрожало. - Я найду тебя. И клянусь, если ты произнесешь хоть одно слово о моей жене или моей дочери, я собственноручно отправлю тебя в ад.

- Ты даже не знаешь, кто я, - хихикнул голос. В этом смехе не было веселья - лишь холод и злоба.

- Ошибаешься. Знаю. Ксавьер Роул. И я знаю о тебе многое, Ксавьер, - Адам усмехнулся, чувствуя, как в венах закипает кровь. - У тебя есть жена и сын. Но не переживай. Женщин и детей я не трогаю. Я не монстр. В отличие от тебя.

Адам замолчал, вслушиваясь в тишину в трубке. Казалось, Ксавьер опешил от его слов.

- Ты... ты блефуешь, - наконец проскрипел Роул, хотя в его голосе уже чувствовалась неуверенность.

- Блефую? - Адам медленно поднялся с дивана, подходя к окну. За стеклом мерцал ночной Париж, чужой и равнодушный к его страхам. - Я знаю, что твой сын, Марк, учится в частной школе "Сен-Жермен". Знаю, что твоя жена, Изабель, каждое утро пьет кофе в "Cafe de Flore". И знаешь, что самое забавное, Ксавьер? Я вижу твой дом прямо сейчас.

Адам прищурился, вглядываясь в темные окна дома напротив. Он, конечно, лгал. Но ему нужно было сломить Роула, заставить его бояться.

- Это невозможно! - взвизгнул Ксавьер. - Ты не можешь...

- Ах да, чуть не забыл. У твоей жены аллергия на лилии. Интересно, что будет, если я завтра закажу ей огромный букет и отправлю курьером прямо к двери? - Голос Адама был холоден как лед.

В трубке воцарилась тишина. Адам чувствовал, как Роул задыхается от ярости и страха. Он знал, что попал в точку.

- Что... чего ты хочешь? - прошептал Ксавьер, сломленный.

Адам усмехнулся. Он добился своего.

- Я хочу, чтобы ты оставил меня и мою семью в покое. Исчезни. Забудь о нас. Иначе я превращу твою жизнь в настоящий кошмар. Ты понял?

Спустя долгую паузу, Ксавьер прохрипел:

- Да... Я понял.

- Отлично. - Адам отключил звонок и бросил телефон на диван.

Он победил в этой схватке. Но знал, что война только началась. Ксавьер Роул не из тех, кто легко сдается. Ему нужно быть начеку. Ему нужно защитить Мери и Агнию.

Адам подошел к окну и долго смотрел на ночной Париж, чувствуя, как по спине бегут мурашки. Он был готов на все, чтобы защитить свою семью. На все.

Адам обернулся, услышав тихие шаги за спиной. В дверях стояла Мери, закутанная в шелковый халат. В полумраке комнаты ее глаза казались особенно большими и сонными.

- Что случилось, Адам? Кто звонил? - тихо спросила она, слегка поёжившись.

Адам колебался. Сказать ей хоть что-то? Или просто притвориться, что все в порядке? Он решил, что сейчас главное - оградить ее от этого кошмара.

- Просто... старый знакомый, - небрежно ответил он, стараясь придать голосу как можно больше спокойствия. - Рабочие дела. Позвонил поздно, извини.

Мери зевнула, прикрывая рот ладонью. Она явно хотела спать.

- Ладно, - пробормотала она, - Иди скорее спать. Ты выглядишь уставшим.

Адам кивнул, стараясь не встречаться с ней взглядом. Он чувствовал себя виноватым, обманывая ее, но считал, что сейчас это необходимо.

Он подошел к ней, обнял и поцеловал в макушку.

- Идем спать, - тихо сказал он.

Мери прижалась к нему, и они вместе пошли в спальню. Адам погасил свет и лег рядом с ней, чувствуя, как ее дыхание становится ровным и спокойным.

Он лежал, глядя в потолок, и думал о Ксавьере Роуле. Адам знал, что этот кошмар только начинается. Но он поклялся себе, что ни за что не позволит ему коснуться Мери и Агнии. Адам закрыл глаза, пытаясь уснуть. Но в голове пульсировали слова Роула, и сердце бешено колотилось в груди.

Вдруг мужчина осторожно выскользнул из кровати, стараясь не разбудить Мери. На цыпочках подошел к шкафу, достал заранее приготовленную одежду: черные брюки, водолазку и кожаную куртку. Обмундировка. Он окинул взглядом спящую Мери, наклонился и невесомо поцеловал её в висок. Выскользнул из квартиры, оставив за собой лишь тихий щелчок закрывающейся двери.

Адам достал телефон и набрал номер своего друга и лучшего напарника.

- Назар? Прости, что так поздно. Собери всех в штабе. Сейчас же. - Голос Адама был твердым и требовательным, от прежней нежности не осталось и следа.

- Что случилось? - сонно пробормотал Назар.

- В штабе расскажу. Просто сделай это. Собери всех. - Адам повторил приказ, не терпя возражений.

- Ладно, ладно. Через час все будут в сборе, - проворчал Назар и положил трубку.

