Глава 5

Он проснулся в холодном поту.

День настал.День, когда она должна умереть.Он помнил его слишком ясно: битва с Племенем Теней, кровь, беспомощный крик Пестролистой… и её бездыханное тело, лежащее у целительской палатки.

Но теперь всё иначе.

Она родила. Он знал. Но она исчезла.А теперь — она умрёт, если он ничего не сделает.

Огонёк сорвался с места и метнулся в палатку целителя.

Пусто.

Лишь травы, запах молока… и еле слышный писк. Он замер. Повернул голову.Позади мха, в углу, под аккуратно сложенным моховым покрывалом…Котята.

Трое. Маленькие, беспомощные комочки, ещё слепые.Он смотрел на них — и сердце колотилось, как барабан.

— Вы… её… — прошептал он.— Я не дам вам исчезнуть.

Огонёк быстро вспомнил, как однажды одна королева скрывала чужих котят, маскируя их запах травами. Он знал, какие травы нужны: душица, мята, корень щавеля. Он бросился к полкам, разбросал всё, что осталось, растер травы лапами, обвалял в них котят, чтобы сбить запах Пестролистой.

Он дрожал. Время шло. Он не знал, сколько у него осталось.

Затем, осторожно, взял одного за шкирку. Потом второго. Потом третьего.

Незаметно, под покровом утренней тени, он вышел из палатки, прячась за папоротниками. Лагерь был в движении — все готовились к бою, к обороне. Никто не заметил, как он шмыгнул к детской.

Там, внутри, лениво лежала королева — старая, но добрая кошка, недавно потерявшая одного из своих котят. Он знал, что она не спросит.

— Я… я нашёл их, — выдохнул он. — В лесу. Кто-то оставил их…

Она широко раскрыла глаза.

— Бедняжки… — прошептала. — Племя не может бросить их.

Она пододвинулась ближе.Он положил котят рядом с ней, а она — без колебаний — подтянула их к себе, начав вылизывать.

— Теперь ты — их мать, — прошептал он. И, отступив в тень, скрылся.

Он стоял у выхода из лагеря, глядя в небо.Что-то рвалось внутри.

> Она, возможно, уже умирает…

Но он знал, что сделал главное.

> Котята живы.А значит… она не ушла напрасно.

Он закрыл глаза.

И в этот миг — зеркало забрало его.

Мир, который кажется прежним

— Огнезвёзд… —Чей-то голос…Тихий. Родной. Далекий.

— Папа? Он не двигается…— Может, он просто устал?

Что-то ткнуло его лапой. Мягко. Осторожно.

— Огонёк… —Это была Песчаная Буря.

Он медленно открыл глаза.Свет солнца слепил. Всё казалось нереальным.Но лес был знакомым — запахи, воздух, трава. Всё на месте. Он лежал на краю поляны, прямо на мху.

— Он очнулся! — воскликнула Листвичка, мелькая перед ним, суетливо осматривая его. — Папа, ты как? Тебя кто-то ударил? Ты в порядке?

— Он просто валяется, — хмыкнула Белка, подбегая с мокрым мхом. — Наверное, решил устроить себе дрему среди патруля.

Огнезвёзд сел, тяжело дыша. Всё казалось… таким обыденным. Будто и не было прошлого. Будто не было Пестролистой. Котят. Слёз. Крика.

— Где я… — хрипло вымолвил он.

— В том же месте, где был, — Песчаная Буря мягко улыбнулась, прищурившись. Её взгляд был тёплым, как летний вечер. — Просто ты вырубился посреди обхода границ. Может, плохо спал?

Он не ответил. Он только смотрел на неё. На Листвичку. На Белку.

> А где же… они?Те трое?

Песчаная Буря встала и тронула его хвостом:

— Пошли в лагерь, командир, пока ты снова не уснул.

Огнезвёзд молча кивнул.

Он сделал первый шаг.А в груди — что-то сжалось.

> Они здесь. Где-то в этом лагере.Мои дети… от неё.И я их найду.

Дом, в котором спрятана тайна

Огнезвёзд шёл рядом с Песчаной Бурей.Она нежно прижималась к нему боком, то и дело косилась с улыбкой.Он чувствовал тепло её шерсти — и не мог ответить тем же.Внутри всё было тяжёлым, как мокрый мох после ливня.

> Она жива… была…Теперь её нет.А дети?..

Впереди — Белка и Листвичка. Обе болтали между собой, бодро ступая по знакомым тропинкам, не подозревая, как много скрывает их отец.

Когда они вошли в лагерь, было тихо.Слишком тихо.

Коты сидели у свежей добычи, кто-то умывался у пня, котята играли у детской.Обычный день в Грозовом племени.Будто ничего не произошло.Будто всё по-прежнему.

Песчаная Буря легонько подтолкнула Огнезвёзда в бок:

— Идём. Тебе надо отдохнуть.

Он не возразил. Молча позволил ей провести себя в его палатку.Сквозь щели в крыше пробивался мягкий солнечный свет. Мох был свежий. Всё было на месте.

Он лёг.

Она легла рядом, прижавшись. Положила хвост на его лапы.Шепнула:

— Отдохни, любимый. Ты нужен племени сильным.— Всё хорошо… мы рядом.

Огнезвёзд закрыл глаза.Он не знал, как быть.Он был в лагере, где жили все, кого он знал.

Но где-то… трое.Рождённые в прошлом.Забытые в будущем.

> Я найду их…Найду… и тогда…

Он уснул.А в Звёздном племени одна кошка встала на лапы.Пестролистая.И смотрела на него сквозь время.