Глава 50

Я просыпаюсь посреди ночи. В комнате царит густая, вязкая тишина, и не сразу до меня доходит, что что-то не так. Я отчетливо помню, как засыпала на диване в гостиной под монотонный шум телевизора, но сейчас подо мной — мягкий матрас, а тело укрыто теплым одеялом.

Эш. Он перенес меня.

Эта мысль заставляет сердце пропустить удар. Я выбираюсь из-под одеяла и, подчиняясь какому-то странному импульсу, выхожу в темный коридор. Ноги сами ведут меня к его двери. Я не стучусь — просто приоткрываю её, словно у меня есть на это законное право.

Эш сидит на краю кровати, освещенный лишь тусклым светом ночника. На нем простая черная футболка и свободные трикотажные брюки. Он поднимает голову, и в его взгляде мелькает непривычное беспокойство. Никогда не видела его таким... домашним. Без косухи, без этой вечной брони из сарказма и холодности.

— Что случилось? — его голос звучит низко, с хрипотцой. — Почему ты не спишь?

— Я... — я запинаюсь, внезапно осознав, как глупо выгляжу, стоя на пороге его спальни среди ночи. — Это ты перенес меня в комнату?

Эш коротко усмехается, и в уголках его глаз прорезаются едва заметные морщинки. Он встает и делает шаг навстречу.

— По-моему, ответ очевиден. Если, конечно, в этом доме не завелся очень заботливый призрак.

Я нервно переминаюсь с ноги на ногу, кусая губу.

— Если я остаюсь... — боже, я правда это говорю? — Ты не мог бы дать мне что-нибудь из своей одежды?

— Ты ведь все равно не дашь мне уйти, заперев все двери, так? — добавляю я чуть смелее, пытаясь скрыть за иронией собственное волнение.

— Не-а, — коротко бросает он.

Эш скрывается в гардеробной и через минуту возвращается с футболкой в руках.

— Держи. На тебе она будет как платье мини.

Он протягивает мне вещь, и наши пальцы на мгновение соприкасаются. Эш задерживает на мне тяжелый, обжигающий взгляд, от которого по коже пробегает волна жара. Я буквально физически чувствую, как между нами натягивается невидимая струна. Схватив футболку, я торопливо ретируюсь в другую комнату.

Спустя десять минут я лежу в постели, но сон не идет. Ткань его футболки пахнет деревом, парфюмом и чем-то неуловимо мужским. Это дурманит. Будто ведомая какой-то необъяснимой силой — или своим собственным безрассудством — я снова поднимаюсь и иду к нему.

Дверь в его комнату приоткрыта. В полумраке я вижу только его лицо, подсвеченное экраном телефона. Он не сразу замечает меня, но, почувствовав мой взгляд, поднимает глаза. Мы молчим несколько долгих секунд, за которые, кажется, можно было бы рассказать целую историю.

— Не спится? — его голос в ночной тишине кажется оглушительным.

— Угу, — мычу я, пятясь назад. — Извини, что потревожила.

Я уже берусь за ручку двери, чтобы закрыться от этого наваждения, но его тихий голос останавливает меня на полуслове.

— Постой. Иди сюда.

Это не приказ. Это звучит мягко, почти нежно. Эш откидывает край одеяла, приглашая меня в свое пространство. Внутри всё замирает, а по телу рассыпаются колючие мурашки.

— Не бойся, я не кусаюсь, — он негромко усмехается, заметив мою нерешительность.

И я почему-то верю, доверяю ему. Полностью. Я уверена, что он не сделает мне больно. И в то, что он мне не изменял, я тоже верю.

Я осторожно ложусь рядом, стараясь не занимать много места. Я лежу на спине, боясь даже пошевелиться, а он переворачивается на бок и внимательно смотрит на меня.

— Ты можешь дышать, Натали. Я не запрещаю, — в его голосе слышится явная забава.

Я резко поворачиваюсь на бок, но не рассчитваю габариты кровати. Мое тело предательски соскальзывает к краю, и я уже готовлюсь встретиться с полом, как сильные руки рывком притягивают меня обратно.

Эш прерывисто дышит мне прямо в ухо, его сердце стучит так же неистово, как и мое. Он испугался не меньше меня.

— Полегче на поворотах, красотка, — глухо произносит он, не торопясь разжимать объятия.

И вдруг я чувствую мимолетное, почти невесомое касание его губ на моей макушке. По венам разливается трепет, вытесняя остатки страха. Я не рискую поднять голову и заглянуть ему в глаза — боюсь разрушить это хрупкое волшебство.

— Спи, — шепчет он, притягивая меня еще ближе.

Я закрываю глаза, вслушиваясь в его размеренное дыхание, которое действует лучше любого снотворного.