Адам оглянулся, убеждаясь, что за ним никто не следит, и решительно направился к своему черному внедорожнику. Запрыгнув в машину, он резко сорвался с места, оставив позади тихую улицу и спящий Париж. Впереди его ждала война.Через двадцать минут Адам уже был на месте. Штаб представлял собой старое, полуразрушенное здание на окраине города, окруженное высоким забором и камерами наблюдения. Здесь не было ни вывесок, ни опознавательных знаков. Только стальные двери, охраняемые двумя молчаливыми амбалами.Адам кивнул охранникам, и те мгновенно открыли перед ним двери. Внутри было шумно и накурено. За длинным столом сидели люди разной национальности и возраста. Все они были одеты в темные костюмы, а их лица выражали нескрываемую суровость. Это были его люди. Его семья.

Назар, высокий мужчина с короткой стрижкой и пронзительным взглядом, поднялся навстречу Адаму.

- Все в сборе, как и просил. Что случилось? - спросил он, понизив голос.

Адам окинул взглядом собравшихся. Он знал каждого из них лично. Они были преданы ему до мозга костей и готовы выполнить любой его приказ.

- У нас проблемы, - начал Адам, - Ксавьер Роул объявил нам войну.

По залу пронесся тихий ропот. Имя Роула было известно каждому. Он был одним из самых влиятельных и жестоких боссов мафии в Европе.

- Что ему нужно? - спросил кто-то из толпы.

- Месть, - ответил Адам, - Он хочет отомстить за дела моего отца. Он угрожает моей семье.

Лица собравшихся помрачнели. Никто не посмел бы угрожать семье Адама. Это было табу.

- Он перешел черту, - прорычал Назар, - Мы должны его остановить.

- Я согласен, - сказал Адам, - Мы должны показать Роулу, что он совершил ошибку, связавшись с нами.

Он остановился, обводя взглядом лица своих людей.

- У меня есть план, - продолжил Адам, - Мы не будем играть по его правилам. Мы нанесем удар там, где он меньше всего ожидает. Мы лишим его всего, что ему дорого. Мы заставим его пожалеть, что он вообще родился на этот свет.

Адам замолчал, и в зале воцарилась тишина. Все ждали его приказа.

- Назар, - сказал Адам, - Собери лучшую команду. Я хочу, чтобы они были готовы к вылету в любое время.

- Будет сделано, - ответил Назар.

Адам обернулся к остальным.

- Все остальные, проверьте оружие и будьте готовы к любым действиям. Мы должны быть готовы ко всему.

Он остановился, переводя взгляд с одного лица на другое.

- Это война, господа. И мы выиграем ее.

Пока Назар отдавал распоряжения, Адам отошел в сторону и набрал другой номер. Ему нужен был человек, который знал о Роуле все. Даже то, чего не знали его собственные люди.

В трубке раздались гудки, а затем хриплый голос ответил:

- Слушаю.

- Это Хом, - коротко представился он.

- Адам... Давно не слышал твой голос. Что привело тебя ко мне? - В голосе чувствовалась ирония.

- Мне нужна информация о Ксавьере Роуле. Все, что у тебя есть.

- Роул... Интересный выбор. Что-то случилось?

- Он угрожает моей семье.

В трубке воцарилась тишина. Адам знал, что этот человек понимает, что значит, когда угрожают семье. Он сам потерял всё из-за этого.

- Я помогу тебе, Адам. Я вышлю тебе все, что у меня есть, через час. Но помни, это опасный человек. Будь осторожен.

- Я знаю, - ответил Адам. - Спасибо.

Он отключил звонок и вздохнул. Адаму нужна была любая информация, которая могла помочь ему остановить Роула. Он был готов пойти на все, чтобы защитить свою семью.

В этот момент к нему подошел Назар.

- Все готово, - доложил он. - Команда ждет твоих указаний.

Адам кивнул.

- Отлично. Я хочу, чтобы они вылетели в Италию как можно скорее. Их цель - найти и уничтожить все активы Роула. Банки, казино, отели... Все, что приносит ему деньги.

- Ты хочешь оставить его без ничего? - удивился Назар.

- Именно, - ответил Адам, - Я хочу, чтобы он почувствовал то, что чувствую я сейчас. Страх и отчаяние. Я хочу, чтобы он понял, что значит, когда у тебя отнимают все, что тебе дорого.

Назар кивнул, понимая, что Адам настроен серьезно.

- Будет сделано. Я лично прослежу за этим.

Адам посмотрел на него. Он знал, что может доверять Назару. Он был его правой рукой, его лучшим другом.

- Будь осторожен, Назар, - сказал Адам. - Роул не будет сидеть сложа руки.

- Я знаю, - ответил Назар, - Мы тоже не будем.

Он улыбнулся и направился к выходу. Адам проводил его взглядом и вздохнул. Война началась. И он был готов сделать все, чтобы выиграть ее.

Адам остался один в штабе, погруженный в свои мысли. Он подошел к большому окну, из которого открывался вид на ночной город. Огни Парижа мерцали вдали, словно маленькие звезды. Казалось, что жизнь вокруг продолжается своим чередом, не подозревая о том, что где-то здесь, в этом старом здании, плетется паутина мести и готовится война.Он чувствовал себя уставшим и измотанным, но не мог позволить себе расслабиться. Он должен был быть сильным, должен был быть готов ко всему. Ради Мери и Агнии.

Внезапно в дверь постучали.

- Войдите, - сказал Адам, не оборачиваясь.

В комнату вошел высокий, худощавый мужчина в очках. Он был одет в строгий костюм и держал в руках папку.

- Я принес информацию о Роуле, как вы и просили, - сказал он, подходя к Адаму.

- Спасибо, - ответил Адам, принимая папку.

