ГЛАВА 32. ЕСЛИ УЖ СТАТЬ ДОНОМ - ТО В ПЛАМЕНИ

Дом был напряжён.Слуги шептались. Совет — ждал.Никто не знал, кто теперь принимает решения.Пока Розелла не вошла в зал.

Она была в чёрном.Платье строгое, волосы собраны.Губы — без помады, но слова — с ядом.

— С сегодняшнего дня приказов больше не даёт Алессо, — сказала она, не садясь.

— Что это значит? — поднял бровь один из старейшин.— Это значит, — сказала она спокойно, — что он восстанавливается.А пока — власть у меня.

Молчание.

— Ты не можешь... — начал кто-то.

— Я могу всё.Потому что я была рядом, когда предатели стреляли.Я держала его руку, когда кровь текла сквозь пальцы.И если кто-то считает, что я — лишь его кольцо на пальце...То посмотрите внимательнее: на моих руках тоже кровь.

Она подошла к столу.Медленно.Положила на поверхность три папки.

— Здесь — имена.Все, кто контактировал с Лукрецией за последние две недели.Охрана. Связные. Повар. Один из ваших помощников — тоже здесь.

Один из старейшин побледнел.

— Ты...

— Я — не обвиняю. Я предупреждаю.Те, кто продолжит играть на две стороны, уйдут.Не с должности.С этой земли.

⸻

После собрания Лука догнал её в холле.

— Ты только что сделала то, чего Алессо избегал годами.

— Я не Алессо.

— Нет.Ты... холоднее.

Она остановилась.

— Не холоднее. Честнее.Я люблю его.А значит — я способна убивать с ясным сердцем.

⸻

Позже, у постели Алессо, она села рядом.

— Сегодня я была там. В зале.Я не дрожала. Не запиналась.Я отдавала приказы.

Он слабо сжал её пальцы.

— Ты боялась?

— Да.Но знаешь, что самое страшное?

— Что?

— Мне понравилось.

Он улыбнулся.— Тогда ты готова.

Она склонилась, прижалась лбом к его.

— Только пообещай, что когда ты встанешь — ты всё ещё захочешь меня рядом.

— Я никогда не хотел тебя за спиной.Только рядом.

— Тогда привыкай, Алессо.Теперь я — не просто жена Дона.Теперь я — сама Дон.