Он открыл ее и начал внимательно изучать документы. Здесь было все: фотографии, схемы, финансовые отчеты, личные данные... Все, что могло помочь ему понять Роула и предсказать его действия.Чем больше он читал, тем больше понимал, с каким опасным противником ему предстоит столкнуться. Роул был не только жестоким и безжалостным, но и умным и хитрым. Он всегда был на шаг впереди своих врагов.Адам закрыл папку и откинулся на спинку кресла. Ему нужно было придумать план, который был бы безупречным. Он не мог допустить ни одной ошибки. Цена была слишком высока.

Он снова посмотрел в окно. Ночной Париж казался ему теперь еще более чужим и враждебным. Он чувствовал, что вокруг него сжимается кольцо опасности.

В этот момент его телефон завибрировал. На экране высветился незнакомый номер.

Адам нахмурился. Кто это мог быть?

Он колебался, но все же ответил на звонок.

- Слушаю, - сказал он, стараясь придать голосу как можно больше спокойствия.

В трубке воцарилась тишина, а затем раздался знакомый, зловещий голос.

- Адам... Как хорошо, что ты взял трубку. Я думал, ты меня игнорируешь.

Адам похолодел. Это был Ксавьер Роул.

- Что тебе нужно? - прорычал Адам.

- Просто хотел пожелать тебе спокойной ночи, - ответил Роул. - И передать привет твоей прекрасной жене и дочери.

Адам почувствовал, как кровь приливает к лицу.

- Не смей трогать их, - прошипел он.

- О, не волнуйся, - усмехнулся Роул. - Пока что. Но помни, Адам. Игра только началась. И я намерен выиграть ее любой ценой.

Он отключил звонок.

Адам сжал телефон в руке, чувствуя, как ледяной ком ярости с каждой секундой разрастается в его груди. Роул перешел все границы, переступил черту, за которой начиналась война. Он угрожал его семье. И за это Роул заплатит сполна. Его кровь омоет мостовые.

Адам бросил телефон на лакированную поверхность массивного дубового стола, звук эхом прокатился по просторному кабинету, и поднялся с кресла, обитого дорогой кожей. Он больше не мог сидеть сложа руки, задыхаясь в паутине бессилия. Он должен был действовать. Сейчас же. Каждая секунда промедления ставила под угрозу жизни самых дорогих ему людей.

Он посмотрел на папку с информацией о Ксавьере Роуле, лежащую на столе. Ее плотные страницы хранили в себе темные секреты, грязные сделки и бескомпромиссную жестокость, которые позволяли ему плести свои интриги в тени.

- Ты пожалеешь об этом, Ксавьер, - прошептал он, его голос был полон смертельной угрозы, губы скривились в хищном оскале. - Я обещаю.

Он вышел из штаба, расположенного на самой окраине Парижа, в промышленной зоне, где серые бетонные здания, заводы и склады сменяли друг друга, образуя безликий ландшафт. За окном лишь редкие огни уличных фонарей пронзали густую ночную тьму. В воздухе витал запах машинного масла и сырой земли, а вдалеке слышался глухой гул поездов. Его штаб, словно неприступная крепость, возвышался над этой унылой местностью, обнесенный высоким бетонным забором с колючей проволокой, напичканный камерами наблюдения и сенсорами движения.

- Моя маленькая доченька и Мери спят... не подозревая ничего... - прошептал Адам, словно боясь нарушить тишину, царящую в просторном холле. Он чувствовал себя отвратительно, зная, что их жизнь висит на волоске, а они даже не подозревают об опасности, нависшей над ними. Их маленький мир, казался хрупким и беззащитным перед лицом надвигающейся бури.

С тяжелым вздохом Адам набрал номер начальника своей личной охраны.

- Да, сэр? - незамедлительно ответил хорошо поставленный, строгий голос. За каждой буквой этого приветствия чувствовалась выучка и годы службы.

- Удвойте охрану у моего дома. По всему периметру. Внутри тоже. Ключи у вас есть, - Адам говорил четко и лаконично, каждое слово, словно отчеканенное, не допуская двусмысленности. - И самое главное... не смейте разбудить Мери или Агнию. Ни под каким предлогом.

Он сделал короткую паузу, собираясь с мыслями. В его голове проносились тысячи вариантов развития событий, каждый из которых был хуже предыдущего.

- Утром скажете Мери, что я уехал по делам. Важным. Пусть позвонит мне, как только проснётся. Уяснили?

- Так точно, сэр. Будет сделано, как вы и приказали, - раздался сосредоточенный голос охранника. В его интонациях чувствовалась непоколебимая уверенность и решимость. Он понимал всю серьезность ситуации и готов был отдать жизнь за безопасность семьи Адама.

- Отлично. Если увидите что-то странное, немедленно звоните мне. Держите оружие наготове. И будьте предельно внимательны. Жизнь моей семьи в ваших руках.

Адам отключил вызов, чувствуя, как напряжение, словно стальной обруч, сжимает его виски. Он сделал все, что мог, чтобы защитить их. Теперь оставалось только ждать и надеяться, что этого будет достаточно.

- А теперь я направлюсь к Ксавьеру. Этот ублюдок узнает, что такое настоящий страх, - прорычал Адам, и на его лице появилась зловещая, хищная улыбка. Ярость и жажда мести захлестывали его, не оставляя места для сомнений. Он должен остановить Роула, пока тот не добрался до его семьи.

С этими словами Адам запрыгнул в свой черный внедорожник Range Rover, припаркованный у входа в штаб, где тускло мерцал свет одинокой лампы. Кожаное сиденье обдало холодом. Завел двигатель, и машина с ревом понеслась по ночным улицам Парижа, выезжая из промышленной зоны на освещенное шоссе, ведущее в город, прорываясь сквозь плотный поток машин, словно тень. Лунный свет, пробивавшийся сквозь смог, отражался от полированного корпуса, превращая внедорожник в зловещую черную стрелу, несущуюся к своей цели. Он проехал мимо величественной Эйфелевой башни, освещенной яркими огнями, и устремился в темные переулки, где, как он знал, скрывался Роул. Впереди его ждала ночь мести.

В пути Адам достал свой зашифрованный мобильный телефон, чёрный прямоугольник, казавшийся продолжением его ладони. Он активировал систему секретных камер, установленных в стратегических точках на территории базы Ксавьера. Камеры, замаскированные под фонарные столбы и вентиляционные шахты, давали ему возможность видеть базу как на ладони.

- Один сидит, - пробормотал он, рассматривая изображение на экране. - Отлично... Значит, можно будет и поболтать.

На экране камеры был виден охранник, лениво сидящий в будке у ворот. Полумрак скрывал его лицо, но по расслабленной позе, по тому, как он ковырялся в зубах зубочисткой, было ясно, что он совершенно спокоен. Он даже не подозревал, что за ним наблюдают, что его спокойствие - лишь иллюзия, готовая рухнуть в любой момент.

Адам усмехнулся. Роул явно чувствовал себя в безопасности, не ожидал нападения. Это было его преимуществом - эффект неожиданности, лезвие бритвы, способное перерезать любую защиту.

Припарковав машину в нескольких кварталах от базы Роула, в темном переулке, где тени сплетались в причудливые узоры, Адам достал из багажника кейс. Тяжелый, металлический кейс, словно гроб с останками спокойствия. Внутри лежал пистолет с глушителем, блестящий, как змеиная чешуя, готовый извергнуть смертельный яд, нож, с лезвием, острым, как осколок разбитого зеркала, и несколько гранат, маленькие, но смертоносные, словно взрывные плоды запретного дерева. Он проверил оружие, убеждаясь, что все в порядке, что каждый механизм работает безупречно, как отлаженный часовой механизм, отсчитывающий секунды до неизбежного.

Надев черную маску, скрывающую его лицо и превращающую его в безликую тень, Адам направился к базе Роула. Он двигался тихо и осторожно, словно призрак, скользящий по ночным улицам, словно хищник, выслеживающий свою добычу. Холодный ветер трепал его волосы, а мокрый асфальт скользил под ногами.

Добравшись до забора, высокого, из стали, опоясанного колючей проволокой, словно короной из шипов, он внимательно осмотрелся. Охранник по-прежнему сидел в будке, окутанный сигаретным дымом, уставившись в никуда. Не подозревая о приближающейся опасности, он был слеп, как мотылек, летящий на огонь.

Адам достал нож и быстро перерезал колючую проволоку на заборе. Искры полетели в темноту, а сталь жалобно заскрежетала под острым лезвием. Проделав достаточно большую дыру, он пролез внутрь, вдыхая запах сырой земли и бетона - запах приближающейся смерти.

Теперь оставалось нейтрализовать охранника.

Адам подкрался к будке сзади и бесшумно открыл дверь. Слабый свет от лампочки, висевшей под потолком, падал на спину охранника, рисуя на его футболке причудливые тени. Охранник вздрогнул от неожиданности и попытался что-то сказать, но Адам не дал ему шанса. Он ловким, молниеносным движением перерезал ему горло.

Тело охранника безвольно обмякло и упало на пол, образуя на полу тёмную лужу крови, словно распустившийся чёрный цветок. Адам быстро обыскал его, забрал ключи от ворот и радиостанцию. Холодные ключи и пластик радиостанции показались ему неприятными на ощупь.

Теперь он мог проникнуть на территорию базы Роула.

Включив радиостанцию, Адам настроился на частоту охранников. Он услышал обрывки разговоров, смесь жаргона и ругательств, звучащих словно карканье воронов. Из обрывков он понял, что внутри базы находится еще как минимум десять человек.

Адам усмехнулся. Это будет непросто. Но он был готов к этому, готов к бою, готов пролить кровь, готов заплатить любую цену, чтобы добраться до Роула.

Открыв ворота, Адам въехал на территорию базы на своем внедорожнике. Резиновые шины заскрипели по гравию, нарушая ночную тишину. Он двигался медленно и осторожно, стараясь не привлекать внимания, словно крадущийся зверь в логове врага.

Он знал, что Роул где-то здесь. И он намерен найти его и заставить ответить за все, за слезы его дочери, за страх в глазах Мери, за все то, что он отнял у него.

Адам медленно ехал по территории базы, осматривая серые здания складов, гаражи и ангары, утопающие в полумраке, выискивая взглядом хоть какие-то признаки жизни. Внезапно из-за угла выскочили двое охранников с автоматами наперевес. Их силуэты отчетливо вырисовывались на фоне тусклого света уличного фонаря, словно хищные птицы, готовые к нападению.

Не раздумывая, Адам резко затормозил, выхватил пистолет и открыл огонь. Выстрелы прорезали ночную тишину, словно удар грома. Меткими выстрелами он уложил обоих наповал, их тела рухнули на землю, как подкошенные деревья, а автоматы с глухим стуком упали рядом.

Выскочив из машины, Адам продолжил продвигаться вперед, методично уничтожая всех, кто попадался на его пути. Он действовал быстро, профессионально и безжалостно. Каждый его выстрел был смертельным, каждое движение отточено до автоматизма.Вскоре на территории базы не осталось ни одного живого охранника. Все они лежали мертвыми, а Адам стоял посреди этого кровавого хаоса, тяжело дыша и держа в руках окровавленный пистолет.

Теперь он должен был найти Роула.

Адам вошел в главное здание и начал обыскивать комнаты. В одной из них он нашел Роула. Тот сидел за столом, пил виски и смотрел в окно.

Увидев Адама, Роул усмехнулся.

- Я знал, что ты придешь, - сказал он, ставя стакан на стол. - Но я не думал, что ты сможешь убить всех моих людей.

- Ты перешел черту, Роул, - прорычал Адам, - Ты угрожал моей семье. И за это ты заплатишь.

- О, я думаю, что мы оба понимаем, что это всего лишь бизнес, - ответил Роул, пожимая плечами. - Твой отец убил мою семью, и я собирался отомстить. Ничего личного.

- Ты мог отомстить мне, - сказал Адам, - Но ты тронул мою семью. Этого я тебе не прощу.

Адам поднял пистолет, нацеливая его на Роула.

- Что ты собираешься делать? Убить меня? - спросил Роул, не выказывая ни малейшего страха. - Это ничего не изменит. Мои люди все равно отомстят тебе.

- Я не собираюсь тебя убивать, - ответил Адам, - Я хочу, чтобы ты жил и страдал. Я заберу у тебя все, что тебе дорого. Твой бизнес, твою власть, твою репутацию... Все. И тогда ты поймешь, что значит потерять все.

Адам опустил пистолет и развернулся, чтобы уйти.

- Ты пожалеешь об этом, Адам, - крикнул Роул ему в спину, - Я найду тебя. И я убью тебя и твою семью.

Адам остановился, но не обернулся.

- Попробуй, - ответил он, - Я буду ждать.

Адам вышел из здания, оставляя за собой хаос и смерть, словно чёрный ангел, пролетевший над полем битвы. Он направился к своей машине, его шаги отдавались гулким эхом в ночной тишине. Он знал, что это еще не конец. Война только началась, война, которую он не выбирал, но которую должен выиграть любой ценой. Но он был готов к ней, готов дойти до конца, готов переступить через любые моральные принципы, чтобы защитить своих близких.

Сев в машину, вдыхая запах кожи и машинного масла, привычный запах его жизни, Адам покинул территорию базы Роула и направился в свой штаб. Ночные улицы, размытые в свете фар, проносились мимо, словно кадры из кошмарного сна.

Приехав на место, в штаб, освещенный неоновыми огнями, казавшийся оазисом безопасности в бушующем море хаоса, он узнал от своих людей, что они выполнили его приказ. Все активы Роула в Италии были уничтожены. Банковские счета обнулены, склады с оружием взорваны, наркотрафик парализован. Роул лишился своей финансовой опоры, как дерево, лишенное корней.

Адам улыбнулся, короткой, холодной улыбкой, не выражающей радости, лишь удовлетворение от выполненной задачи. Первый раунд остался за ним. Но он знал, что Роул не сдастся так просто, он будет бороться до последнего, как загнанный зверь. И он должен быть готов к ответному удару, готов к новой волне насилия, готовой захлестнуть его мир.

Адам окинул взглядом своих людей, собравшихся в штабе. Молчаливые, преданные, закаленные в боях, они были его семьей, его щитом, его мечом. В их глазах читалась готовность к любым действиям, готовность умереть за него, готовность выполнить любой его приказ.

- Теперь, когда мы лишили Роула его денег, - начал Адам, его голос был тихим, но в каждом слове чувствовалась стальная воля, - Мы должны лишить его его власти. Уничтожить его влияние, разбить его связи, превратить его в изгоя, преследуемого всеми.

Он сделал паузу, обдумывая следующий шаг, в его голове проносились сложные схемы, планы, стратегии, как шахматные фигуры, расставленные на доске войны.

- Назар, - Адам обратился к одному из своих приближенных, человеку с холодным взглядом и стальными нервами, лучшему из лучших, - я хочу, чтобы ты нашел всех союзников Роула в Париже. Всех, кто ему помогает, кто ему платит, кто его поддерживает. Я хочу, чтобы ты их всех уничтожил. Без жалости. Без исключений. Никого не должно остаться, ни одного, кто бы осмелился встать на его сторону.

Назар кивнул, понимая серьезность приказа, его лицо оставалось непроницаемым, но в глазах мелькнул огонь решимости.

- Будет сделано, - ответил он. - Я лично прослежу за тем, чтобы никто из них не остался в живых. Земля сгорит под их ногами, и они исчезнут, словно их и не было.

- Отлично, - сказал Адам. - А теперь... расходитесь. Нам нужно быть готовыми к любому развитию событий. Роул не оставит это просто так. Он будет мстить. И мы должны быть готовы встретить его во всеоружии. Пусть каждый из вас будет начеку, пусть каждый из вас будет готов к бою, пусть каждый из вас будет готов умереть.

Люди Адама начали расходиться, обсуждая полученные приказы, их шаги отдавались эхом в тишине штаба. Адам остался один в штабе, погруженный в свои мысли, в окружении полумрака и теней. Он чувствовал себя уставшим и измотанным, но не мог позволить себе расслабиться, не мог позволить себе ни минуты слабости, ни минуты сомнения. Он должен был быть сильным, должен был быть готов ко всему, ради Мери и Агнии, ради тех, кого он любит больше всего на свете.

Утром Адама разбудил резкий, настойчивый звонок телефона, нарушивший звенящую тишину его кабинета, словно выстрел в упор. Он с трудом разлепил слипшиеся от недосыпа глаза, чувствуя себя разбитым и измотанным. Он посмотрел на экран, на яркий свет, резанувший по глазам, и увидел, что звонит Мери. Имя, высветившееся на экране, словно луч солнца, пробившийся сквозь серые тучи тревоги.Сердце его бешено заколотилось.

- Да, любимая? - сказал он, стараясь придать голосу как можно больше спокойствия.

- Адам, где ты? - спросила Мери, в ее голосе чувствовалось беспокойство. - Охранник сказал, что ты уехал по делам. Что случилось?

Адам вздохнул. Он знал, что рано или поздно ему придется рассказать ей правду.

- Все в порядке, Мери, - ответил он. - Просто возникли кое-какие проблемы. Я скоро буду дома.

- Какие проблемы, Адам? - настаивала Мери. - Ты можешь мне рассказать.

Адам колебался. Он не хотел пугать ее, но понимал, что она имеет право знать правду.

- Это... сложно, Мери, - сказал он. - Я расскажу тебе все, когда приеду. Обещаю.

- Хорошо, - ответила Мери, - Я буду ждать. Но, пожалуйста, будь осторожен, Адам. Я очень волнуюсь за тебя.

- Я буду осторожен, любимая, - пообещал Адам. - Я скоро буду дома.

Адам отключил звонок, словно отрубая руку, тянущуюся к нему из ада. Прикрыл глаза, пытаясь удержать в себе рвущиеся наружу осколки страха. Мери, безошибочно чувствовала фальшь. Ему придётся рассказать правду. Он знал это. Но как? Как объяснить ей, что их мир в одночасье превратился в поле боя? Он боялся. За нее. За Агнию. Боялся сломать их, раздавить своим прошлым.Открыл глаза. Посмотрел на часы. Время - безжалостный палач. Нужно ехать домой. Немедленно. Ему нужно быть рядом с Мери, ощущать ее тепло, вдыхать запах волос Агнии. Он должен защитить их. Любой ценой.Поднялся, оставив за спиной кабинет, направился к выходу, в неизвестность. Впереди его ждала Мери. И он клялся себе, что сделает всё, чтобы этот кошмар ее не коснулся.

Адам почти доехал. Знакомые улицы Парижа, обычно такие живые и яркие, сегодня казались серыми декорациями к трагедии. Телефон в его руке снова ожил, задребезжал словно раненый зверь. Снова звонила Мери. И на этот раз... На этот раз в голосе жены, в её отчаянном крике, не было даже намека на беспокойство. Только нечеловеческий, пронзительный ужас.

Кровь отхлынула от лица. Внутри у Адама все оборвалось, рухнуло в бездну. Похолодело так, будто его живьём заморозили. Он быстро ответил на звонок.

- Мери, что случилось? - спросил он, стараясь сохранить спокойствие, хотя сердце бешено колотилось в груди.

В ответ он услышал надрывный крик.

- Адам! Адам! Агнии нет! Она пропала!

Мир Адама перевернулся. Все, о чем он думал последние часы, стало реальностью. Роул добрался до его семьи.

Не говоря ни слова, Адам резко нажал на тормоза. Шины взвизгнули, оставляя черные полосы на асфальте. Ему было плевать на правила дорожного движения, на других водителей, на все. Только одно имело значение - Агния.Он развернул машину на 180 градусов и вдавил педаль газа в пол. Двигатель взревел, и внедорожник помчался в обратном направлении, прошивая ночной город.Он не позвонил в полицию. Не стал успокаивать Мери. Сейчас не было времени на это. Каждая секунда была на счету.

Он знал, кто забрал Агнию. Знал, куда ехать.

Ксавьер Роул.

Адам мысленно поклялся, что если с Агнией что-нибудь случится, он собственноручно вырвет сердце из груди Роула и скормит его собакам.Гнев, боль и отчаяние переполняли его, превращая в безжалостную машину для убийства. Он ехал к Роулу.

Адам сорвался с места, как выпущенная из лука стрела. Машина взвыла, не успев даже заглохнуть. Он вылетел из салона, перемахнул через ограду, не чувствуя, как стальная проволока рвет ткань костюма, царапает кожу, оставляя кровавые полосы на руках. Боль, словно комариный укус, не ощущалась.

Его глаза, налитые кровью, горели нечеловеческой яростью. В голове, словно заезженная пластинка, крутилась лишь одна мысль: Агния. Найти. Вернуть.

Он ворвался в главное здание, словно ураган, сметая всё на своём пути. Переворачивал столы, ломал стулья, крушил вазы, рвал картины - в этом хаосе, в этом безумии, он вымещал свою боль, свой страх, свою беспомощность. Охранники? Плевать. Пусть их будет сотня. Он убьет каждого, кто встанет между ним и его дочерью.

Первый, глупый юнец, выскочил из-за угла, трясущимися руками пытаясь навести пистолет. Адам даже не замедлил шаг. Одним рывком он выбил оружие, сломал парню запястье, а затем свернул шею, не глядя.Второй попытался бежать. Бесполезно. Адам настиг его в два прыжка, вогнал нож в спину, ощущая, как лезвие, скользя между ребер, находит сердце. Тот рухнул на пол, захлебываясь собственной кровью.Третий засел за дверью, выпустил в него очередь. Адам увернулся, словно танцуя со смертью, бросил гранату. Взрыв сотряс здание, вынеся дверь вместе с косяком.Он продолжал пробиваться вперед, сквозь боль, сквозь смерть, сквозь отчаяние. Он был неудержим, словно хищник, загнанный в угол, защищающий своих детенышей.

Наконец, он добрался до кабинета Роула. Толстая, стальная дверь - последняя преграда.Адам не стал медлить, уговаривать, выламывать замок. Ему было плевать на правила, на последствия. Достал гранату. Выдернул чеку. Бросил в окно. Адский взрыв. Дверь разлетелась в щепки, вместе с кусками стены.

Адам ворвался в кабинет.

Роул сидел за столом, как и в прошлый раз. Но на этот раз в его глазах читался страх. Рядом с ним стоял человек, держащий на руках Агнию.Адам замер. Он увидел свою маленькую девочку, беззащитную и испуганную. Ярость, клокотавшая в нем, достигла своего пика.

- Отпусти ее, Роул, - прорычал Адам. - И, возможно, я пощажу тебя.

Роул усмехнулся.

- Ты думаешь, я поверю тебе? - спросил он. - Ты убьешь меня, как только я отпущу девочку.

- Если ты не отпустишь ее сейчас же, - ответил Адам, - Я убью вас обоих.

Адам поднял пистолет и нацелил его на Роула. Его палец лежал на спусковом крючке.Рука Адама дрожала. Перед ним стоял Роул, державший в заложниках его крошечную, беззащитную Агнию. Ярость клокотала в его груди, но он понимал, что одно неверное движение может стоить жизни его дочери.

Адам опустил пистолет на несколько сантиметров, стараясь выглядеть растерянным.

- Ты этого не сделаешь, - усмехнулся Роул, видя его колебание. - Ты не убьешь своего младенца.

- Я этого и не собираюсь, - прорычал Адам, глядя Роулу прямо в глаза. - Я собираюсь забрать то, что принадлежит мне.

Резким движением Адам выхватил из-за пояса второй пистолет. Вместо того, чтобы стрелять в Роула, он направил оружие на человека, державшего Агнию. Мгновенный выстрел, и тот рухнул на пол, выпустив из рук ребенка.Адам бросился вперед, успев подхватить падающую Агнию. Он прижал ее к себе, стараясь защитить от опасности.

Роул закричал от ярости, пытаясь выхватить пистолет. Но Адам был быстрее. Он развернулся и выстрелил Роулу в ноги, выбивая его из равновесия.

Тот упал на пол, корчась от боли.

- Я мог бы убить тебя сейчас, - сказал Адам, подходя к нему и глядя сверху вниз. - Но это было бы слишком легко. Я хочу, чтобы ты жил. Чтобы ты видел, как я разрушаю твою жизнь. Как ты теряешь все, что тебе дорого. Как ты становишься никем.

Адам нагнулся и прошептал Роулу на ухо:

- Ты посмел угрожать моей дочери, Роул. Ты посмел коснуться ее. За это ты заплатишь.

Адам вышел из кабинета, крепко прижимая к себе Агнию. Она была совсем крошечной, и он боялся, что она сильно испугалась. Но она была жива. И это было главное.Он покинул базу Роула, оставив его лежать на полу, сломленным и униженным. Он не убил его. Но он лишил его всего. Теперь Адам намеревался выполнить свое обещание и уничтожить Ксавьера Роула, лишив его всего, что тот ценил.

Адам осторожно ступил на порог дома, словно боясь нарушить хрупкое равновесие мира, который едва не рухнул. В руках он бережно нес Агнию, закутанную в одеяло, словно драгоценный трофей, отвоеванный у самой смерти. Он то и дело склонялся над ней, касаясь губами ее лба, убеждаясь, что она мирно спит, что кошмар остался позади. Ее маленькое личико, такое бледное и беззащитное, трогало его до глубины души. Он чувствовал себя виноватым за то, что подверг ее такой опасности, за то, что его враги могли до нее добраться.Войдя в дом, он увидел Мери. Она стояла в холле, словно статуя, неподвижная и бледная. Ее глаза были широко раскрыты и полны невысказанной тревоги. При виде Адама и Агнии, ее лицо исказилось от смеси радости, облегчения и ужаса.

Секунда, и она сорвалась с места, бросаясь к ним с отчаянным криком, полным боли и надежды.

- Адам! Агния!

Она обхватила их обоих, прижимая к себе так сильно, что у Адама перехватило дыхание. Слезы ручьем текли по ее щекам, увлажняя его лицо и одежду.

- Боже мой, вы живы! Вы оба живы! - повторяла она, словно мантру, боясь, что все это лишь сон, и что она снова проснется в кошмаре.

Адам почувствовал, как в его горле встал ком. Он прижал их к себе еще сильнее, стараясь передать им всю свою любовь и благодарность за то, что они есть в его жизни.

- Все хорошо, любимая, - прошептал он, поглаживая ее по волосам. - Все закончилось. Мы дома.

Он осторожно передал спящую Агнию Мери, боясь выронить ее из рук. Мери приняла ребенка, самое ценное сокровище, и прижала ее к себе, целуя ее крошечные пальчики и щечки.

- Моя девочка, моя маленькая девочка, - шептала она, укачивая Агнию на руках. - Ты в порядке, ты в безопасности. Мама здесь.

Адам сел на краешек дивана, чувствуя, как усталость наваливается на него со страшной силой. Он посмотрел на Мери и понял, что ей нужно знать правду. Всю правду. Он не мог больше скрывать от нее то, что происходит.

- Мне нужно тебе кое-что рассказать, - сказал он, глядя ей прямо в глаза.

Мери села рядом с ним, все еще держа Агнию на руках. Она слушала его, не перебивая, с тревогой в глазах.

Адам рассказал ей все. О своем прошлом, о своем отце, о Ксавьере Роуле и его жажде мести. Он рассказал ей о похищении Агнии и о том, как он ее спас. Он не утаил ни одной детали, не приукрасил ни одного события.

Когда он закончил, в комнате воцарилась тишина. Мери молчала, глядя на Агнию, словно боясь поверить в то, что произошло.

Затем она повернулась к Адаму и обняла его. Крепко, отчаянно, словно боясь, что он снова исчезнет.

- Я так испугалась, - прошептала она, прижимаясь к нему всем телом. - Я думала, что потеряла вас обоих. Я думала, что моя жизнь кончена.

- Ты никогда нас не потеряешь, - ответил Адам, обнимая ее в ответ. - Я сделаю все, чтобы защитить вас. Я обещаю.

Они долго сидели в обнимку, наслаждаясь тишиной и близостью друг друга. Агния спокойно спала на руках у Мери, словно ангел, оберегающий их семью от зла.

Наконец Мери отстранилась и посмотрела на Адама. Ее глаза были полны слез, но в них также читалась решимость.

- Что ты собираешься делать дальше? - спросила она. - Ты оставишь это так? Ты позволишь ему жить дальше?

Адам покачал головой.

- Нет, - ответил он. - Я не оставлю это так. Роул заплатит за то, что сделал. Он заплатит за каждую слезу, за каждый страх, который вы пережили.

Мери кивнула, понимая его.

- Я знаю, что ты должен сделать то, что должен, - сказала она. - Я не могу просить тебя остановиться. Но, пожалуйста, будь осторожен, Адам. Ты уже доказал, что любишь нас. Ты уже спас Агнию. Теперь позаботься о себе. И помни, что у тебя есть мы. Мы ждем тебя дома. Мы любим тебя.

Адам улыбнулся, отражение твердой решимости в заплаканных глазах Мери согрело его. Она поддержит его. Всегда. Она была его нерушимой стеной, его главной силой, самой важной любовью в жизни.

Он коснулся ее губ нежным поцелуем, словно запечатлевая момент тишины перед грядущей бурей. Поднялся с кровати, неохотно покидая этот островок тепла и спокойствия, зная, что ему придется вновь облачиться в броню и вернуться в мир тьмы.

- Я скоро вернусь, обещаю, - тихо произнес он, ловя ее полный тревоги взгляд. - Я сделаю все возможное, чтобы к нам вернулись дни счастья и покоя. Чтобы наша Агния росла в мире, где нет места страху и насилию.

Адам вышел из спальни, оставив Мери склонившейся над мирно спящей дочерью, словно оберегающий ангел.

Снова набрал Назара.

- Ты выполнил мой приказ?

- Да, Адам. Все, кто когда-либо сотрудничал с Ксавьером Роулом, уничтожены. - В голосе Назара звучала ледяная преданность, не оставлявшая места для сомнений.

Уголки губ Адама тронула кривая усмешка. Он знал, что Назар не пощадил никого. Сбросив звонок, он сел в черный внедорожник, ощущая скопившуюся усталость каждой клеткой своего тела.

Вновь набрал номер Ксавьера Роула.

- Как себя чувствуешь, Ксавьер? - В голосе Адама прозвучала неприкрытая насмешка, как приговор поверженному врагу.

В ответ услышал лишь тишину, прерываемую слабыми, жалким всхлипами.

- Как... Как ты смог? - Голос Роула дрожал от бессильной ярости и поражения. - Даже твой отец не сумел меня сломить!

- А я сумел, - холодно и безучастно отрезал Адам, словно констатируя свершившийся факт.

- Ты был бы превосходным руководителем, Адам. Достойным наследником империи твоего отца... - Прозвучало в трубке с неожиданной искренностью. - Клянусь... Я никогда больше не посмею причинить вред твоей семье.

Адам усмехнулся, осознавая, что Роул полностью сломлен, его воля подавлена, а страх перед ним неподделен. Сбросил вызов, не желая слушать больше ни слова. - Теперь моя семья, наконец, сможет жить в мире и спокойствии. Больше никаких приключений и смертельных опасностей.

Адам вернулся в дом. Осторожно приоткрыл дверь в спальню. Мери сидела у кроватки Агнии и ее лицо освещала такая теплая, безмятежная улыбка, что сердце Адама переполнилось нежностью. Он тихо вошёл в комнату, неслышно приблизился к Мери и обнял ее за талию.

- Она так сильно похожа на тебя... - Прошептал он, не отрывая взгляда от спящего личика дочери.

Мери обернулась к нему и наградила его ласковым, полным любви поцелуем. Долгим и нежным. Она вложила в этот поцелуй всю свою благодарность, всю свою любовь и веру в то, что впереди их ждет счастливое будущее, где они смогут просто жить, любить и быть семьей.